Чтение онлайн

— Брат, хороший выбор! Лера талантливая, прям как ты, — они пожали друг другу руки. — Она еще не видела твои творения?

— Нет, он не показывал мне.

— Правда? Зря. У Лёни руки золотые, ему нравится работать над деталями, вечно вытворял нечто классное на холстах.

— Прекрати меня расхваливать, — Лео отреагировал на это с неодобрением. И ведь правда, я еще ни разу не видела картин мужчины. Почему же он их скрывает настолько старательно?

— Ой да ладно тебе. Там и пейзажи, и портреты…

— Леша, хватит, — Добрынин резко встал с места, удивив нас всех. Только сейчас начинаю осознавать, что ему эти темы обсуждать не очень-то и нравится. — Это мое личное пространство и обсуждать это с другими не стоит.

— Понял. Прости, брат.

Лео устало помассировал переносицу, прежде чем решил вернуться к себе домой. Леша двинулся следом за ним, а мы с сестрой остались сидеть рядом.

— Ты и правда не видела его работы?

— Нет. А что? — наконец возвращаюсь к остывшей кружке с чаем и наслаждаюсь легкой кислинкой от лимона.

— Ну я тоже не видела, но Леша как-то рассказывал, что среди горы картин есть его бывшая. И думаю, она явно как-то повлияла на то, что Леня больше не пишет, — шепотом говорила сестра, приблизившись поближе ко мне, чтобы я могла все расслышать.

— Почему же он все это до сих пор не сжег? Или не отдал все ей?

— Вот, чего не знаю, того не знаю. Тебе лучше это обсудить с Добрыниным самой. Все-таки между вами своя особенная связь — ты можешь поинтересоваться.

— Не хочу лишний раз спрашивать о том, о чем он сам не желает говорить, — тяжело вздыхаю и откидываюсь на спину стула. На кухню возвращается Леша в одиночестве.

— Все хорошо?

— Да. Мира, поехали домой. Нам еще в магазин нужно будет заскочить, купить телефоны и закупиться к Новому Году, — парень протянул руку сестре. Та быстро схватилась за нее и встала.

— А ты не будешь снова праздновать, да? — спросила Мира, поглядывая на меня.

— Нет. Ты же знаешь, что не люблю всю эту суету.

— Но ты не против, если мы первого числа заедем к тебе с подарками? — она наклонилась ко мне со спины и чмокнула в щеку.

— Не против. Я вам всегда рада, — прижимаю к себе ее руки, наслаждаясь приятным теплом. Ценю каждый миг, проведенный с сестрой. Да и Леша уже стал родным.

— Ну тогда жди. Мы пойдем.

Я поплелась за ними, проводила и закрыла дверь на защелку, возвращаясь в пустую гостиную. Моцарт продолжал спать на своем законном месте в обнимку с резиновой косточкой и наверняка видел хорошие сны. А я же перевела свой взгляд на чистые не распакованные холсты, стоящие возле балкона. Кажется, кому-то надо взяться на кисти и приступить к работе, пока есть время.

* * *

Я просидела за мольбертом несколько часов, успевая прерываться только на еду и прогулку с Моцартом. Меня никак не отпускало вдохновение, заставляя возвращаться к холсту снова и снова, до тех пор, пока мои силы не иссякли.

Под самый вечер, когда за окном сильно стемнело и уже время приближалось к десяти, я смогла отпустить кисточку. Запястье сильно болело, а пальцы еле разгибались, что даже пришлось прибегать к массажу. Еще немного и меня точно схватила бы судорога. Но оторваться от картины было трудно — на ней впервые с того периода, когда я писала первые работы, не проскользнуло ни одного темного пятна. Только светлые тона, белый переливался с золотистым и нежно-розовым — на душе было спокойно. Это все мои новые эмоции и чувства, которые я испытываю сейчас. Вокруг меня собрались прекрасные люди, готовые помочь в любой ситуации. Мне так их не хватало все это время.

Понравится ли такое Лео? Возможно. Но смогу показать, только как закончу эту и еще одну. Все может поменяться в любой момент, а хвастаться тем, что еще не закончила — не вижу смысла.

Вспоминаю о телефоне и стремлюсь к кухонному столу, чтобы посмотреть, звонили или писал мне кто-нибудь. Два пропущенных от неизвестного номера, один от матери и штук десять от Иры. Даже слишком много, чем я себе представляла.

Но решила сначала перезвонить подруге, которая была явно чем-то обеспокоена. Калинина просто так никогда столько раз не звонит — только если не случилась трагедия или же наоборот что-то мега крутое.

— Ира?

— Господи, до тебя, как до президента дозвониться. Нам надо поговорить, — девушка пыхтела в трубку.

— Ты на улице?

— Да я ездила за продуктами. Захотелось выбраться из дома, погулять. Можно я к тебе заеду? — спросила она, хлопнув дверью машины.

— Приезжай. Буду рада тебя видеть, — улыбаюсь, потягиваясь ввысь, вставая на носочки. Устала, как лошадь. Еще и спина теперь отваливается после такого долгого сидения в одной позе. Я ведь почти не двигалась, чтобы не сбиться.

— Здорово. Минут через пять буду у тебя, — она торопливо отключилась, а я пошла в ванную комнату, чтобы отмыть руки после краски. Вечно их пачкаю. Прихватила все свои кисти, чтобы их тоже как следует промыть и оставить сушиться — завтра они мне нужны будут чистыми и готовыми к долгой работе. С моими темпами, так долго они точно не протянут и снова придется идти за новыми.

Мопс, заметив мое телодвижение по квартире, проснулся и решил побегать следом. То ли захотел поиграть, то ли просто внимания, так что, когда я отмылась и оставила кисти сушиться на махровое полотенце, выключила свет в ванной и подхватила Моцарта на руки, несколько раз целуя его в маленькую мордочку.

Но в дверь постучались, и я сразу же помчала в прихожую. В глазок не было смысла смотреть, так что просто открыла подруге. Ира выглядела уставшей и какой-то потрепанной. Может на ней так работа сказывается? Калинина трудится в ветеринарной клинике с утра до вечера, несмотря на то, что ее мужчина вполне достаточно зарабатывает.

— У тебя все в порядке с Адрианом? — она не успела раздеться, а уже начинает с каверзных вопросов.

— Что ты имеешь в виду под словом «в порядке»?

— Вы поругались, да? Он вчера созванивался с Сережей, грустный какой-то был.

— Да, кое-что произошло, — помогаю Ире снять куртку и даю ей свои мягкие тапочки.

— Поделишься? Или это секрет?

— Да тут особо делиться нечем, — вздыхаю и иду на кухню, подогревая чайник. — Мы поцеловались, и я сбежала.

— О господи. Тебе не понравилось? — в шутку засмеялась подруга.

— Дело не в этом. Я не хочу привязываться к Адриану.

— Но почему? Вы ведь нашли общий язык, он о тебе вечно говорит только хорошее, видно, что ты ему нравишься, — Калинина села за стол, ожидая, когда вскипит в чайнике вода, и растерянно уставилась на меня.