Чтение онлайн

Тут как раз подошел трамвай, и Дима, помахав на прощание тете Гале, кряхтя, как старый дед, под тяжестью ведра с переспевшей сливой, залез в вагон.

На Садовой собралась целая толпа народа. Дима уже пожалел о том, что послушался тетю Галю, и решил сделать пересадку именно здесь.

Троллейбус пришлось ждать не слишком долго. Но дело было в час пик, поэтому Дима еле-еле протиснулся внутрь, нечаянно поставив злополучное ведро кому-то на ногу.

— Извините, — буркнул он, не поднимая глаз.

Ему никто не ответил. Дима удивился.

Обычно в подобных случаях человек с отдавленной конечностью начинал вопить почем зря, а здесь — тишина. Дима поднял глаза и увидел прямо перед собой знакомое совиное лицо.

Женщина стояла, словно окаменев, взгляд ее был устремлен в одну точку. «Что это с ней? — подумал Дима. — Неужели она меня узнала и теперь ждет возможности скрыться?»

Дима отвел глаза, потом снова посмотрел на совиху, и только тут он заметил, что руки женщины находятся в постоянном движении. И движения эти направлены в сторону сумочки женщины, стоящей слева от совихи.

Как зачарованный, Дима<наблюдал за тем, как на сумочке появляется длинный, ровный разрез, как маленькая, короткопалая рука проникает внутрь, а через несколько минут появляется снова. Теперь в руках у совихи был кошелек, и она начала проталкиваться к выходу, явно намереваясь сойти с троллейбуса, пока жертва не обнаружила пропажи.

«Ну нет! Так просто ты не уйдешь!» — подумал Дима и начал пробираться вслед за совихой, волоча за собою ненавистное ведро.

Люди, заметив упорное стремление мальчика с ведром прорваться к выходу, начали расступаться и давать ему дорогу. Мало кому хотелось щеголять остаток лета с синяками на ногах.

— Что же ты так поздно спохватился? Раньше не мог к дверям подойти — остановка уже сейчас будет, — неслось Диме вслед.

Дима понял, что не успевает за совихой. Та оказалась очень юркой особой. Она легко проскальзывала между людьми, шаг за шагом пробираясь к выходу. Может быть, такое проворство было присуще ей благодаря маленькому росту.

Тут троллейбус подкатил к остановке и распахнул двери. Совиха была уже практически на ступеньках, а Дима, как назло, застрял в двух шагах от выхода. Дорогу ему преградила целая армия старушек, не собирающаяся уступать дорогу мальчику с ведром.

Дима понял, что еще мгновение, и совиха выйдет из троллейбуса, оставив его с носом. Терять было нечего, поэтому Дима сделал последний рывок и ухватил совиху за плечо. Та вскрикнула и обернулась. Сначала на ее лице было написано удивление, постепенно сменившееся испугом. Совиха рванулась и выскочила из троллейбуса, оставив в Диминых руках маленькую черную сумочку на длинном ремешке.

На секунду Дима остолбенел. Потом в голову ему пришла мысль, что если сейчас кто-нибудь обратит внимание на зажатую в его руках дамскую сумочку, то его непременно примут за вора. Дима торопливо засунул сумку в пакет с вещами и продолжил путешествие в переполненном троллейбусе.

Всю дорогу его разбирало любопытство. Лишь огромным усилием воли Дима подавлял в себе желание посмотреть на содержимое сумочки. Однако он решил дотерпеть до дома, чтобы лишний раз не вызывать подозрения остальных пассажиров.

Примерно через три остановки после того, как совиха сошла с троллейбуса, в салоне возник переполох.

— Кошелек украли! — кричала женщина, ставшая жертвой совихи. — Да что же это такое! Куда милиция смотрит?!

— Много денег пропало? — участливо спрашивала потерпевшую старушка с седыми кудряшками.

— Какие деньги? Нам зарплату еще за май не давали! Там паспорт был, и кошелек жалко! — стонала женщина.

— Да, паспорт теперь восстанавливать — целая история, — посочувствовала старушка. — Вы только в милицию не забудьте обратиться!

— Будто бы в милиции мне помогут, — продолжала убиваться женщина. — Они даже и искать не станут!

— Найти не найдут, а о пропаже паспорта вам действительно нужно сообщить, — вмешался в разговор мужчина средних лет. — Во-первых, вам заместо паспорта справку дадут, во-вторых, если паспорт украли, то штраф за пропажу платить не нужно, а в-третьих, если ваш документ в нехорошие руки попадет, то под вашим именем любое преступление совершить могут! Даже убийство!

«Слава богу, что у меня еще нет паспорта! — подумал Дима. — В жизни бы не подумал, что это такой опасный документ!» Всю оставшуюся дорогу пассажиры обсуждали произошедшее, а Дима тем временем решал, что ему делать дальше.·«Можно, конечно, пойти с этой сумкой в милицию, — рассуждал он про себя. — Но, где гарантия, что меня там самого не примут за вора? Нет уж, лучше сначала я попробую что-нибудь предпринять, а уж потом, если ничего не выйдет, пойду в милицию!»

— Мальчик, убери, пожалуйста, ведро с моей ноги, — прервал Димины размышления девчачий голос. — И вообще, по-моему, очень нехорошо воровать чужие сумки!

Дима не помнил толком, как он добрался до дома. В его памяти осталась только противная девчонка, принявшая его за вора.

Она, вопреки Диминым ожиданиям, не подняла шума и не попыталась его задержать, только укоризненно покачала головой.

— Ну вот, совсем другое дело, — сказала мама, удовлетворенно оглядывая успевшего загореть сына. — Теперь ты выглядишь куда лучше! Уже не та бледная немочь, хотя я тебя не понимаю, почему ты не остался на даче еще на недельку, раз тетя Галя приглашала?

— Я подумал, что ты по мне соскучилась, — ответил Дима, затаскивая на кухню ведро со сливой, которое он уже ненавидел лютой ненавистью.

— Хорошо, что сливу привез! — обрадовалась мама. — Я варенье из нее сварю, мне как раз бабушка новый рецепт дала.

«Если бы ты только знала, какой шанс я упустил из-за этой проклятущей сливы!» — подумал Дима.

— Давай сюда вещи, в которых ты там ходил, — сказала мама, — у меня как раз стирка… Сейчас я и их заодно постираю.

Она направилась в коридор и уже было взяла в руки пакет, но тут Диме пришло в голову, что он вряд ли сможет объяснить маме наличие в пакете чужой дамской сумочки.

— Не трогай, мама! — завопил он диким голосом.

Мама испуганно отпустила ручки пакета и даже сделала шаг назад.

— А что там у тебя? — настороженно спросила она, косясь на пакет.

— Там эти… Ну, каких… Гусеницы, вот… — ляпнул Дима.

Глаза мамы сделались большими и круглыми от удивления.

— Прости, пожалуйста, мое любопытство, немного нервно сказала она, — но объясни мне, ради бога, зачем тебе гусеницы?

— Так нужно? — ответил Дима.

— По-моему, подобной гадости не место в доме, — решительно заявила мама, вновь хватаясь за ручки пакета. — Выкину немедленно, пока отец не увидел!