Чтение онлайн

– Ладно. Давай вкратце и ближе к делу,– потребовал Михаил Павлович.– А то с этими гражданками и положениями относительно пола мы до утра будем тут заседать.

Костылек отложил папку, тяжело вздохнул и продолжил:

– Приехали наши ребята на вызов, а этот Антон Анатольевич сидит, стажера ест: лицо обглодал, горло разорвал. Скрутили его, тот и не особо сопротивлялся. Врач глаза выкатил и говорит, что такого не может быть. Через сорок минут ребят из следственной группы покусал, признанный умершим стажер. В него всадили две обоймы из ПМ, а ему и дела нет. Успокоился только от выстрела в голову. Есть еще два случая, один пострадавший скончался на месте.

Раздался стук в кабинет. С круглыми, как блюдце, глазами влетел зам начальника полиции и, спросив разрешения у генерал-лейтенанта, что-то быстро наговорил на ухо непосредственному начальнику генералу Кожинову.

– Ну, что там еще?– почти шепотом спросил Михаил Павлович.

– Жертвы мертвецов умерли, все до единого, а после смерти ожили и напали на живых.

На несколько минут в кабинете повисла полная тишина. Полтавин собрался с мыслями и громко озвучил ряд принятых решений:

– Необходимо нейтрализовать всех потенциально опасных мертвецов и организовать карантин тех, кто имел с ними прямой контакт. Поднять все подразделения по тревоге, вызывать из отпусков, отменить выходные. Усилить наряды. Свяжитесь с медиками, объясните ситуацию. С мертвецами не церемониться. Как только удастся установить, что это мертвец, открывать огонь на поражение. Федор Владимирович, как нарядам определять, что перед ними оживший труп?

– Невменяемый и бросается на людей? – неуверенно спросил Костылек.

– Это ты у меня спрашиваешь, Федор Владимирович?

Полтавин немного повысил тон, и все подчиненные напряглись. Уши Костылька покраснели, он молча уставился в рапорт. Бури не последовало. Полтавин глубоко вдохнул, медленно выдохнул и поднялся со своего места.

– Если мы будем отстреливать всех, кто невменяем и кидается на людей, придется полгорода положить. Кожинов, какой инструктаж получат твои подчиненные?

– Нужно проконсультироваться с медиками, возможно со штатными психологами, а потом составить инструкцию.

– Добро, Кожинов,– обходя стол, сказал Михаил Павлович.– Но сделать это надо как можно быстрее. Все, закончили. Еще раз повторяю, действовать надо быстро, пока ситуация не вышла из-под контроля.

– Есть!– в один голос ответили замы и начали расходиться.

Михаил Павлович отдал приказ и при этом у него возникло ощущение дежавю. Он точно знал, что это уже было с ним. Всего час назад. Во сне. До сих пор генерал-лейтенант не верил в вещие сны и прочую чепуху, но все, что он увидел ночью, сбывалось до мельчайших подробностей. Чем дальше, тем ужаснее был сон. Наливая воду в стакан, Михаил Павлович посмотрел в темное окно и одними губами произнес:

– Боже упаси…

*****

Вадим спал без снов. С вечера он выпил такое количество алкоголя, что даже если бы сны ему и снились, то запомнить их мозг был не в состоянии. Мутное болото, в котором увязло сознание, дрогнуло. Что-то потащило Вадима на поверхность. Он открыл глаза, но не обнаружил света, который видел сквозь сон. Вместо этого перед ним закружилась заполнившая комнату темнота. Вадим сел. Слабый писк старенького мобильника настойчиво потребовал внимания.

– Кто еще?– проворчал он и взял трубку.

– Ершов. Ты когда за городской телефон заплатишь?– вырвался из динамика голос дежурного.

– Не твое дело,– ответил Вадим.– Что надо?

– Что надо, что надо?– обиделся дежурный.– Вставай давай, конец света проспишь! Приказано собрать всех, это не учебная тревога. У нас в городе какая-то хрень творится.

– Какая еще хрень?– пытаясь остановить кружащиеся стены, спросил Вадим.

– Не знаю, Ершов. Неведомая…

Проклиная все на свете, Вадим поднялся с кровати. Стараясь не задевать мебель, по холодному полу проковылял в ванную. Он собирался заливать в себя алкоголь до вечера воскресенья, ни о чем не думать, ничего вокруг не замечать. ЧП в похмельное утро субботы не входило в его планы. Вадим умылся и нехотя посмотрел в зеркало. Заплывшие черные глаза, не ровный после нескольких переломов нос. Он провел пальцами по темно-русым волосам, там, где на висках совсем недавно проступила седина.

– Ну и рожа у тебя,– сказал Вадим отражению.

Отражение тактично промолчало.

Через два часа лейтенант полиции особого назначения Вадим Ершов со своим подчиненным Артемом Николаенко усилил патрульный наряд. Первый для них вызов поступил с улицы Пушкинской, где в маршрутном такси одна из пассажирок подверглась нападению неадекватного гражданина.

Определить насколько человек мертв, если у него перед воскрешением не имелось отличительных особенностей вроде следов разложения и видимых повреждений, несовместимых с жизнью, дело непростое. Нащупать пульс или определять наличие дыхания у того, кто пытается утолить голод за счет окружающих, тоже сложно. Поэтому встретившись лицом к лицу с каннибалом, медленно жующим человеческое мясо, Вадим лично проверил другой пункт инструктажа. Он выстрелил грудь агрессора. Тот даже не посмотрел в сторону омоновца и не изменил частоту движения челюстей. Тогда Вадим произвел выстрел в голову.

– Ну и дела, Саныч,– сказал рядовой Николаенко, когда они выходили из маршрутки.– Что за хрень, вообще, творится?

– Спроси что полегче…– ответил Вадим.

– Давайте быстрее!– крикнул старший постовой, капитан Панарин.– У нас еще два вызова.

– А с этим, что делать?– оглядываясь на маршрутку, спросил Вадим.

– Да ничего. Закроем, опечатаем, это не наша проблема.

Не обращая внимания на причитающего водителя маршрутки, Николаенко и полицейский, похожий в бронежилете на бочонок русского лото, опечатали транспортное средство. Вадим, урвав свободную минуту, позвонил бывшей жене.

– Лариса, привет.

Лариса ответила не очень дружелюбно, но свинцовый туман похмелья, надежно защищал сознание Вадима от воздействия негативных эмоций извне.

– Максима в школу не пускай сегодня. У него все равно в субботу уроков мало.

Спокойно выслушав гневный монолог бывшей, Вадим поймал паузу в словесном потоке когда-то любимой женщины и громко, намеренно грубо сказал.

– Телевизор включи, дура!– и тут же прервал разговор.

Через двадцать минут Вадим еще раз позвонил Ларисе. На этот раз она охотнее разговаривала с ним и даже прислушалась к советам. Пообещала оставить сына дома, а второго мужа убедить в необходимости пойти в магазин и запастись продуктами, чтобы в ближайшие день-два не пришлось выходить из квартиры.

– Все, мне пора,– довольный результатом, сказал Вадим и завершил вызов.

Весь день патруль провел в разъездах. На фоне нападений оживающих мертвецов участились случаи грабежей, воровства и хулиганских выходок. Один раз патрульные чуть не открыли огонь по подросткам, которые переодевшись в зомби, пугали прохожих.

Не было времени даже пообедать. Да Вадим и не смог бы есть при всем желании. Из-за сильного похмелья и тошноты внутрь ничего не лезло, кроме минеральной воды и кефира. Он смешал эти две животворные жидкости и употреблял их в течение дня. К вечеру омоновец почувствовал, что свинцовая тяжесть постепенно уходит из головы.