Чтение онлайн

— Вот это я понимаю! Так бы воевал и воевал! — радовались илосцы, глядя, как «нашёптыши» и песчаные демоны убивают друг друга, пока мы стоим в стороне.

Жаль, моих сил пока не хватало, чтобы создать пару триосмий, которые бы и башню зачистили. Пришлось нам, людям, помогать нашёптанным воинам, когда их начали теснить, а я не успевал создавать новых.

Осмия за осмией исчезали в недрах башни, зачищая ярус за ярусом. Вскоре наружу потащили раненых. Ашкур и Мирим, как могли, подлечивали их. Кто мог, сразу возвращался в бой. Кто был ранен посерьёзнее, отправлялся на один из плотов, который вскорости ушёл к кораблям. Там ранеными должны были заняться Ферт, Алана и Расис.

Первую башню мы зачистили за три гонга. После чего воины перекрыли проходы на стену. Одна триосмия осталась внизу, отжимая стопор цепи. А все остальные бойцы отправились на другой берег ко второй башне.

Тут сценарий повторился. Снова первыми пошли песчаные воины, не боявшиеся смерти. А уже по их следам во вторую башню поспешили живые бойцы.

И снова появились раненые. На второй башне их оказалось даже больше. Всё-таки внутри засели Кровавые Персты, которых сложно сдержать, не то что убить. Тем более, в просторных помещениях. Повезло, и в этот раз обошлось без смертей. Хотя с ранеными пришлось отправить целых два плота.

А потом массивная цепь медленно поползла из башни, погружаясь в воду на выходе из гавани. Звено за звеном выходило из круглого отверстия, а затем неторопливо скользило к воде, чтобы исчезнуть в волнах. Так продолжалось ещё пару чаш. А потом цепь перестала опускаться.

На кораблях поднялась здоровая суета: кричали капитаны, бегали матросы, расправлялись паруса. Первые корабли, которым не надо было ждать нашего возвращения, двинулись на выход из гавани. Я же со своими людьми погрузился на плоты и вернулся на борт. Стоило немного отдохнуть и перекусить.

После обеда делать было решительно нечего, а спать хотелось. И я не смог отказать себе, завалился на кровать. А проснулся уже под вечер. Какое-то время слушал плеск волн за бортом, затем выбрался на палубу…

И уставился на две знакомые башни у прохода в гавань Святилища. Они маячили в паре сотен скачков за кормой.

— Да, брат, еле-еле ползём… — поведал мне Ситранис, сидевший на ящике неподалёку. — Лодки помельче уже отошли на сихан, а мы всё никак…

— А что Бруш говорит? — спросил я.

— Говорит, что бессилен против юго-восточного ветра, — усмехнулся Ситранис. — Сейчас вернётся на лодке их шептун с корабля, который отогнал подальше другой корабль, и разгонит нас.

— Может, мы сами можем? — хмурясь, спросил я. — У нас тоже есть шептуны.

— Ферт уже предлагал. Бруш сказал, чтоб вы даже не пробовали без опыта-то. Только паруса порвёте и мачты поломаете. А это ремонт на два-три дня… Так что запасись терпением, Ишер. Корабли — не переханы, быстро не поскачут… — Ситранис усмехнулся.

Пока грузились и чистили башни, времени толком изучить корабли не было. Да и спать хотелось под конец неимоверно. Но теперь, когда флот растянулся цепочкой, а ветер не давал разогнаться, я мог восполнить пробел.

Бруш, заметив мой интерес, выделил в сопровождение молодого матроса. Этот паренёк по имени Тхил, судя по бойкому рассказу, знал о местных судах всё, что можно и нельзя знать.

Для начала я решил проверить, как разместились мои люди. Первым в списке был флагман. Он относился к крупным трёхмачтовым кораблям, которые строили только в Корабеле. Корпус — вытянутый, с высокими бортами, с приподнятыми кормой и носом. На верхней палубе, на носовой и кормовой надстройках, две большие баллисты на вращающихся воротах.

Тхил пояснил, что такими можно и по вражеским судам бить, и по берегу, если придётся. Каждая баллиста крепится к палубе массивным штырём и поворачивается почти на полный круг. Обслуга — три человека.

В надстройках у флагмана прятались отдельные каюты. Для капитана, старшего помощника, шептуна и почётных гостей. Каюты эти были довольно скромные. Тхил сказал, будь ты хоть царь, хоть бог — на корабле огромных хором не получить.

Первая палуба располагалась внутри корпуса. Она была довольно низкой, хоть и просторной. И оказалась разбита на отсеки, идущие вдоль бортов. Каждый из них был оборудован как каюта или склад. На каждый отсек — одно узкое окно-бойница, с возможностью его наглухо задраить.

Длинный коридор между отсеками освещался тремя масляными фонарями, крепившимися к потолку. Или, можно сказать, вообще не освещался: на некоторых участках толком ничего разглядеть не получалось.

В отсеках-каютах в три яруса стояли койки. По двенадцать с каждой стороны, как в общей казарме. Между ними — проход, где два мужчины могли разойтись только боком.

Ни жаровен, ни печей, ни лишнего освещения. Деревянный корабль есть деревянный корабль, открытый огонь под запретом. Свет — от закрытого масляного фонаря, который один на всю каюту. Тепло — от дыхания спящих. А если совсем холодно — задрай окно.

Складские помещения тут были размером с те же каюты. Предназначались они, в основном, под провизию, которую надо было держать подальше от скотины. Её, кстати — скотину то есть –частично отправили на вторую палубу. Ну а частично разместили в загонах на верхней.

Ниже первой располагалась вторая палуба. Между прочим, самая просторная. Здесь и корпус корабля был шире, и потолок выше. Вдоль бортов тянулись загоны для скота: переханов и гнуров разместили именно тут. Это танаков не так жалко, их можно было разместить и на верхней палубе.

Пол устилали толстые доски, поверх которых матросы набросали соломы. Пахло навозом и мокрой шерстью. В центральной части палубы громоздились тюки с сеном и мешки с зерном. Их сложили в отсеках, отгороженных от загонов съёмными деревянными переборками.

Ещё ниже располагался грузовой трюм. Он был забит припасами: мешки с зерном, связки сушёной рыбы, тюки с парусиной. Здесь же хранился запасной такелаж и инструменты для ремонта. Всё съестное было разложено на полках, на полу ничего не лежало. Как объяснил Тхил, это чтобы припасы не промокли, если вдруг появится течь.

В случае её появления, кстати, воду убирали бы с помощью вёдер, передавая по цепочке до ближайшего окна. Эдакое вынужденное командное развлечение. Течь, само собой, постарались бы устранить прямо в плавании. А вот если не удалось бы, поспешили бы к берегу: вытаскивать корабль на сушу и там ремонтировать.

Трёхмачтовых кораблей, подобных флагману, во флоте Бруша оказалось одиннадцать штук. Собственно, их таких всего было штук тридцать на всё Озеро Тысячи Ключей. Они считались военными судами, которые в былое время патрулировали воды Озера Тысячи Ключей, разбираясь с разбойниками и пиратами.