Ты мое безумие
Шрифт:
—Какая ты? — не совсем сообразила в чем суть.
—Поль, ну какая-какая, толстая конечно же.
Она сказала это без тени раздражения, как само собой разумеющееся, а я от такого откровения оторопела слегка. Да, Вера не была моделькой, но и толстой её назвать можно только на грани абсурда. Есть конечно лишние килограммы, которые только добавляли девушке некую изюминку и индивидуальность в разрез от шаблонов… Возможно мои каноны красоты отличаются от большинства, но я не считаю что все красотки, обязательно худышки. Есть много замечательных девушек пышных комплекций. Они прекрасны, умны и самое главное счастливы именно в своём теле.
Вот я. Ну симпатичная, ну довольно стройная и глупой меня не назовёшь. А счастье-то где? Нет его. Потому что это не показатель.
—Вер, мне кажется ты слишком критично к себе относишься. — Я поднялась с места и подошла к девушке. Взглянула в зеркало. — Ты посмотри на себя — мои пальцы коснулись шелковистых волос — Они прелестны.
Вера улыбнулась, но во взгляде мелькало напряжение или что то другое.
Читать людей не мой конёк.
—А глаза. Ты глянь какие они. Голубые, большие. Да в них же утонуть можно. Они завораживают.
—Ты преувеличиваешь — уже не так бодро отвечает Вера, а я тем временем продолжаю.
—Как на тебя парни будут смотреть с восхищением и на свидания зазывать, если ты сама- то себя не ценишь и не любишь. В каком месте ты толстая?
—Скажешь нет? — Девушка фыркает хлопая по бедру в темно синих джинсах. — А это тогда что? Мои прелести, которые я должна любить?
—Это часть тебя. И да, ты должна либо принимать себя такой какая есть и перестать зарастать комплексами, либо меняться, чтобы ты оставалась довольна. Знаешь, я тоже могу сидеть и говорить, что я такая-сякая и жизнь у меня дерьмо, но при этом продолжать сидеть сложа ручки. И у меня между прочем проблемы куда посерьёзнее. Мне блин жить негде, а денег в кармане на сраный хостел и пару пачек доширака. Но я не ною, а пытаюсь что-то делать.
Кажется я перегнула, потому что девичьи глаза наполнились влагой, а пухлые губы сжались в тонкую линию слегка подрагивая. Да, возможно я повела себя крайне грубо и может где-то нетактично, но лучше пусть правду слушает, чем продолжает вгонять себя в комплексы, которых, я уверена у неё цистерна.
—Извини, Вер — я коснулась пальцами её плеча, ободряюще сжимая — Не хотела испортить тебе настроение.
—Нет-нет — девушка стёрла выступившие слёзы помахав ладонью перед лицом — Ты права. Я и правда слишком загоняюсь по поводу своей внешности. Но это далеко из детства. Я всегда такой была: неуклюжей, маленькой толстушкой. В школе шутили, обзывали. Какие уж там парни и дела амурные, а сейчас… сейчас я просто пытаюсь жить. Устала быть одной. Хочется тепла, уюта, а внутри пустота..
—А похудеть не пробовала?
Вера вздыхает. На лице грусть-тоска.
—Пробовала, но что-то пока никак. Сама же видишь.
—Вижу я затюканную девчонку. Довольно милую и симпатичную, которая сама себя вгоняет в западню. Ладно, ты прости ещё раз, что влезла, но мне бежать нужно.
Взяв вещи, я направилась к двери.
—Поль.
Я обернулась.
—Спасибо — Вера улыбнулась, заправляя светлую прядь за ухо и мои губы растянулись в ответном жесте.
Казалось, словно я сделала что-то важное и от этого в груди разливалось тепло.
—Да не за что. Буду рада, если наш разговор тебе пойдёт на пользу.
Я уже собиралась покинуть раздевалку, как вновь услышала звонкий голос.
—Ты сказала тебе жить негде, а хочешь, пошли ко мне?
Глава 24
—Я пришла! — кричу, вваливаясь в душную квартиру. Ставлю увесистые пакеты на пол и рукой стираю выступивший со лба пот. Конец июня — лето в самом разгаре. На улице в такое пекло невозможно и пяти минут продержаться, всё время хочется отыскать прохладный закуточек где-нибудь в кронах деревьев.
—С ума сошла? — в прихожую вбегает Верка поражённая количеством пакетов. На ней белое домашнее платье прикрытое фартуком и белая косынка. В руке скалка, а лицо и ладони испачканы мукой. Всё ясно, пока я опустошала магазинные полки, моя соседка рукодельница решила пошаманить на кухне.
Мы живём вместе уже месяц, ровно с того дня, как Вера предложила пойти к ней. А там где одна ночь, там и неделя пролетела, ну и собственно я осталась на постоянку.
Тем более— это Веркина квартира, доставшаяся ей от бабушки. Небольшая двухкомнатная панелька в обычной многоэтажке спального района. Все, что от меня требуется— соблюдать правила в доме, по-типу: уборки, мусора и посторонних. Ну и платить конечно же, но только за коммуналку. Изначально я думала буду комнату снимать, но Вера наотрез отказалась брать с меня деньги.
Что касается Бушманова, то всё произошло гораздо легче, чем мне казалось. Как только я поняла, что буду жить у Веры, сразу же поехала к нему домой за вещами. Он ничего не спрашивал и вообще вёл себя слишком отстранённо. Даже не удосужился поинтересоваться, где меня все эти дни носило. Было обидно, что ему плевать, но я уверяла себя, что это даже к лучшему. Лишний раз не придётся надумывать себе лишнего. Первую неделю меня колбасило. Нет, я не придавалась истерикам, но сердце в груди подрывало, а по ночам не получалось нормально спать. Тоска сжирала, хотелось узнать:, как у него дела, чем занимается, думает ли обо мне, но стоило взять в руки мобильный, как весь запал улетучивался. Мы друг другу никто и точка! То, что я как дура влюбилась, это только мои проблемы. Паше до них нет никакого дела. С этим и живу по сей день. И вроде даже легче стало. Практически не болит, не ноет. Может и не было никакой у меня любви. Просто красивый мужчина, просто одинокая я, забывавшая ласку и нежность. Обычные рефлексы, обычная иллюзия.
—Ты как это всё доперла? — Ахает моя соседка вертя в руках скалку.
—На такси доехала. — Пыхчу, скидывая голубые босоножки на плоской подошве. Взяв пакеты следую в сторону кухни. — Расценки у них конечно конские, но я ещё не совсем крейзи, чтобы в душном автобусе с пятью пакетами на перевес маяться.
—А я тебе говорила, давай вместе съездим. Но нет же, ты рогом упёрлась.
—Верка, ты порой такая ворчунья, не могу. Тебе всего двадцать, а кажется, что все шестьдесят.
Соседка только фыркнула себе под нос и опустившись на стул принялась раскатывать тесто, для пельменей. Обижаться или злится у неё не получается, потому что выглядит девчонка при этом, как надувная рыба ёж. Такая же милая, хоть и колючая. Разложив продукты, я ушла в комнату. Джинсовую юбку сменила на домашние шорты, а кроп топ на бесформенную футболку и вернулась на кухню. Устроившись у края стола, подперла локтем щеку, разглядывая, как мастерски Вера управляется с тестом. Пельмени получаются все одного размера и формы.
В готовке я совсем не айс, поэтому и не лезу. Один раз уже помогла, когда хотела приготовить ужин. Должно было получится мясо по французски, а получилось ночное рандеву: кто быстрее добежит до туалета. Ух, Верка до сих пор боится, что я вновь ударюсь в кулинарию и каждый раз крестится стоит мне заикнуться о подобном. Даже яйца в миску запрещает разбивать. Всё сама. Я на самом деле не против такого расклада, но всё чаще задумываюсь попросить несколько мастер классов. Пока живу в этой квартире парится не о чем, но так будет не всегда, а питаться чем попало меня уже не вставляет. Веркина стряпня уж больно впечатляющая оказалась.
—А ты никогда не задумывалась сменить профессию? — изрекаю я, подперев кулачком щеку. — Из тебя бы получился хороший повар.
—Да ну не, ты что — хихикает Вера, раскладывая готовый полуфабрикат на деревянную доску. — Это так, просто маленькое хобби. Стоять у плиты по шестнадцать часов — извольте. Мне подработки официанткой хватает. Вот получу свой диплом и махну в какой-нибудь офис бумажки разгребать. Тем более, мама мне такой подлянки не просит. У нас в семье все экономисты, я так сказать по стопам иду.