Как смел я ждать, что искуплюВо тьме чистилищ все деяния,Что дух Возмездья утолюПростою болью покаяния?Я понял: срыв мой сквозь жерлоЕдва лишь начат. НеимоверноеЗлодейство прошлое влеклоМеня все ниже тягой мерною.Как деспот, как антропофаг,Как изверг, обойден пощадою,За Буствичем глухой РафагЯ пересек, все глубже падая.Коробит жгучий мой рассказ?В нем — яд стыда, в нем горечь гневности,Он слишком сумрачен для васИ жаром схож с огнями древности.Как о загробном не скажиВо всем усмотрит чары прошлогоТот, кто приучен богом ЛжиК благополучью века пошлого.Но эту не отдам врагуПравдивейшую из бумаг мою,Стихом горчайшим не солгу:Он опален подземной магмою.Кто верен мужеству — читай!Сквозь жар багрового и черногоЯ подниму туда, где стайОрлиных плеск у фирна горного;Утешу вышней синевой,И пред Небесной СальватэрроюКоснешься правды мировойИ, может быть, воскликнешь: верую.Но раньше райской синевыВникай в кромешные видения,Затем, что этой злой главыПервейшей смысл — предупреждение.
12. ШИМ-БИГ
Каменный, прямой,Сумрачный туннель,Призрачный уклонВниз…Рваный, как кудель,Сверху лишь туманЗыбкой бахромойСвис.Это — не туман:Бурые клубкиМечущихся тел:Мы!Движемся, течемВ нижний океанСквозь водоразделТьмы.С каждым из слоевЛестницы в НичтоМеньше б ты нашелНас:Сквозь седьмой шеолЛьется только стоВместо тех былыхМасс.Дыры вместо глаз,Пряди вместо рук,Вместо голосовВзрыд.Истерзала насГоршая из мук:За себя самихСтыд.Скользкий потолок…Медленный уклон…Оползни… ПровалЛуж…Эллин бы назвалСловом «флегетон»Этот водостокДуш.Хищное, как бич,Прозвище Шим-бИгВ разум я ввожуТвой!Стен не раздробить;Бунту, мятежуЭтот не открытьСлой.Смеет ли языкПоименоватьИстинных владыкДна?Кто в моей странеВидел эту ратьДаже в глубинеСна?Царственен любой,Точно Люцифер,С пурпуром размахКрыл,Но холодный ликСумеречно-сер,Странной нищетойХил.Ангелами тьмыЛастятся к телам,Космы бахромыВьют,Нашу маету,Брошенность и срамТихо на летуПьют.Медленно ползем,Еле шевелясь,В каменной грудиЗла…Вон уж впередиБрезжит, не светясь,Устье водоем,Мгла.В полное НичтоПлавно, как струя,Влиться наш готовСонм…Вот он, наш итогПасть небытия,Нижний из слоевДромн.
…Утратив последнее человекоподобие своей формы, в Шим-бИге он исчерпывает до конца одну из величайших мук: стыд.
13. ДРОМН
Свершилось. В мертвом полусвете яЗастыл один над пустотой.Часы, года, тысячелетияТаких мерил нет в бездне той.О, даже в клочья, в космы рваныеОблечь свой дух я предпочту,Чем плыть бесовской лженирваноюВ зияющую пустоту.Здесь пропадала тень последняяТого, что кличется среда,И не могла б душа соседняяМне прошептать ни «нет», ни «да».Щемящей искрой боли тлеющейОдин в безбрежности я вис,Чуть веруя, что на земле ещеДля всякого есть «верх» и «низ».Напрасно спрашивать о слое том,Ничтожно мал он иль огромн?Все представленья перекроет онЛишь тем одним, что это — Дромн.Все утеряв, мечтал о грузе я:Повсюду — центр, везде — края…Лишь ум рыдал: в нем шла иллюзияУжасного небытия.Мельчайшие, как бисер, частностиЯ здесь припомнил, пуст, угрюм,И никогда столь острой ясностиНе знал мой вскрикивавший ум.Итог всей жизни, смысл паденияВ проклятый Дромн через слои,Подвел я там в бессонном бдении,В предвечном полубытии.Порою мнилось, что украдкоюБесплотный кто-то предстает:Он, как росу, как брагу сладкую,Мою тоску и горечь пьет.Я знал, что в скорбные обителиИ в Агр, и в Буствич, и в МородПорой чудесные ЦелителиНаходят узкий, тесный вход.Но здесь, у крошечного устьицаМоей судьбы — конец суда,И мне на помощь в Дромн не спуститсяНикто, ничто и никогда.
…В Дромне сознание яснеет. Является догадка о том, что все могло бы быть иначе, если бы он сам, утверждая при жизни веру в смертность души, не избрал этим самым Небытие и покинутость.