Чтение онлайн

Проникаю на территорию несостоявшейся крепости и нахожу главный штаб, который укрепили отдельно. Он стал последним рубежом, за который миротворцы бились до последнего живого солдата.

Обнаруживаю тут два целых ДШК со станинами, но к ним нет ни одного патрона — они стоят на крыше штаба и, как я понимаю, пока они стреляли, неизвестные звери просто не могли подобраться.

«Крупный калибр решает», — подумал я, перебираясь через баррикаду из мешков с песком.

Повсюду брызги засохшей крови, много изодранных когтями касок и бронежилетов, а также маленьких воронок от разорвавшихся гранат.

Не знаю, был ли тут контингент с боевым опытом, но последнюю битву он устроил такую, что я попал под сильное впечатление.

Внутри штаба основательно побесоёбили животные, причём также и те, что охотятся за костями, но в некоторых помещениях я обнаружил цельные костяки в военной форме со знаками различия ООН.

Тут я собрал целых сто шестьдесят три штурмовые винтовки, а также кучу патронов разных калибров.

— Хе-хе… — довольно хохотнул я, поставив на пластиковый стол полный цинк.

Это цинк с патронами 7,62x51 НАТО, стандартные патроны, с цельнометаллической оболочкой, 440 штук.

— Фулл метал джакет, — произнёс я и вскрыл цинк. — О, пачули…

Внутри пачки по 20 патронов, что очень удобно, так как стандартный магазин НАТО вмещает именно столько.

Сразу же извлекаю из разгрузки пустые магазины и споро набиваю их патронами.

Продолжаю исследование штаба и нахожу стальную дверь, которую ожесточённо царапали когтями. Дёргаю за ручку, но дверь оказывается запертой.

Наношу удар кулаком в область замка, после чего он вылетает и дверь, автоматически, переходит в состояние «открыто».

Мне в нос сразу же бьёт запах застарелого разложения, поэтому я пинаю дверь и отхожу. Внутри комнаты арсенала, а это арсенал, на полу сидит труп миротворца, который пустил себе в башку пулю.

Ну, я сужу по наличию Глока 17 в мумифицированной руке покойника, а также по пятну из мозгов и крови, которое размазано по стальному оружейному шкафу.

Большая часть шкафов вскрыта, но есть и запертые. Это дело легко поправимое, но я не стал применять насилие, а задействовал мозг.

В кармане штанов мертвеца обнаружилась связка ключей, в которой были все нужные — я спокойно открыл шкафы и не пожалел об этом.

Внутри ряды новеньких и целеньких АК-74, АКМ, М16, китайских Тип 56, но самое главное — я нашёл целых три РПК.

Придирчиво изучив состояние найденного оружия, я удовлетворённо улыбнулся.

Похоже, что тут были целые батальоны миротворцев, экипированные по полному комплекту, как полноценные мотострелки, но без тяжёлого вооружения.

Меня полностью устраивает ARX-200, обладающая достаточной убойностью, но хотелось бы что-то вроде ПКМ, для полного удовлетворения. Иду искать дальше.

ПКМ я не нашёл, зато обнаружил ПК, стоящий на крыше, рядом с ДШК, прикрывавшим северную сторону.

— А вот это уже интересно… — произнёс я и поднял пулемёт с рубероидного покрытия крыши.

Осмотр состояния показал, что надо тщательно почистить от лёгкого налёта ржавчины и смазать, а потом можно снова в бой. Короче, тут как со всеми остальными изделиями Михаила Тимофеевича Калашникова…

Ствол, конечно, не на пике ресурса, причём у меня есть подозрение, что основную часть ресурса он потратил в последний бой своего пользователя, но он ещё походит, поэтому я считаю находку очень ценной.

«Кажется, я получил от этого места всё, что хотел», — подумал я, занеся пулемёт в штаб и ставя его на пластиковый стол. — «Хотя, надо проверить остальные помещения».

И я не прогадал, так как мною был найден пищевой склад. Большая часть продукции была съедена или уничтожена, но вот в запираемом металлическом шкафу, который я насильственно вскрыл, обнаружились аж восемнадцать пакетов с индивидуальными рационами питания ООН.

Их два вида — «Хинду» и «Халяль». Мне без разницы — сожру и «Хинду», и «Халяль», я же непринципиальный человек…

Вскрытие рационов двух видов показало, что «Хинду» — это без говядины, чтобы индусы не пиздели, а «Халяль» — это без свинины, чтобы не пиздели мусульмане и евреи. Им оставалось только сделать специальный рацион «Америка», с бургерами и картофелем фри, чтобы не пиздели американцы…

Чтобы подогреть это всё, пришлось разжигать костёр из разбитого на куски ящика.

— Наконец-то, блядь, нормальная еда… — проговорил я, жуя рагу из цыпленка с чечевицей, а затем посмотрел на этикетку. — О-о-о, 3200 килокалорий…

Быстро расправляюсь с обоими сухпайками, а остальные решаю сохранить на трудные времена, потому что пусть они и чуть менее удобнее для транспортировки, чем пакеты с копчёным мясом, но зато вкусовые качества просто ебейшие.

После лёгкого перекуса на 6400 килокалорий, начинаю заниматься чисткой и приведением в боевую готовность найденного оружия.

Зря я собирал все эти винтовки, так как теперь, когда у меня есть около 4000 патронов 7,62x51 и 3000 патронов 7,62x54 миллиметра, я не буду юзать ни АКМ, ни М16, ни что-либо ещё.

Возвращаю всё ненужное оружие в оружейное хранилище и запираю в шкафах, а затем продолжаю чистку ПК.

В оружейке нашлись наборы для чисток и маслёнки, поэтому я быстро привожу пулемёт в состояние «мухи на нём еблись, но очень аккуратно».

Следующим этапом стало набивание пулемётных лент патронами и размещение их в пулемётных цинках. В отличие от того суданского ебобо, который юзал ПК неправильно, я снаряжаю и укладываю ленту правильно, а не как конченый долбоёб, чтобы не было клинов по весьма тупой причине.

Спустя два десятка минут, пулемёт был приведён к бою, но теперь нужно пристрелять его, а то я же не знаю, к чему и как пристреливал его предыдущий счастливый обладатель.

Выхожу во двор и двигаюсь в сторону стрельбища, на котором миротворцы поддерживали достойный уровень стрелковой меткости личного состава.

Но не успел я дойти до стрельбища, как услышал едва различимые вопли, доносящиеся откуда-то с юго-востока. Устремляю туда свой взор и переключаюсь на ЭМ-зрение.

В той стороне нихрена не видно, но звучит так, будто там бьются или страдают люди. Я не Супермен, чтобы мчаться на любые вопли, но мне стало нестерпимо интересно, что же там происходит.