Чтение онлайн

Он сказал, что заберёт меня... Он хочет сказать, что это мой последний день?

Хотя я всегда жалуюсь, что если всю жизнь так не везёт, то лучше уж быстрее переродиться, но, Господи, это же просто жалобы! Это не значит, что я на самом деле хочу умереть! Ты что, не можешь отличить жалобы от честных желаний?

Платформа была пуста; здесь был один только я. Подул ветер, пронеся мимо меня пару клочков какого-то мусора.

Мне скоро кранты, а я даже не знаю, что написать в завещании.

* * *

Не знаю, как долго я стоял на месте, вцепившись в сотовый, пока не услышал сзади еле слышный звук.

Хм, так это правда, что в напряжённой ситуации люди способны выдавать поразительные результаты... Я обернулся за долю секунды. Настолько быстро, что даже этот парень на миг оказался ошарашен. Однако как только он пришёл в себя, настала моя очередь оказаться ошарашенным.

Вообще, в Тайване не удивительно видеть иностранцев. Обычно на улице можно увидеть как группа-друга проходит мимо. Я видел их достаточно, чтобы не обращать внимания. Однако я никогда не видел такого красавца-иностранца.

Хотя я и говорю, что он иностранец, но внешность у него скорее азиатская.

Длинные серебряные волосы до пояса, и прямо у лба локон волос, словно окрашенный в кроваво-красный цвет. Было заметно, что он прибыл в спешке; его шелковистые волосы были небрежно завязаны позади резинкой от ланч-бокса.

Красные глаза, словно рубины в ювелирном, вызывали желание потрогать и убедиться, что они настоящие. (пр. переводчика: нет, это не яой :-) )

Его восточная внешность была красивее, чем у старшеклассницы, с которой я встретился ранее, но создавала очень холодное впечатление, особенно когда он так зыркал на меня. Это чувство походило на то, что создаёт моя сестра, "если бы взгляды убивали", в том духе.

Его кожа была очень бледной, почти как у трупа. Особенно на фоне его чёрной одежды, из-за чего выглядел он очень странно.

И несколько пугающе.

Он не выглядел как человек; скорее, как красивый монстр или призрак из маньхуа.

– Ты, болван!

Он говорил на чистом китайском; голос тот, что был по телефону. Так что немедленно стало очевидно - это тот самый бог смерти, который хочет видеть меня мёртвым.

– Сэр бог смерти!
– поспешно перебил его я. Одному богу известно, может, он прямо сейчас собирается меня убить и утащить с собой.
– Я ещё не придумал, что написать в завещании. Пожалуйста, дайте мне немного времени, я вас не задержу. Прямо сейчас закончу.

Я только что не стал кланяться.

Нужно написать в завещании, что умер по воле богов, чтобы моя семья знала, что это не несчастный случай.

Бог смерти посмотрел на меня так, словно у меня в голове шарики за ролики зашли; затем достал из кармана своих чёрных штанов сотовый. Практически такой же, как у меня.

Полагаю, на тот момент я был слишком в панике, так что не запомнил, что именно бог смерти говорил своему собеседнику. Я смутно слышал отдельные замечания, что-то о приёме какого-то чокнутого студента в этом году.

Он звучал грубовато, и я понял, что у бога смерти скверное настроение из-за недосыпания и пониженного кровяного давления.

В конце концов, получив ответы, бог смерти закрыл свой телефон и повернулся ко мне. Его странные красные глаза больше не выглядели как самоцветы; скорее, как кровавые глаза зверя.

– Врата откроют ещё раз. Если ты всё ещё не хочешь входить, то можешь не регистрироваться.

Его тон был очень грубым.

Регистрироваться?

Я осознал, что это важно.

Я только сейчас заметил, что "бог смерти" носит униформу, и на его рукаве что-то вроде баджика, на котором золотой нитью были пришиты несколько букв.

Разве это не название школы, в которую я должен был поступить?

– Ещё есть десять минут до прибытия следующего поезда - глянув на свои часы, недовольно произнёс "бог смерти". Затем красные глаза зыркнули на меня, и он сел на публичную скамью на платформе.

"Ещё осталось десять минут? То есть у меня всего десять минут на то, чтобы написать завещание?"

Я немедленно забил на название школы на его одежде и достал из рюкзака ручку.

– Так, сперва насчёт собственности, а потом сказать семье, чтобы не слишком переживали из-за моей смерти...

"Бог смерти", до того сидевший на скамье с закрытыми глазами (полагаю, пытался вздремнуть немного), приоткрыл глаза и взглянул, как я пишу завещание. На его симпатичной мордашке появилась растерянность. Затем он забил на сон (это просто моё предположение), и подошёл взглянуть поближе, пытаясь со вздохом разобрать, что я там пишу.

Когда он увидел сверху на бумаге большое слово "Завещание", я успел написать "Если мой труп в слишком плохом состоянии, просто соберите части и не заморачивайтесь - кремация, и никаких проблем".

– Так ты уже достаточно сознателен, чтобы писать завещание?
– "бог смерти" фыркнул и с лёгкостью выхватил бумагу, с такой ловкостью, что я даже не заметил. Одно мгновенье, и бумажка уже в его руках.
– Но можешь быть спокоен, если только не умрёшь особо зверским образом, то всегда можно будет оживить.

Он обернулся, улыбясь. Брр. Он хочет сказать, что хочет, чтобы меня сбил поезд, а потом оживить, и так неизвестное количество раз, пока не будет удовлетворён?

Мне попался бог смерти-извращенец!

Боги слепы!

Ещё три секунды, и я решил, что раз уж всё равно умирать, будет лучше покончить с собой самостоятельно. Лучше уж чистая смерть, чем игры бога смерти-извращенца.

Железная дорога задрожала; приближался следующий поезд.

Собрав решимость, я закрыл глаза, и с той же скоростью, с которой спешил купить еду во время обеда, поспешил к рельсам, к тому же месту, где трагически скончалась старшеклассница.

Громовой грохот приближался. Полагаю, это самое храброе, что я делал в жизни.

* * *

В следующую секунду он исчез. Грохот поезда пронёсся над моей головой.

Я украдкой открыл глаза, и заметил, что кто-то держит меня за воротник. Я поднял взгляд и обнаружил, что "бог смерти" с лёгкостью держит меня за воротник. Ещё шаг, и я бы добился своего... Блин!

"Бог смерти" без выражения посмотрел на меня. Наконец, он отпустил мой воротник, когда поезд прошёл, и произнёс: