Уходящая звезда
Шрифт:
– Вероятности сложились, - сказала она.
– Мы нуждались друг в друге, и удвоенные усилия дали результат. Вот только твой помощник пришел сюда вчера днем, а не сегодня утром, значит не только мы, но и сама Судьба, вмешавшись, дала нам возможность этой встречи. А слово "тертон" я знаю, Генрих. Это высший вампирский сан, дающийся рожденным не на Земле, правильно?
– Правильно.
– И что теперь будет?
– Что ты хочешь?
– Холлисток с улыбкой посмотрел на нее.
– Все!
– Значит, будет все!
– Я нравлюсь тебе?
– Очень. Судьба, в лице определенных сил, несомненно приложила сюда свою руку. У меня на этот счет есть некоторые мысли… ты ведь не была замужем?
– Никогда. Попадающиеся мне мужчины всегда оказывались слишком слабы.
– Этот дом - наследство?
– Да, его купил мой дед в 35 году, чтобы сдавать квартиры, как это делаю сейчас и я. Тебе он нужен?
– Возможно, - Генрих задумчиво наклонил голову.
– Мне всегда нравилось жить в этих местах.
– Я знаю тебя всего полчаса, а уже готова отдать все, что имею! Ты не околдовал меня, чтобы потом не платить за квартиру?
– вдруг рассмеялась она.
– Нет!
– засмеялся в ответ он.
– Это у меня как раз такое ощущение, что меня околдовали!
И они, обнявшись, внезапно закружились по комнате, а потом еще долго стояли, слившись в глубоком поцелуе.
– У вампиров всегда так?
– спросила Анна, когда они наконец смогли разжать объятия и сели на диван.
– Как?
– Решительно, красиво, сильно.
– Ты сама ведь поняла! Тебе это нравится?
– Безумно! Ради нашей встречи стоило ждать 32 года, которые я, собственно, и ждала, правда, не совсем понимая, что именно.
– Ты давно занимаешься магией, - сказал Холлисток, - кто тебя научил?
– Мама, а она от бабушки научилась. Кстати, а ты сказал при виде меня, что у тебя такое второй раз. Где же эта женщина, что с ней?
– Она умерла. Давно.
– Холлисток стал более серьезен.
– Больше тысячи лет назад.
– Сколько тебе лет?
– она снова посмотрела ему в глаза.
– Две тысячи шестьсот двадцать.
– Скажи, а зачем таким как ты, вообще женщины?
– со все более возрастающим интересом спросила она, даже немного отсев в сторону, чтобы лучше его видеть.
– Потому что мы живые!
– снова засмеялся Холлисток.
– И потому что этот мир без женщин вообще ничто! Хотя, если уж говорить серьезно, ты простые земные женщины нужны в основном только для дела, для работы, или для утоления страсти, когда рядом нет настоящей подруги. Время их слишком скоротечно, чтобы позволить себе долго использовать их. Им всем хочется детей, семьи, а мы отбираем у них возможность это получить. Это нечестно. Суть земной жизни для подавляющего большинства людей состоит именно в перечисленном выше, а наше дело незримо руководить ими и направлять, а не отбирать у них то, ради чего, собственно, они и рождены.
– Красиво!
– Анна нежно провела рукой ему по ноге.
– А со мной как, я же тоже земная женщина?! Или ты меня укусишь?
– Хочешь этого?
– Да!
– воскликнула она, даже подпрыгнув на диване.
– Когда?
– Скоро, - Генрих пожал плечами, - завтра вечером.
– Это великий дар, как я понимаю? Тертоны только избранным дают новую жизнь?
– Это бывает нечасто, - согласился Холлисток, - да и укус укусу рознь. Можно сделать просто вампира, дав ему возможность прожить лет триста, можно просто убить, а можно и дать великую силу, сделав вампира почти равным себе, дав возможность жить красиво и очень долго, не испытывая обычных вампирских проблем. Я хочу видеть тебя такой. Ты мне нужна, я понял это сегодня ночью. Конечно, образ не был сформирован, но если нам дали возможность почти сразу встретиться, то это мне говорит о многом. Сейчас у меня нелегкое время, и получить такой неожиданный подарок потому вдвойне приятнее и ценнее.
– Это будет больно? - спросила он, сев поудобнее, и обхватив руками колени.
– Ты просто уснешь, не бойся. Потом проснешься совсем другой.
– А что у тебя такое случилось сейчас в жизни?
– Пропал камень, не имеющий цены. С помощью него можно много дел понаделать.
– А почему ты оказался именно в Бонне?
– Анна подняла на него глаза.
– Камень хранился в окрестностях города.
– Тебе придется много ездить по делам?
– Мы будем вместе, - мягко улыбнулся Генрих.
– Знаешь…, - Анна лукаво посмотрела на него.
– Что?
– Твой помощник скоро вернется?
– Масси быстро все делает, но обычно он знает, что его появление пока нежелательно.
– И все равно, закрой дверь!
– улыбнулась она, одновременно снимая с себя длинную белую блузку.
Глава 9. Первый посетитель.
Через час, когда они уже спокойно лежали, просто наслаждаясь общением, раздался стук в дверь.
– Кто?
– крикнул Холлисток, выйдя из комнаты.
– Я!
– послышался в ответ голос Масси.
– Все ок, я подал объявление. Когда мне возвращаться?
– Молодец! Иди погуляй пока, город хоть посмотри. Но надолго нигде не пропадай, к шести вечера возвращайся.
– Видишь, он у меня понятливый!
– Сказал Холлисток, возвращаясь в комнату и подмигивая Анне.
– Давно вы вместе?
– спросила она, приподнимая край одеяла, чтобы ему было удобнее лечь рядом.
– Больше ста лет. Я его когда-то спас.
– Скажи, - она тесно прижалась к нему, - тебе не кажется все это сном?
– Что именно? Мы с тобой?
– Да.
– Нет, - Генрих нежно обнял Анну, положив руки на ее плечи и бедра.
– Случилось то, что должно было случиться. Сон всегда заканчивается и быстро забывается, мы же с тобой встретились надолго. Мне последнее время не хватало настоящей сильной привязанности к женщине. Я недавно встречался с одним своим другом, так он делал какие-то прозрачные намеки, касаемо нашей встречи. Но это я только сейчас понимаю, а тогда мысли были совершенно о другом. Цепь последних событий вдруг показала, что и мне хочется поделиться с кем-то своими проблемами, а не держать их в себе, и где-то это поняли и решили дать нам с тобой друг друга. Все произошло спонтанно, согласен. Но это мое желание и твои поиски, вдруг мгновенно материализовались в то, что мы сейчас имеем. И знаешь, я даже благодарен тому, что произошла эта пропажа, потому что она помогла открыть мне глаза на себя.
– Ты удивительный!
– сказала она, нежно гладя его тело.
– Вроде обычный день сегодня, а вот получается, что 26 мая стал моим вторым днем рождения.
– Завтра будет день рождения!
– улыбнулся Генрих.
– 27 мая красивее.
– Ты проголодался?
– неожиданно спросила она.
– У меня есть холодное мясо, жареная картошка, вино.
– Спасибо, милая!
– Генрих вдруг понял, что действительно очень хочет есть.
– С удовольствием!