Чтение онлайн

Поняв, где находится аномалия, я потерял всяческий интерес к нижнему посёлку. Захотелось подойти к Капустину, откровенно рассказать о своих ощущениях и попросить, чтобы он разрешил мне сходить одному на разведку в верхних Лар. И только одно меня останавливало — стопроцентная уверенность, что он не послушает и в боевом запале прикажет забрать у меня автомат.

В итоге я промолчал и уже через минуту пожалел об этом.

— Старший сержант Кривоносов. Здесь разделяемся. Ты с первым отделением прочешешь верхний посёлок. Дойди до горной кручи и проверь каждый дом. А я со вторым отделением спущусь и осмотрю поселение у подножья горы.

Я знал, что разделяться плохая идея, тем более рельеф местности позволял оставить здесь пару десантников с пулемётом и для начала исследовать полновесным отрядом верхний посёлок. После этого такой же фортель можно было проделать с нижним Ларом.

Однако прилюдно оспаривать приказы Капустина не стал, по двум причинам. Во-первых, лейтенант бы всё равно не послушал навязанного ему чужака. А во-вторых, меня частично устраивало, что я с замкомвзводом отправляюсь на обследование именно верхнего посёлка.

После того как отряд разделился и первое отделение выдвинулось к каменным постройкам, небо над долиной начало менять цвет. Десантники этого не замечали, но чем ближе группа подходила к посёлку, тем больше кроваво-розового проявлялось на границах небосвода. Когда до цели оставалось шагов тридцать, это превратилось в настоящий багрянец.

Я по-прежнему не чувствовал присутствия людей и домашних животных, но подсознательно ощущал опасность, затаённую за гранью нашей реальности. Пытаясь войти в транс, перепробовал все способы. Отчаявшись, закрыл глаза и застыл на месте как вкопанный. Однако энергетический фон долины, никак не хотел принимать приблудного человечка, словно осмысленно считая меня чужаком и отводя потоки.

— Чего встал? Давай, Турист, двигай дальше — прошипел на ухо Витя Дуплет и подтолкнул в спину массивной трубой заряженного гранатомёта РПГ-16.

Я не стал выкобениваться и догнал Татарина. Как раз в этот момент группа добралась до широкого прохода между высокими оградами. Именно здесь начиналась центральная улочка поселения. Все остановились, и в этот момент я понял почему. Десантники этого не замечали, но я узрел пелену, полностью накрывающую поселение и часть горы. Это был купол потусторонней аномалии.

Мне захотелось рвануть вперёд, растолкать парней прикладом автомата, если надо врезать кому-то по носу, но не пустить внутрь. Но другая моя часть требовала успокоиться и оставаться беспристрастным. Именно так я и поступил.

Как только идущий впереди старший сержант Кривоносов, наконец, решился и переступил невидимую черту, все остальные двинулись следом. Наша четвёрка, Татарин, Дуплет, я и Колобок, зашли в аномалию последними.

И как только тело прорвалось сквозь оболочку, я почувствовал облегчение. Нет, сила по-прежнему сторонилась меня, образуя своеобразный кокон, но её внутри было чересчур много. Я чувствовал себя как водолаз, окунувшийся в океан энергии.

Улочка изгибалась по рельефу местности и напоминала жёлоб, вытесанный прямо в скальной породе. Конечно, специально здесь никто ничего не выравнивал, просто это естественный канал отвода воды, выпадающей с осадками и стекающей с горы, во время таяния снежного покрова.

Первые семьдесят метров продвижения внутри посёлка, Кривоносов развивал бурную деятельность. По его приказу десантники выбивали деревянные ворота, ведущих внутрь отдельных дворов. Осматривали простенькие дома, навесы и каменные сараи, но нигде ничего не обнаружили. Местные ушли вместе с домашним скотом и самой дорогой частью скарба. На своих местах не было ковров, медной посуды, провианта и одежды. Зато хватает глиняной посуды и старых тюфяков.

Небольшие башенки возвышались над строениями, и я всматривался в них, с надеждой опознать ту самую, на которой стоял часовой душман и торчала антенна рации. И хотя нечто похожее периодически попадалось на глаза, чем дальше продвигалось отделение, тем меньше мне казалось, что это то самое поселение, где мой теневик видел доктора Каца.

По мере продвижения по посёлку, окружающая картина постепенно менялась. Нависающая гора казалась всё выше, а само поселение изнутри казалось намного большим чем снаружи.

Постепенно мы вышли к концу улицы, выходящей на довольно-таки обширную, каменную площадку. Если бы этот элемент поселкового интерьера соответствовал представлению афганцев об обустройстве, то я бы не удивился. Но оставлять подобный пустырь, не занятый ничем — это как-то совсем уж необычно. Тем более за площадью, прямо к горе примыкали десятки сложенных из камня построек. А ещё я заметил многочисленные входы в пещеры, проделанные прямо в скальной породе.

Я понимал, здесь действует растягивающая обычное пространство, потусторонняя аномалия, скрывающая от взгляда со стороны, истинные размеры. Однако я по-прежнему не чувствуя присутствия кого-либо постороннего и постепенно начал расслабляться. И эта убаюкивающая расслабленность едва не сыграло злую шутку с сознанием.

Передвигаясь вдоль высокой ограды, я и Дуплет периодически подсаживали ефрейтора Колобкова и Татарина, чтобы они осмотрели внутреннее пространство дворов. Для этого обычно хватало просто подставить колено и плечо. И вот в очередной раз, позволив Колобку наступить на колено, я почувствовал ледяной разряд холода, прошедшийся по затылку.

Подсознание забило тревогу, и я понял, что предупредить всех не успею. А дальше, я сделал так, как велел инстинкт самосохранения. Немного присев, я схватил Колобка за ремень, и распрямившись, перекинул пулемётчика через дувал.

И в тот же миг услышал характерный свист падающей мины. Среагировав на опасность, я запрыгнул на каменную ограду, и в это мгновение само время почти прекратило свой бег.

Замерев на ограде, я увидел окружённую золотистым свечением 90-мм мину, очень медленно падающую на участок улицы перед идущими в арьергарде десантниками. Старший сержант Кривоносов, почуял опасность и успел оттолкнуть пулемётчика. А потом мина ударилась о каменную поверхность, в метре от него и взорвалась.

В отличие от зависшего в пространстве тела, мозг продолжал обрабатывать визуальную информацию в бешеном темпе. Это позволяло проанализировать происходящее.

Вместо нормального взрыва боеприпаса и его превращения в плюющийся раскалёнными осколками огненный шар, 90-мм мина разлетелась веером золотистых искорок, породивших стремительно расширяющийся пузырь.

Явно потустороннее новообразование принялось стремительно поглощать застывших на месте десантников, окутывая их золотистым свечением. Захватив в свои объятья всех находившихся на кривой улочке, аномалия продолжила расширяться, превращаясь в уродливый пузырь.