Чтение онлайн

Между нами сразу же повисает искрящееся напряжение.

– Ты сегодня особенно красивая, – одаривает Рэм комплиментом и подмигивает. Это снимает часть напряжения.

– Спасибо, – киваю ему в ответ.

– А просвечивающая грудь – это задумка дизайнера? – продолжает Рэм, рассматривать меня, будто я картина.

– Это церемониальное платье, – отвечает Бак мрачно и отводит взгляд от меня. – Похоже, нашей Але решили предоставить место не только в зрительном зале.

– А ты откуда знаешь? – уточняю я, скрещиваю руки на груди, чтобы хоть немного прикрыть грудь.

– Моя мать – морянка. Она рассказывала мне немного о традициях, – шокирует меня Бак своим признанием.

– И что меня ждёт? Ты знаешь? Меня в жертву не принесут никому?

– Нет, – усмехается. – Если только нам.

– В смысле?

– Увидишь, – ограничивается коротким ответом.

Меня не покидает ощущение, что он знает намного больше, чем рассказывает.

Рэм же, заметив, что всё моё внимание сейчас приковано к Баку, пересаживается на сидение рядом со мной.

И я замечаю, какой неодобрительный взгляд бросает на него Бак. Они мне напоминают двух мальчишек, которые борются за внимание девушки. Хотя о какой борьбе может идти речь, если…если мы уже были все вместе.

От воспоминаний становится жарко и, как назло, Рэм решает поиграть с моей грудью.

Прикасается пальцем к соску, который просвечивает сквозь ткань. Я поднимаю скрещённые руки выше, чтобы закрыть грудь полностью.

– Ну же, Аля, не будет врединой. Я хочу поласкать тебя.

– Ты совсем не можешь сдержаться? – возмущаюсь. – Тогда отсядь от меня. Я хочу выйти из аэролёта в том же виде, в котором зашла, а не помятая.

– Я не буду тебя мять. Честно, – обещает с хитрой улыбкой.

Находиться с ним в одной кабине становится сложно. Они заражают меня своей похотью. Даже Бак, такой сдержанный и молчаливый сейчас смотрит на меня хищным взглядом.

– Бак, скажи ему, – обращаюсь синекожему любовнику, на самом деле все мы прекрасно знаем, что я сейчас не менее хочу продолжения, чем они.

И кто знает, чем бы закончился наш разговор, если бы в этот момент аэролёт не приземлился. Пора выходить.

Приходится напомнить себе для чего мы вообще сюда прилетели. Сейчас будут похороны Хои, вернее Калиндры.

Когда выхожу на белокаменную дорожку, удивлённо отмечаю про себя, насколько традиции народов и других рас отличаются. На Земле в день похорон принято надевать чёрное, в знак скорби. А у морян все одеты в белые одежды.

Дорожка с двух сторон украшена кустами с белыми цветами. Крупные соцветия, немного напоминающие пионы. Лёгкий ветерок развевает полоски шёлковой ткани, развешанные на столбах вдоль дорожки.

Нас встречает сам Элиор Матисин, подаёт мне руку, кивает в знак приветствия моим спутникам.

Как-то очень странно. При первой встрече он меня и не заметил, с капитанами общался, а сейчас наоборот всё внимание для меня. Чувствую, как Бак и Рэм тоже напрягаются. Хотя, может, оттого, что Элиор посмел приблизиться ко мне и занять их место.

– Прекрасная хоя Аля, вы выглядите изумительно. Вам к лицу одежда морян. Никогда не думали задержаться у нас?

– Нет, – одновременно отвечают капитаны.

Элиор даже вздрагивает.

– О, вижу, ваши защитники настроены решительно. Не удивительно. Такая женщина, – его взгляд скользит по моей груди, но я не чувствую ничего, кроме раздражения.

Это радует. Значит, всё-таки это не вирус, иначе мне было без разницы кто из мужчин рядом. Ну мне так кажется во всяком случае.

Элиор подводит меня к изящной лестнице, поднимаемся и оказываемся на белокаменной просторной площадке. Она окружена со всех сторон высокими пятиметровыми колоннами, которые расходятся в стороны от высокого трапециевидного храма. На фасаде выгравирован барельеф по пояс двух мужчин и женщины. Женщина чуть выше мужчин и стоит в середине между ними. Мужчины окружают женщину разведёнными руками, словно защищают её.

– Это Серента, богиня любви, в окружении её защитников. Мы называем их связь Родийский союз, – поясняет мне Элиор, заметив, что я не свожу взгляда с храма.

– А вот и наша Калиндра, – указывает на центр площадки, на постаменте лежит Хоя, моя подруга.

Подходим ближе, она лежит будто живая. И снова в памяти всплывает её лицо, как часто мы с ней шептались ночью, как успокаивала меня, и как спасла. То, что произошло в космолёте с Хоей, я почти не помню. Мы были слишком измождённые. И я до сих пор не могу понять, почему я выжила, а она умерла.

Гости занимают свои места за пределами площадки. Мне и капитанам разрешают остаться рядом с телом Хои.

Совершенно не понимаю, что сейчас должно произойти. Я ещё хотела почитать о традициях морян, но с этим безумием ночью совсем обо всём забыла. Над площадкой разносится приятная печальная мелодия, а из храма выходят девушки в белых одеждах, очень похожих на моё платье.

Вслед за ними не спеша выходит женщина. С высоким головным убором. Лицо её наполовину прикрыто маской из тонких нитей с бусами, которые словно живые переливаются и раскачиваются при каждом её шаге.

Она подходит к постаменту. Склоняет голову и начинает читать на неизвестном языке то молитву, то ли песню. Переводчик, вживлённый в висок, отказывается переводить.

Её голос усыпляет и умиротворяет. Даже моя непроходящая жажда секса успокаивается.

На душе так легко становится, будто я домой вернулась. И всё это мне очень знакомо. Хотя я точно знаю, что никогда не была на Мории.

Глаза жрицы закрыты, будто она в транс погружена. Неожиданно она резко поворачивает голову в нашу сторону и в упор смотрит на меня.

– Кто ты такая? – спрашивает меня жрица.

Смотрю по сторонам, чтобы убедиться, что она точно обращается ко мне. Но рядом только Элиор и мои капитаны. Значит, всё-таки вопрос задан мне.

– Я Алевтина. Землянка, – отвечаю медленно.

– Я чувствую в тебе силу нашей сестры Калиндры. Подойди.

Рэм обхватывает меня за талию, не хочет отпускать. Бак строго смотрит на него.

– Отпусти, – цедит сквозь зубы. – Ей не причинят вреда.

И только после раздумий Рэм отпускает меня. Но я в отличие от него, совсем не волнуюсь. Подхожу к жрице. Та неотрывно смотрит мне в глаза. А у меня ощущение, что она в моей голове роется, ищет что-то.