В плену страха и желаний
Шрифт:
Проведя взглядом по обнажённому торсу, который вчера Алан не удосужился спрятать под футболкой, я закусила губу. Грудь, покрытая редкой растительностью, тяжело вздымалась.
«Таааак, нужно это прекращать», — одёрнула себя. — «Надо немедленно выбираться из-под этой медвежьей лапищи».
Осторожно переворачиваясь, стала выскальзывать из «плена», но не успела я до конца осуществить желаемое, как мужчина буквально сгрёб меня обратно в свои объятия.
«Ну, замечательно!» — возмущалась про себя, злостно сопев.
— Доброе утро, красавица, — прозвучал низкий баритон над самым ухом. — Ты так громко дышишь… — Насмешка слетела с его уст.
— Так ты не спишь… — гневно прошипела я, ещё больше рассердившись на ненавистного мужлана. Со всей силы оттолкнула его и вырвалась из крепкой хватки.
— Твою мать, Каролина… Ты что делаешь?!
Услышав озверевший рык, обернулась и обнаружила Алана в полусогнутом положении, держащегося за перебинтованный бок.
«Чёрт, ранение…» — Я чуть сморщилась от чувства вины и добавила уже более спокойным голосом:
— Будешь знать, как руки распускать…
Парень поднялся с кровати и ехидно выплюнул:
— Вообще-то, ты первая это начала… Сама ночью полезла ко мне обниматься!
— Ты врёшь, этого не может быть! — возмутилась, скрестив руки на груди. Губы нахала растянулись в хитрой ухмылке. — Или может…
Внутри нарастал гнев. Только я собралась высказать всё, что думала об этом засранце, как раздался дверной звонок.
Физиономия парня тут же изменилась: глаза сузились в прищуре, губы вытянулись в тонкую линию.
— Ты кого-то ждёшь? — спросил он леденящим тоном.
— Н-нет, — заикаясь, ответила.
Алан пересёк комнату. Оказавшись около окна, он отодвинул край шторы.
— Там полиция!
Не успела я опомниться, как мужчина подлетел ко мне, впечатывая рукой в стену. Сжимая горло, прорычал:
— Когда?! Когда ты их вызвала?
Он так сильно сдавливал шею, что у меня не получалось вымолвить слова. Изо рта выходил звук, больше похожий на сдавленный хрип. В висках ощутимо застучало. Я ухватила ладонями его запястье, пытаясь отстранить, но в мерзавце пробудилась какая-то нечеловеческая сила, отчего я не могла ничего сделать. Глядя в почти чёрные глаза, я видела, как они наливались кровью.
Обидчик уловил, что я не могла дышать, и ослабил хватку. Вздохнув полной грудью, меня охватил удушливый приступ кашля.
— Кхе-кхе… Ты больной… Ты… Кхе-кхе…Ты чуть не задушил меня…
— Ты их вызвала? — процедил он сквозь зубы.
— Нет, — тихо отрезала. — У меня даже телефона нет…
— Тогда объясни, какого чёрта на крыльце твоего дома стоит коп?
— Понятия не имею… — Вдруг послышался ещё один звонок, но более протяжный, настойчивый. Я вздрогнула. — Если я не открою дверь, это может вызвать подозрения.
Алан отпустил меня, метнулся к кровати и достал из-под подушки пистолет.
— Пошли.
— К-куда? — Голос мой заметно дрожал. Глядя на озлобленного мужчину с оружием в руках, я боялась что случится что-то страшное, непоправимое. По коже прошёл мороз, оставляя за собой липкий след страха.
Игнорируя мой вопрос, незнакомец схватил меня за локоть и потащил из комнаты, держась за бок. Спустившись по лестнице, он наклонился ко мне и тихо прошипел на ухо:
— Сейчас я встану за дверью, а ты откроешь её и отделаешься от этого копа, чего бы он там не хотел. Поняла?
Я коротко кивнула.
Он занял место у входа и навёл на меня дуло. Тяжело сглотнув, я поправила на себе халат, прикрыла покрасневшую шею махровыми воротом и распахнула дверь.
Увидев мужчину в форме, я сразу расслабилась, понимая причину его визита.
Неделю назад
Расстроенная случившимся, я шагала по многолюдной улице. Я то и дело уворачивалась от встречных прохожих, чтобы не столкнуться с ними. Зелёный сигнал на светофоре загорелся, разрешая пешеходам пересечь проезжую часть. Оказавшись у входа в полицейский участок, я не уверенно распахнула дверь и зашла внутрь.
Там меня встретил дежурный. Молодой светловолосый юноша с россыпью веснушек на лице и вздёрнутым носом. Не отрывая заинтересованного взгляда от монитора компьютера, он спросил:
— Вам помочь?
— Да, у меня украли сумку… — еле слышно проговорила я, опечаленная своей трагедией.
Не поднимая глаз, он дал мне листок и ручку и сухо бросил:
— Пишите заявление, образец на стенде… — и демонстративно отвернулся, делая вид, будто что-то ищет в ящике.
Удивлённая таким равнодушием, не произнеся ни слова, проследовала к недалеко стоящему столу. Заполнив бумагу, я вернулась обратно. Сотрудник молча забрал её, кинул в лоток и направился по своим делам.
— Подождите, и это всё? — Происходящее меня, мягко говоря, поражало.
— А что вы ещё хотите? Я передам ваше заявление следователю… — лениво процедил и удалился вглубь коридора с кружкой вонючего кофе, оставляя неприятный шлейф после себя.
«Прекрасно… И тут никто не хочет работать».
Развернувшись на пятках, двинулась в сторону выхода, понимая, что моим «делом» сегодня навряд ли кто-то займётся. Глядя себе под ноги и проклиная всех на свете, я врезалась в неожиданно возникшую передо мной стену. Если бы не чьи-то сильные руки, подхватившие меня, я бы шлепнулась прямиком на пятую точку.
— Что за… — хотела я выругаться, но, подняв взгляд, тут же остолбенела.
Высокий белокурый мужчина держал меня за плечи. Широкий торс обтянут тёмно-синей рубашкой, на груди поблёскивал полицейский жетон. Обворожительная улыбка сверкала на лице, а глаза были спрятаны за стеклом солнцезащитных очков.
«Так это не стена вовсе…» — пронеслось у меня в мыслях, разглядывая привлекательного незнакомца.
— Вы в порядке? — Бархатный притягательный баритон заставил прийти в себя.
— Что?
Он снял очки, открывая моему взору ясные голубые очи с тёмным ободком на радужке, и повторил:
— Я спросил, вы в порядке?
Находясь всё ещё под воздействием неожиданного, но очень приятного столкновения, уголки моих губ поползли вверх, и я пролепетала:
— Да, в порядке.
Рассматривая черты лица парня, я чувствовала, насколько глупо сейчас выгляжу. Чуть встряхнув головой, вышла из транса и немного отвернула голову.
— У вас что-то случилось? — насторожился он, уловив смену моего настроения.