Чтение онлайн

… есть. Ты ведь только-только добрался.

А Дару казалось, что он здесь давно.

… нарушение восприятия времени — это нормально. Позже пройдет. Маг видит, что ты добрался до реальной границы, и будет ждать моего появления.

Ллойд говорит так, что хочется ему верить.

… я здесь совсем по другому поводу.

Дар не хочет знать, по какому именно. Воды в роднике мало. И горькая. Кажется, его вот-вот опять вырвет.

… терпи. И не сопротивляйся. Чем сильнее ты сопротивляешься, тем хуже будет. Приляг куда-нибудь и попробуй выровнять дыхание. Если получится заснуть — хорошо. Нам всем пригодятся силы.

… я… не должен был… меняться.

… или должен, но раньше. Ты начал. Еще тогда, помнишь?

Лег Дар у родника, щекой на мокрые камни. Почти хорошо. И можно отвлечься на то, чтобы считать вдохи и выдохи.

… но попал под волну и перегорел. А дальше — домыслы. Или поводок тебя блокировал. Или просто время нужно было, чтобы восстановился. Или очень сильный стресс, чтобы запустить механизм. Честно — не знаю, как не знаю, что из тебя получится. Но мы разберемся. Со всем по порядку. А начнем с Хаота…

Он слышал Ллойда четко. Ясно. И точно знал, где тот находится. Недалеко, но на своей территории, на самой границе сети, которая расползалась от Дара. На его груди — призрачный цветок с нитевидными лепестками. Каждое вытягивается, плывет в воздушных потоках, стелется по земле, выискивая ту самую, нужную жертву.

… красивая игрушка. Подозреваю, что просто снять ее не выйдет. Сработает на взрыв.

Возможно. Цветок исследует Дара, но не он — цель. Лишь носитель. И взрыва не боится.

… лежать! Еще успеешь сгореть по дури. Этот анемон иначе убирать надо…

Эта идея была совершенно безумна. Вот только других вариантов не имелось.

Дар очень надеялся, что Кайя Дохерти не откажет.

И прибудет вовремя. До того, как сдохнет серебряный паук, который пульсировал на лошадиной шее прежним безумным ритмом.

Меррон не думала бежать. Ну не то чтобы совсем уж не думала, скорее осознавала, что, несмотря на видимое отсутствие охраны и тонкий шелк шатра — куда ему до каменных стен прежней ее камеры, — попытки побега обречены на провал.

Интереса ради она откинула кисейный полог и убедилась, что до отвращения верно оценила обстановку. В трех шагах от входа на плоском камне расположился сторож. И был он не человеком. Вернее, когда-то, наверное, был и человеком, но давно.

Существо повернуло голову к Меррон и уставилось стеклянным немигающим взглядом. Стоило сделать шаг, даже не шаг, крошечный шажок, как его губа задралась, обнажая ровные треугольные зубы.

— Я не буду убегать. Мне просто интересно. Я прежде не встречала таких, как ты.

Меррон села у входа в шатер и демонстративно положила руки на колени.

— У тебя есть имя?

Оно отвернулось.

— Греешься? Тоже солнце любишь?

Глупо надеяться приручить чужую тварь, но Меррон должна была делать хоть что-то.

Дар вернется… когда?

И сумеет ли?

А если все-таки вернется, то каким? Точно не тем, кем прежде был. Меррон и с ним-то не понимала, как себя вести, теперь и вовсе все стало невероятно сложно.

— Хорошо тебе, — сказала она. — Мозгов своих нет, а чужими не больно думать.

Ее стражу нравилось солнце. Он растянулся на камне, не лежал, но скорее нависал, неестественно изогнув спину, опираясь на ладони и какие-то слишком длинные ступни. Полусогнутые ноги не касались поверхности валуна, а локти выступали вперед, едва не смыкаясь над головой.

— Поверьте, думать карто умеют. — Харшал похлопал по бедру, и существо, соскользнув с камня, поспешило к хозяину. Двигалось оно иначе, чем люди, но быстро. — Просто их мысли направлены исключительно на исполнение приказа.

Харшал разглядывал Меррон откровенно, оценивающе, так, что ей тотчас захотелось спрятаться в шатре, но она заставила себя сидеть.

— Вы не боитесь? — поинтересовался маг.

Боится, до икоты просто боится.

— Большинству людей карто внушают если не страх, то глубочайшее отвращение, которое сложно перебороть. Рабы, приставленные ухаживать за ними, весьма часто сбегают. И это несмотря на то, что убежать никому еще не удалось.

— Бегать я не стану.

Существо сидело, глядя на хозяина снизу вверх, с восторгом, обожанием почти.

— Это разумно. Карто, конечно, сдерживают свои инстинкты, но порой… не хотелось, чтобы они вас повредили.

Они? Значит, кроме этого есть и другие? Ну да, конечно, есть… где-нибудь за шатром прячутся. Или не прячутся, но растворились в этом странном зыбком воздухе, пропитанном сандаловой вонью. Меррон помнит, как шатер возник словно бы из ниоткуда. А твари, поди, поменьше шатра будут, и скрыть их легче.

— Хотите рассмотреть его поближе?

…издевается?

— С удовольствием.

Толстяк щелкнул пальцами, свистнул и указал на Меррон.

— Сообразительны. Исполнительны. Покорны. Пожалуй, единственный существенный их недостаток — недолговечность. Три-четыре года жизни, и все. А найти подходящий материал для изготовления качественного карто не так и просто.

— Мне казалось, с трупами проблем нет.

Существо приближалось медленно, позволяя оценить себя, и в плавных его движениях виделась скрытая угроза. Оно остановилось на расстоянии вытянутой руки, настолько близко, что Меррон ощутила знакомый запах формалина, исходивший от кожи. И серы. И трав, но каких именно — разобрать сложно.

— О, милая дева, при чем здесь трупы? — Харшал развел руками, позволяя просторным рукавам своего одеяния соскользнуть. Обнажившиеся предплечья были заключены в проволочные каркасы, опутаны тончайшими трубками, по которым циркулировала желтоватая жидкость. Трубки пробивали кожу и вырастали из нее. — Трупы — не самый лучший материал для подобного рода экспериментов. Обратите внимание, сколь совершенен он…

На утопленника похож, но все же менее отвратителен, нежели его хозяин.