Чтение онлайн

Необходимость укрепления единоначалия и дисциплины в Красной Армии диктовалась еще и тем, что к концу 1935 г. в основном завершился переход от смешанного территориально-кадрового принципа ее комплектования к единому кадровому принципу. Дело в том, что территориальная система комплектования, приемлемая в условиях отсутствия непосредственной угрозы нападения извне, в обстановке тридцатых годов уже не соответствовала интересам обороны страны. Того же требовал и возросший уровень технического оснащения войск.

Постановлением ЦИК и СНК СССР от 22 сентября 1935 г. «О введении персональных военных званий начальствующего состава Рабоче-Крестьянской Красной Армии и об утверждении Положения о прохождении службы командным и начальствующим составом РККА» еще выше был поднят авторитет командиров и начальников в РККА. В этом постановлении, в частности, говорилось:

«Кадры начальствующего состава Рабоче-Крестьянской Красной Армии являются ценнейшим капиталом, выращенным и воспитанным партией. С каждым годом эти кадры пополняются новыми отрядами молодых командиров, выпускаемых из военных школ и академий и выдвигаемых из рядов младшего командного состава. Тысячи и десятки тысяч рабочей и колхозной молодежи нашей страны ежегодно идут в нашу родную, подлинно народную Красную Армию, посвящая себя службе в рядах ее командиров.

…Для всей массы командиров, политических работников, военных инженеров, техников, врачей, военно-хозяйственного, административного и военно-юридического состава служба в Рабоче-Крестьянской Красной Армии становится пожизненной профессией, и особенности этой службы требуют регламентированного законом порядка ее прохождения. Особо ответственные в деле обучения и воспитания красноармейских масс, возложенные на начальствующий состав в целом, и ведущая роль командиров в бою требуют установления военных званий, отчетливо отражающих военную квалификацию каждого командира и начальствующего лица, их служебный стаж и заслуги, их власть и авторитет как командиров и начальников Рабоче-Крестьянской Красной Армии»{261}.

Присвоение персональных воинских званий высшему командно-начальствующему составу РККА началось в ноябре 1935 г. Высшее звание «Маршал Советского Союза» было присвоено пяти руководителям Наркомата обороны — наркому К.Е. Ворошилову, его заместителю М.Н. Тухачевскому, начальнику Генерального штаба А.И. Егорову, инспектору кавалерии РККА С.М. Буденному и командующему ОКДВА В.К. Блюхеру. Командармами 1-го ранга стали четыре командующих наиболее важных и крупных военных округов: И.П.Белов (МВО), И.П. Уборевич (БВО), Б.М. Шапошников (ЛВО), И.Э. Якир (КВО) и начальник Управления Противовоздушной обороны РККА, бывший Главком республики С.С. Каменев.

А другому бывшему Главкому Республики И.И. Вацетису было присвоено звание на одну ступень ниже С.С. Каменева, т.е. он стал командармом 2-го ранга, и это было очередным признанием его заслуг. Ведь по должности профессора и преподавателя Военной академии Иоаким Иоакимович мог претендовать, как и другие профессора и преподаватели, максимум на звание «комдива» (примеры А.А. Свечина, Я.Я. Алксниса, П.И. Вакулича, Д.Н. Надежного, Ф.Ф. Новицкого, Н.Г. Семенова, Е.Н. Сергеева, Н.Н. Шварца). Однако его прошлые заслуги перед Советской Республикой еще помнили в «верхах», а нарком К.Е. Ворошилов, просматривая и списки на присвоение воинских званий высшему комначсоставу РККА, согласовывал их с И.В. Сталиным, В.М. Молотовым и М.И. Калининым. Особенно «командармский» список. Дело в том, что до «комкора» включительно Ворошилов (нарком) имел право сам присваивать воинские звания, а вот звания командарма 1-го и 2-го ранга и маршала являлись прерогативой СНК и ЦИК СССР.

В данном случае И.И. Вацетису не было оснований обижаться на то, что его недооценили, не заметили, забыли о его заслугах перед страной и народом, как это было в отношении других лиц командно-начальствующего состава РККА. Например, обиженными в плане присвоения воинских званий считала себя часть такой важной категории, как командующие войсками военных округов. По нашему мнению, всем командующим округов следовало присвоить звание «командарма (1-го или 2-го ранга)». Однако в «верхах» посчитали, что округ округу рознь, и такие командующие, как М.Д. Великанов (САВО), И.К. Грязнов (ЗабВО), И.И. Гарькавый (УрВО), Я.П. Гайлит (СибВО) получили только звание «комкор».

Вместе с И.И. Вацетисом командармами 2-го ранга стали 10 человек:. Назовем их поименно: начальник ВВС РККА Я.И. Алкснис; командующие войсками военных округов: Харьковского — И.Н. Дубовой; Приволжского — П.Е. Дыбенко; Закавказского — М.К. Левандовский; Северо-Кавказского — Н.Д. Каширин; Приморской группы войск ОКДВА — И.Ф. Федько; начальник Военной академии имени М.В. Фрунзе А.И. Корк; заместитель начальника Генерального штаба А.И. Седякин; начальник Автобронетанкового управления РККА И.А. Халепский.

Присвоение персональных воинских званий в Красной Армии было с одобрением встречено в стране. Выражая мнение общественности, газета «Правда» в те дни писала: «Командиру принадлежит ведущая роль в бою. Чтобы красноармеец шел в бой без страха и сомнения, чтобы он не дрожал ни перед какой опасностью, ему нужен командир, в авторитет которого он верил бы как в самого себя и власть которого он признавал бы как власть народа…

Правительство революционного народа дает командирам своей армии эти звания как свидетельство их власти и авторитета. Командиры примут эти звания как обязательство еще выше поднять честь рабоче-крестьянских воинов»{262}.

Мы упомянули об обиженных среди лиц высшего командно-начальствующего состава при присвоении им персональных воинских званий. Несколько разовьем эту тему. Действительно, обиженных было достаточно много как в военных округах, так и в центральных управлениях и военных академиях. Начиная кампанию по присвоению персональных воинских званий, руководство Наркомата обороны, безусловно, предполагало, что какой-то процент обиженных будет, — как в центральном аппарате, так и в войсках. На деле же обиженных оказалось во много раз больше, чем планировали нарком Ворошилов и Б.М. Фельдман — главный кадровик РККА.

Среди недовольных были и командующие войсками военных округов. Такие военачальники, как И.Э. Якир (Киевский военный округ), И.П. Уборевич (Белорусский военный округ), И.П. Белов (Московский военный округ), получившие «командарма 1-го ранга», были удивлены и обескуражены, узнав о присвоении маршальского звания командующему ОКДВА В.К. Блюхеру. Все они с одинаковым успехом могли рассчитывать на такое же воинское звание. И к тому были все основания — округа у них были перворазрядные, а у Белова к тому же и столичный. Войск у них (корпусов, дивизий, бригад) было не меньше, чем у Блюхера, а в Киевском и Белорусском — даже больше. Добавим сюда и тот факт, что до назначения в ОКДВА В.К. Блюхер работал заместителем у Якира. Притом Якир, единственный из командующих войсками округов, являлся членом ЦК ВКП(б), и у него, как ни у кого другого, были веские основания претендовать на маршальскую звезду. Но не получилось!..

Остались недовольными и те командующие войсками округов, которые в конце 1935 г. получили только «комкора» (М.Д. Великанов — САВО, И.К. Грязнов — ЗабВО, И.И. Гарькавый — УрВО, Я.П. Гайлит — СибВО). Всем им пришлось снять с петлиц своих форменных кителей и гимнастерок по одному ромбу, что было для них, безусловно, психологически неприятным событием. К тому же их заместители тоже получили звание «комкор», что нарушало важнейший кадровый принцип «заместитель — на одну ступень ниже».

Обделенным оказался и профессорско-преподавательский состав военных академий, в первую очередь Военной академии имени М.В. Фрунзе: ведь среди ее преподавателей находилось много лиц, имевших в прошлом большие заслуги перед страной и занимавших в разное время крупные должности в Красной Армии — от командира дивизии до командующих армиями и фронтами. Немало там было преподавателей, которые в годы Гражданской войны и после нее возглавляли штабы фронтов, округов, армий. Самое большое, что дали им, — это звание «комдив», т.е. два ромба на петлице. Однако и это звание получили совсем немногие: Н.Г. Семенов, B.C. Лазаревич, Е.Н. Сергеев — в прошлом командармы, Н.Н. Шварц — начальник штаба ряда фронтов. И еще несколько человек. Подавляющее же число преподавателей стратегии и тактики военных академий стали комбригами и полковниками, что, естественно, вызвало поток мотивированных жалоб и критики в адрес руководства Наркомата обороны и лично наркома К.Е. Ворошилова.