Чтение онлайн

Разразилась страшная война. Несметные полчища варваров, как черные тучи, нахлынули на римлян. Мать провожала своего славного воина на войну. «Никон, сын мой любезный, — говорила она ему, — ты знаешь, сколько слез пролила я за тебя, чтобы ты только был христианином. Но вот ты уходишь на брань, и, может быть, я больше тебя и не увижу. Исполни мою последнюю просьбу. Когда тебе будет угрожать смертельная опасность, огради себя знамением креста, и ты будешь спасен».

…Никон попал в самое пекло войны. И однажды, пробиваясь вперед, он оказался совершенно один среди лютых варваров. Их были сотни, а он — один. Вспомнил тогда Никон совет любимой матери, вспомнил и… первый раз в жизни перекрестился… Вдруг явилась у него неимоверная сила. Он, как лев, стал поражать врагов. Они рвались к нему со всех сторон, пускали стрелы, метали копья, заносили над ним свои смертоносные мечи — Никон был неуязвим. Он разил своих врагов смертельно, и много их тогда полегло вокруг одинокого юного воина. Когда все стихло, Никон ужаснулся. Около него валялись десятки вражиих трупов. Он не мог понять, как это произошло. Сила креста помогла ему! С этой минуты он стал христианином.

Великое счастье жить под силою Креста Христова. Носить его на своей груди от самого дня крещения. Носить его в своем сердце до самой смерти. Благоговейно с верой ограждать себя им.

Как часто мы забываем, что мы — христиане, что на нашей груди, как лучшее из всех украшений, сияет крест! Как часто мы неблагоговейно изображаем на себе знамение креста! Особенно же в минуты опасности, скорби, искушений. Потому мы так часто падаем в борьбе, так много страшимся, «идеже не бе страх» (Пс. 13, 5), бываем немощны и раздражительны, а подчас злы, гневливы, невоздержанны и ленивы, что не прибегаем к силе Животворящего Победного Креста Христова. Правда, мы, люди, живем в миру, среди мирских людей, находимся на службе в совсем недуховной обстановке, едем в поезде среди неверующих людей. Как же тут пользоваться крестным знамением? Можно ли свободно креститься? Можно ли на виду у всех людей показывать свою веру? Можно. И нужно. Господь сказал: «Итак всякого, кто исповедует Меня пред людьми, того исповедую и Я пред Отцем Моим Небесным. А кто отречется от Меня перед людьми, отрекусь от того и Я пред Отцем Моим Небесным» (Мф. 10, 32–33).

Потому мы с каждым часом слабеем, остываем, да все прячемся, боимся чего-то, а Бога не боимся.

Когда на воина Никона напали враги, он вооружился не только мечом, но и силой Креста Христова. Он победил. А когда на тебя, мой милый друг, нападают невидимые враги — злые помыслы, нечистота, блудные мысли, рабская боязнь и прочее, и прочее, — ты стыдишься перекреститься и потому всегда будешь побежден.

«А как же, — скажешь ты, — ведь будут смеяться надо мной, когда увидят, что я перекрестилась». Пусть посмеются, если кому захочется. Пусть поглумятся не ведающие или враги Креста Христова. А другие люди укрепятся в вере, особенно малодушные, слабые. Увидя знамение Креста, они воодушевятся и прославят Бога. Вот так должен поступать истинный христианин, любящий Господа и дорожащий своей верой.

«А если мне грозит опасность, мука, смерть, — скажешь ты, — тогда тоже креститься?» Слушай, что скажу тебе на это. Господь учит, чтобы мы остерегались людей и не шли на явную опасность. Благодарение Господу, что еще такой опасности нет, а когда будет, тогда Господь укрепит нас Своей силой. Если кто настолько слаб, что и вправду боится перекреститься, тогда уж надо прибегать к другому оружию — имени Господа Иисуса Христа. Надо про себя от всего сердца вздохнуть и сказать: «Господи, помоги мне. Господи Иисусе Христе, Сын Божий, укрепи меня».

Как хорошо, надежно, радостно жить и спасаться под святыней Креста Христова, умело пользоваться его силой и метко поражать им невидимых врагов! Какие мы слабые и немощные, но как силен Бог, давший нам непобедимое оружие — Крест Христов. Даже святые отцы приходили в удивление от того, как мудро Господь оградил христианина: где бы он ни был, где бы ни находился, все у него могут отнять, всего он может разом лишиться, но вот знамение креста всегда будет при нем.

В жизни каждого христианина есть крест: крест детства, крест материнства, крест пастырства. А сколько у нас частных крестов: болезни, скорби, неудачи, искушения, грехопадения, немощи, ссоры — и все это кресты, кресты, кресты…

Трудно жилось трем малюткам у чужого дяди. Их любимая мама умерла от тяжелого недуга и непосильного труда. Еще невзлюбила их хозяйка дяди. «Едите наш хлеб, дармоеды», — говорила она сироткам, да так грубо и зло, что как ножом по сердцу. Не один раз эти малютки забирались в старый сарай и там плакали, плакали о том, что им тяжело жить без мамы. А когда однажды хозяйка озлилась на них и даже одного ударила поленом, детки-сиротки скрылись. Они ушли на могилку матери и стали там жаловаться, что им без мамы очень, очень и очень трудно. «Маменька милая, — в один голос плакали они, — ты нас бросила одних, а нас тетя не любит, ругает и даже бьет… Мы от тебя не уйдем, нам некуда идти, нас никто не любит, никто не жалеет». Плакали детки, плакали и по-детски все ждали, что вот-вот мама придет к ним и им будет совсем хорошо, тепло и спокойно.

Зимнее солнце давно уже село за горизонт. Детки и не заметили, как стемнело. Подул сильный ветер, запела свою песнь вьюга, и деткам сильно-сильно захотелось спать. Сначала им было холодно, а потом они, прижавшись друг к другу, сладко заснули…

Дядя с его хозяйкой поздно хватились ребятишек. Поискали, потужили, погоревали и успокоились. А когда теплое весеннее солнышко приласкало землю, когда тихие его лучи согрели могилку умершей матери, тогда нашли и сироток. Они, как ранние весенние цветочки, лежали, прижавшись друг к другу на могилке мамы, и будто детские слезы еще не высохли на их влажных глазах. Успокоились они навечно, с мамой родной им хорошо стало…

Это крест детский, сиротский. Тяжелый это крест, мучительный. Не дай Бог никому такого сиротского креста в детстве.

Но есть еще крест материнский — материнского страдания, когда мать, любя свое дитя, страдает за него материнским сердцем. Как много теперь таких крестов, таких мучениц и даже великомучениц — матерей, которые, терпя непослушание детей своих, перенося их грубости, а подчас и побои, плачут за них кровавыми слезами сердца. Очень уж молодежь теперь стала непослушна, груба, непризнательна, невоздержанна. Неблагодарные дети жестоко топчут святыню материнской любви и грубо попирают материнские слезы. И когда смотришь на все это, то диву даешься, как это возможно при современном высоком уровне образования и культуры? Читатель пусть сам решит этот вопрос. Может быть, это непосредственно касается и его, если он в юных летах. А мне думается, что все это беззаконие происходит оттого, что наша юность далеко, очень и очень далеко отошла от Бога.

Как цветочек растет и благоухает, когда он купается в нежных лучах теплого солнца, так юная душа цветет добротою сердца, нежностью отношений и правильно развивается, если она с Богом.

Мать всегда мученица. Если она терпеливо переносит скорби, если не помнит зла, не перестает со слезами молиться за своих детей, — всегда спасется. Хотите, мой дорогой брат, или сестра, или чадо, видеть нагляднее всю красоту материнского креста и силу материнской молитвы?

Это было поздней осенью. В бурном океане шел корабль. Стихия грозно бушевала. Волны яростно, как лютые звери, рвались на палубу корабля. Капитан находился в своей каюте. Он дремал. «Держи на юго-запад», — услышал он сквозь сон ясный женский голос. Проснувшись, он подумал, что над ним кто-то подшутил. Пройдя в общий кубрик, где живут матросы, он резко спросил: «Кто посмел войти ко мне в каюту и разбудить меня?» Все отказывались и недоумевали. Успокоенный капитан снова вернулся к себе и прилег. И только он закрыл глаза, как снова слышит тот же голос, но более настойчивый и требовательный: «Держи на юго-запад! Полный ход! Ради человеческих жизней».

Капитан вскочил. «Тут что-то не так», — сказал он и быстро вышел на палубу. Океан бушевал. Добравшись до рулевой будки, он приказал дежурному держать на юго-запад. Корабль резко повернул в сторону и стремительно пошел по новому курсу. На палубе стояли матросы и зорко всматривались вдаль.

Спустя полчаса пути по курсу заметили черную точку. Подойдя ближе, все ясно увидели в воде двоих людей: юношу и малого ребенка лет шести. Это были потерпевшие кораблекрушение — привязанные к обломку мачты, полузамерзшие и потерявшие сознание.