Чтение онлайн

Нравственные идолопоклонники отчасти являются реалистами, поскольку понимают, что технические новинки и всевозможные виды организаций сами по себе не могут гарантировать триумф добродетели и рост счастья, и что индивидуумы, из которых состоит общество и которые управляют машинами, и являются теми арбитрами, от которых в итоге зависит, будут ли существовать порядочность в отношениях между людьми и порядок в обществе. Материальные и организационные инструменты - незаменимы, а хорошее орудие труда лучше плохого. Но в руках беспокойных или злых людей даже самый совершенный инструмент либо бесполезен, либо является орудием дьявола.

Поборники нравственности перестают быть реалистами и приходят к идолопоклонничеству, начиная поклоняться не Богу, а своим нравственным идеалам, воспринимая их как самоцель, а не как необходимое условие обретения знания Бога и любви к Нему - знания и любви, без которых добродетель никогда не станет совершенной или хотя бы социально эффективной.

Ниже мы приводим отрьгеок из замечательного письма, написанного в 1836 г. Томасом Арнольдом своему старому ученику и будущему биографу А.П.Стэнли. "Фанатизм - это идолопоклонничество; и в нем содержится нравственное зло идолопоклонничества; а именно, фанатик поклоняется чему-то, порожденному его собственными желаниями, и потому даже его самопожертвование во имя объекта поклонения только кажется самопожертвованием; ибо, в действительности, он приносит часть своей натуры или своего разума, то есть то, что он менее всего ценит, в жертву тому, что он ценит более всего. Мне кажется, что идолопоклонничество является нравственным дефектом, поскольку оно представляет собой наиболее близкую нашему разуму идею, занявшую место Христа, единственного, кто не может быть идолом и сеять идолопоклонничество, потому что Он гармонично объединяет в себе все идеи совершенства. Для мо.его разума (если брать его с лучшей стороны) естественным является убеждение, что моими идолами должны быть истина и справедливость; и они действительно будут именно идолами, потому что не будут давать разуму всей пищи, которую он хочет, и поклоняясь им, он, скорее всего, забудет о почтении, смирении и нежности. Но Христос содержит в себе и истину, и справедливость, и все остальные качества... Узость мышления приводит к греховности, поскольку она притупляет бдительность отдельных частей нашей нравственной природы, в которых и начинает развиваться греховность".

Восхитительный пример психологического анализа. Единственным его недостатком является одно упущение: в этом рассуждении не принимаются во внимание прорьшы вечного порядка в бренный, которые называются благодатью или вдохновением. Благодать и вдохновение даются человеку по мере того, как он отрекается от своеволия и постепенно, через постоянную собранность и отстраненность, приходит к послушанию воле Божьей. Помимо животной и духовной благодатей, источником которых является божественная Природа Вещей, существуют и человеческие псевдоблагодати - например, сила и доблесть, проистекающие из самопожертвования во имя какой-либо формы политического или нравственного идолопоклонничества. Отличить истинную благодать от ложной зачастую бывает очень трудно; но с течением времени и развитием обстоятельств их воздействие на душу становится настолько очевидным, что заметить разницу может даже человек, не обладающий особым даром озарения. Когда благодать является истинно "сверхъестественной", то за улучшение одного аспекта личности не приходится платить атрофией или ухудшением другого. Добродетель, которая сопровождается и совершенствуется любовью к Богу и знанием Его, абсолютно не похожа на "праведность книжников и фарисеев", которую Христос относил к худшим из нравственных зол. Жестокость, фанатизм, немилосердность и духовная гордыня - вот обычные побочные результаты следования путем стоического самосовершенствования, по которому личность движется своими собственными силами, вне зависимости от того, помогает ей или нет псевдоблагодать, которая дается индивидууму только тогда, когда он посвящает себя достижению цели, не являющейся истинной, когда целью является не Бог, а обычная усиленная проекция любимых идей или нравственных достоинств самого индивидуума. Поклонение этическим ценностям как таковым наносит ущерб самому объекту поклонения, и не только потому, что, по утверждению Арнольда, приводит к дисгармонии развития, но прежде всего потому, что даже высшие формы нравственного идолопоклонничества не дают возможность разглядеть Бога и стало быть наглухо закрывают идолопоклоннику доступ к просветляющему и освобождающему знанию Реальности.

Глава 22 ЭМОЦИОНАЛЬНОСТЬ

Ты прожил всю свою жизнь с убеждением, что полностью посвятил ее другим людям, а не достижению своих корыстных целей. Ничто так не тешит самодовольство индивидуума, как это убеждение себя самого вполном освобождении от себялюбия ибескорыстной преданности своим ближним. Но эта любовь только кажется любовью к другим, а в действительности это любовь к себе. В своем себялюбии ты доходишь до того, что начинаешь все время поздравлять себя с тем, что свободен от него; ты все время думаешь о том, как бы удовлетворить свое "я"; в этом корень всех твоих сомнений. Это "я" делает тебя таким восприимчивым и чувствительным. Ты хочешь, чтобы и Бог. и люди, всегда были довольны тобой, и ты хочешь быть удовлетворенным своими отношениями с Богом.

Кроме того, ты не привык удовлетворятся простой доброй волей - твое себялюбие хочет сильных эмоций, удовольствия, дающего уверенность в себе, своеобразного возбуждения. Ты слишком привык следовать за своим воображением и полагать, что твои разум и воля бездействуют, если ты не осознаешь их работы. И потому ты так зависишь от возбуждения, сходного с тем, что вызывается страстями, или от театральных жестов. Достигнув утонченности, ты впадаешь в другуюкрай-ность - настоящую примитивность воображения. Ничто не может быть более чуждым не только истинной вере. но и истинной мудрости. Нет более опасной иллюзии, чем фантазия, с помощью которой люди пытаются освободиться от иллюзии. Это воображение уводит нас с истинного пути; а уверенность, которую мы ищем с помощью воображения, чувства и вкуса, является одним из самых опасных источников фанатизма. Это море тщеславия и разврата, которое Бог заставит тебя найти у себя в сердце; ты должен взирать на него со спокойствием и простотой, свойственных истинному смирению. Предаваться отчаянию от осознания своего несовершенства - это самое обыкновенное себялюбие; но смело взглянуть несовершенству в глаза, не льстить ему, но и не проявлять к нему снисхождения, пытаться исправить его, не становясь при этом раздражительным - значит желать того, что хорошо само по себе и хорошо для Бога.

Фенвлон

Письмо от архиепископа Камбре - какое событие, какая высокая честь! И все же, когда ломаешь гербовую печать, возникает чувство страха. Просить совета и откровенного мнения о себе у человека, в котором характер святого сочетается с талантами Марселя Пруста, значит напрашиваться на жестокий удар по своему самомнению. И точно, такой удар наносится посредством ясной и вместе с тем изысканной прозы, но вместе с ударом предлагается и духовное противоядие от его мучительных последствий. Фенелон всегда без колебаний разрушал спокойствие, в котором пребывало эго его партнера по переписке; но это разрушение всегда сопровождалось указанием пути к возрождению на более высоком, неэгоистическом уровне.

Данное письмо представляет собой не только восхитительный образец анализа характера; в нем также содержатся очень интересные мысли об эмоциональном возбуждении и его связи с жизнью духа.

Словосочетание "религия ощущения" имеет два разных и несовместимых значения. Есть "ощущение", о котором говорит Вечная Философия, непосредственное восприятие божественной Основы в процессе акта интуиции, который, во всей своей полноте, может произойти только с бескорыстным, чистым сердцем индивидуумом. А есть "ощущение", вызываемое мессами "возрожденцев"*(* Название секты.
– Прим. пер. ю*), впечатляющими церемониями или осознанными усилиями воображения индивидуума.

"Ощущение" такого рода представляет собой состояние эмоционального воображения - возбуждение, которое может быть длительным и ненавязчивым, или кратким и эпилептически острым, может проявляться в экзальтации или отчаянии, может выражаться в песне и танце или в безудержных

рыданиях. Но эмоциональное возбуждение, каковы бы не были его причина и природа, всегда является возбуждением того индивидуализированного "я", которое должно быть подавлено любым, кто стремится к жизни в божественной Реальности. "Ощущение" как эмоиия, вызванная мыслями о Боге (высшая форма возбуждения такого рода), несовместима с "ощущением" как непосредственным осознанием Бога, происходящем в чистом сердце, укротившем все свои, даже самые сильные эмоции. Вот почему Фенелон в вышеприведенном фрагменте настаивает на необходимости "спокойствия и простоты", вот почему святой Франциск Сальский неустанно проповедует спокойствие, с которым он сам никогда не расставался, вот почему все священные буддистские книги твердят о спокойствии разума, как о необходимом условии спасения. Есть вполне понятное спокойствие, которое является одним из плодов духа. Но есть также и спокойствие, превосходящее любое понимание, смиренное спокойствие эмоционального самоконтроля и самоотречения; оно является не плодом духа, а одним из его незаменимых корней.

Несовершенные люди разрушают истинную веру, поскольку они ищут в молитве понятную им сладость.

Сан Хуан де ла Крус

Муха, севшая на мед, не сможет воспользоваться своими крыльями; так и душа, прилипшая к духовной патоке, теряет свою свободу и лишается способности к созерцанию.

Сан Хуан де ла Крус

То, что верно для приятных эмоций, так же верно и для эмоций неприятных. Если есть люди, которые любят болеть, то есть и такие, которые любят испытывать угрызения совести. Покаяние - это "метанойя", или "изменение сознания"; и без него духовная жизнь даже и не начнется - ибо жизнь духа не совместима с жизнью "старца", деяния, мысли, само существование которого являются мешающим духу злом, в котором надо покаяться. Обязательное "изменение сознания", как правило сопровождается печалью и ненавистью к самому себе. Но не следует задерживаться на этих эмоциях и ни в коем случае нельзя позволить им превратиться в привычку постоянно испытывать угрызения совести. В средневековом английском, словосочетание "угрызения совести"* переводилось, с буквальностью, которая одновременно и потрясает, и стимулирует современного читателя, как "новый укус"** ( Remorse - слегка измененное французское слово remords.
– Прим.пер. По французски, remorde - "снова кусать".
– Прим.пер.) . Кто кого кусает в этой каннибальской формуле? Наблюдательность и самоанализ позволят найти ответ: похвальные аспекты "я" кусают позорные аспекты, а те кусают их в ответ, нанося раны, которые беспрерывно выделяют гной стыда и отчаяния. Но, по словам Фе-нелона, "предаваться отчаянию от осознания своего несовершенства - это самое обыкновенное себялюбие". Угрызения совести мучительный процесс; но сама боль является обнадеживающим доказательством того, что "я" все еще цело; до тех пор, пока внимание сосредоточено на больном эго, оно не может быть сосредоточено на Боге, и эго (которое живет благодаря вниманию и умирает только после его отключения) не может раствориться в божественном Свете.

Бойся как ада размышлений о себе и своих проступках. Ни один человек никогда не должен думать об этом, за исключением тех случаев, когда он хочет укротить себя и возлюбить Господа нашего. Достаточно считать себя грешником вообще, тем более, что на небесах достаточно святых, которые были таковыми.

Шарль де Кондрен

Наши недостатки пойдут нам на пользу, если мы используем их для воспитания в себе смирения, не прекращая при этом попыток улучшить наше поведение. В унынии нет никакого смысла; уныние - это всего-навсего отчаяние уязвленного себялюбия. Извлечь выгоду из своих унизительно ужасных недостатков можно только однимспособом - признаться в них самому себе, не прекращая надеяться на Бога и ничего не ожидая от своего "я".

Фенелон

Разве Мария Магдалена спустилась с высоты свой жажды Бога в глубины своей грешной жизни и принялась копаться в том затхлом болоте, той навозной куче, которой была ее душа? Нет конечно же, она ничего такого не делала. А почему? Ибо Бог, по милости своей, дал ей знать, чтобы она никогда не занималась ничем подобным. Ибо, в противном случае, она скорее развила бы в себе способность к частому грехопадению, чем добилась бы прощения своих грехов.

"Облако Незнания"

В свете всего сказанного, мы можем понять ту особую духовную опасность, которая грозит любому виду эмоциональной религии. Религия "адского пламени", которая использует театрализованные обряды "возрожценцев" для того, чтобы стимулировать угрызения совести и вызвать кризис внезапного перевоспитания; культ "спасителя", который постоянно разжигает то, что святой Бернар называет amor camalis или плотской любовью к аватаре или личностному Богу; религия мистических ритуалов, внушающая страх, почитание и эстетический восторг с помощью таинств и церемониалов, музыки и благовоний, сверхъестественной тьмы и священного огня - любая из этих религий рискует превратиться в форму психологического идолопоклонничества, в котором Бог отождествляется с экзальтированным отношением к Богу, а эмоция, в конце концов, становится самоцелью, которую жаждут и которой поклоняются ее почитатели, уподобляющиеся наркоманам, которые всю жизнь гоняются за своим искусственным раем. Все это достаточно очевидно. Но не менее очевидно и другое - религия, которая вообще не взывает к эмоциям, имеет очень немного приверженцев. Более того, как только на арене возникают активно взывающие к эмоциям псевдорелигии, они тут же привлекают к себе миллионы восторженных сторонников из числа тех масс людей, для которых истинные религии перестали иметь смысл или перестали быть утешением. Но если любому приверженцу псевдорелигии (типа современного нам политического идолопоклонничества, состоящего из национализма и революционности) доступ к истинной духовности наглухо закрыт, то для приверженцев даже самых эмоциональных разновидностей истинной религии эта дорога всегда остается открытой. Те, кто действительно прошел по этой дороге до самого конца и обрел знание, единящее их с божественной Основой, составляют очень незначительное меньшинство. Зов слышат многие; но стать избранными решаются очень немногие, и потому избранных так мало. Остальным, как считают восточные комментаторы Вечной Философии, предоставляется еще один шанс сдать, в более или менее благоприятных обстоятельствах (в зависимости от их заслуг), экзамен по космическому мышлению. Если они его "сдают", то переходят в некое райское состояние более свободного личностного существования, из которого (непосредственно или через дальнейшие инкарнации) они могут окончательно уйти в вечность. Если они "проваливаются", то временно погружаются в более густую тьму и заковываются в более прочные оковы своеволия, являющееся корнем и принципом всего зла.