Чтение онлайн

— Нет, ничего особенного для человека, который хочет умереть. Я снова провалился, но не волнуйся, принцесса, уверен, что твои люди будут горевать долго и упорно, когда твое желание, наконец, исполнится. — Дэв резко сплевывает в мою сторону, проходит мимо, даже не взглянув, и направляется обратно к отдыхающим.

Клянусь, моя рука тянется к пистолету в кобуре только для того, чтобы проверить и убедиться, что он надежно закреплен, а не потому, что я испытываю искушение выстрелить ему в задницу, потому что его голова так явно задрана. Я скрежещу зубами ему в спину, но жесткий тон Оливера заставляет меня резко повернуться к нему.

— Ты пошла туда одна?

Я закатываю глаза.

— Я была в полном порядке! Дэв просто ведет себя как придурок.

— Ты пошла туда одна? — он переспрашивает чуть более настойчиво. Я отвожу от него взгляд и прикусываю губу, видя, как застывают лица Линка и Грейсона.

— Мы должны верить, что ты сможешь принимать правильные решения и заботиться о себе, но тебе не обязательно принимать элементарные меры предосторожности и ждать буквально одну минуту, чтобы кто-то мог сопровождать и прикрывать спину? Так вот как это будет работать?

Оливер ждет, пока я закончу, но теперь я чувствую себя идиоткой, потому что он прав. Я лицемерка. Я даже не задумывалась о том, чтобы дождаться кого-то из них.

— Ты прав. Мне жаль. Мне следовало подождать, — говорю я тихим смущенным голосом.

Линк подходит и убирает прядь волос с моего лица.

— Келлс, если ты не хочешь, чтобы мы держали тебя взаперти, не давай нам повода думать, что это необходимо. Хорошо?

Я слегка киваю, смотрю на всех троих и говорю:

— Я не хочу умирать.

Они втроем заключают меня в групповые объятия, а затем отпускают, но Оливер пронзает меня таким взглядом, что я опускаю глаза.

— Если это правда, то ты должна пойти и сказать ему об этом. Тебе нужно уладить это с ним, Келси, иначе между вами будет только хуже.

Я стону от разочарования.

— Ух, ребята, а вы не могли бы просто отстранить меня от работы или наказать как-нибудь еще?

Я хотела пошутить, но выражение лиц Грея и Линка становится разгоряченным и голодным, из-за чего я пытаюсь отступить назад и чуть не спотыкаюсь о собственные ноги. Оливер поддерживает меня рукой, которая скользит вниз по моему телу и обхватывает мою попку, заставляя меня дернуться. Его взгляд скользит по моему телу, и я чувствую ответную пульсацию внутри, когда его тон становится более глубоким.

— Давай сделаем и то, и другое. Разберись с Дэвом, и мы вознаградим тебя, наказывая так, что ты потеряешь рассудок от удовольствия.

Они втроем придвигаются еще ближе ко мне, и Грейсон дергает меня за прядь волос.

— Три рта на твоем теле, Келлс.

Я с трудом сглатываю, когда моя киска увлажняется.

— Удовольствие в три раза больше, — обещает Линк, проводя большим пальцем по моей груди, между грудей.

Мое дыхание прерывается, когда я, спотыкаясь, отхожу от них и заикаюсь:

— Я… я… я поговорю с Дэвом. — я чуть не врезаюсь лицом в грядку с картофелем, когда бросаю последний взгляд через плечо на них и замечаю твердые выпуклости у них в штанах. Блядь, эти мужчины превратили меня в жаждущую, изнывающую от желания сучку!

Я спешу догнать Дэва, выкидывая все мысли о сексе из головы. Оливер прав. Нам нужно как-то разобраться с этим, иначе мы будем постоянно сталкиваться лбами. Я просто хотела бы знать, почему он ведет себя со мной так по-свински. Я никогда не делала ему ничего такого, из-за чего он был так резок со мной все время. Другие спокойно делились со мной своими опасениями, так почему же он так со мной разговаривает? Одно дело, когда он просто дразнит меня в непринужденной шутливой манере, но совсем другое, когда он ведет себя как придурок, когда серьезен. Я этого не заслуживаю, и я, черт возьми, покончу с этим!

К тому времени, как я догоняю его, снова начинаю злиться и подталкиваю его плечом сзади.

— В землянку, сейчас же! — рявкаю я на него.

Он издает резкий смешок и меняет направление, подстраиваясь под мой темп.

— Это должно быть здорово. Ты собираешься высказать мне еще одно свое мнение, принцесса? Как сучка влепишь мне пощечину за то, что я осмелился беспокоиться о тебе?

Я стискиваю зубы, чтобы удержать неприятную реплику при себе, пока мы не заходим в землянку, а затем продолжаю идти в спортзал. Возможно, лучше поговорить в звуконепроницаемой комнате. Когда он захлопывает за нами дверь, я резко поворачиваюсь к нему.

— Мне следовало подождать, прежде чем выходить. Прости.

Он отшатывается, не ожидая этого, но затем снова впивается в меня взглядом.

— Хорошо! Тебе, блядь, должно быть, чертовски жаль, но я сильно сомневаюсь, что это последний раз, когда ты совершаешь что-то безрассудное.

Я издаю сдавленный крик разочарования. Он даже не может принять чертовы извинения, не ведя себя как придурок. Я топаю прямо к нему и кричу:

— Ты такой гребаный мудак!

Он ухмыляется, а затем резко прижимает меня к себе и хватает за волосы, чтобы оттянуть мою голову назад. Его губы меньше чем в дюйме от моих, и я вижу ярость в его глазах, которая совпадает с моей, когда он выдавливает из себя:

— Никогда не говорил, что я не такой.

А потом наши губы соприкасаются, и мы целуемся, как дикари. Горячо и жестоко — это еще мягко сказано, когда наши языки встречаются в дуэли, а губы сжимаются так сильно, что стучат зубы, но ни один из нас не отступает ни на дюйм, когда мы изливаем друг на друга весь гнев, страх и отчаяние. Наши руки срывают одежду, пока его горячая кожа не прижимается к моей, а его рот не отрывается, чтобы пососать и прикусить мою шею.

— Я не хочу умирать! — я злюсь на него, даже когда мои руки скользят вниз по его телу, ощупывая каждый твердый бугорок.

Он снова громко смеется и опускается ниже, к моей груди.

— Тебе от меня не спрятаться. «Нравится — значит нравится», принцесса. А теперь заткнись.

Два твердых пальца проникают глубоко в меня, когда он прикусывает мой сосок. Этого достаточно, чтобы я кончила, и я сильно извиваюсь на его руке, пока он смеется. Я все еще не оправилась от внезапного оргазма, когда он прижимает меня к стене. Мои ноги обхватывают его за талию, и он входит в меня. Его член толще, чем у других, и это причиняет мне боль, которая только усиливает волны удовольствия, которые нарастают с каждым резким движением.

Когда он прижимает меня к стене, я покачиваю бедрами, встречая каждый его толчок. Его зубы обнажены, а твердые пальцы впиваются в мои бедра так сильно, что я понимаю: завтра у меня будут синяки, и от этого мне просто хочется поглубже вобрать его в себя. Я впиваюсь ногтями ему в спину, когда меня накрывает вторая волна оргазма, и когда моя киска в спазмах сжимается на его члене, я откидываю голову к стене. Его голова наклоняется вперед, и он откидывается назад настолько, чтобы видеть, как его член входит в меня, поэтому я сильнее выгибаю спину при его следующем толчке и чувствую, как он дергается и толкается глубже, когда его оргазм взрывается внутри меня.