Чтение онлайн

– Буду, если только смогу голову в их сторону повернуть… Ну, что? Я думаю, сейчас пойдем ко мне. Посидим немного, там моя Наталка уже стол накрыла, а потом пойдем, прогуляемся, к морю сходим.

Дом старпома, расположенный по улице Углицкой, стоял в уютном тихом дворике. Идти до него было недалеко – десять минут ходу.

Дверь открыла жена старпома Наталья, миловидная невысокая женщина лет сорока пяти, с округлившимися в меру формами.

Она слегка постарела, у глаз, когда она улыбалась, отчетливее, чем прежде, вырисовывались морщины, но это ее не портило. Ее открытая улыбка навсегда привязала к себе Можейко, Смирнов об этом знал. И хоть Паша, как и все нормальные мужики, заглядывался на женщин, он был ей верен. Всегда думал о ней, дарил ей цветы, спешил увидеться даже после короткой разлуки.

– А ты все хорошеешь! – Смирнов протянул Наталье букет алых роз, купленных им в Алупке.

Наталья благодарно приняла розы, улыбаясь, поцеловала Смирнова в щеку.

– А ты тоже не меняешься, все такой же. Куда только девки смотрят? Такой мужик рядом ходит, а они не замечают.

Смирнов слегка улыбнулся. После смерти жены он долго не подпускал к себе ни одной женщины, хотя претенденток было предостаточно. Много женщин отдали бы все, чтобы жить с таким мужчиной рядом. Но шло время, а боль от потери любимой женщины, с которой прожил пятнадцать лет, не утихала. Долго не утихала. Лет пять он не отвечал на заигрывания женщин и не уделял им внимания. Но однажды он познакомился с женщиной, которая разбудила в нем какие-то давно забытые чувства. Она отдыхала в Алупке и жила по соседству, на съемной квартире в доме Смирнова. Она была на двенадцать лет моложе Смирнова, жила и работала в Москве. Познакомились они за три дня до ее отъезда, Смирнов помогал ей нести с рынка неподъемный арбуз, на который, кстати, она его и пригласила. Потом они вместе гуляли, несколько раз ходили в кафе. А после ее отъезда Смирнов почувствовал желание видеть ее снова. Шло время, но желание видеть глаза Марины, говорить с ней, только усиливалось. Смирнов понял, что влюбился. Он корил себя за то, что как-то глупо все вышло: у него не осталось ни ее адреса, ни номера телефона. В тот день Смирнов не смог проводить Марину, он должен был срочно встретиться в Ялте с приехавшим из Мурманска бывшим сослуживцем, тоже увлеченным, как и Смирнов, уфологией. Он должен был передать ему фотографии и забрать у него кое-какие бумаги. А когда Смирнов возвратился, оказалось, что Марина уехала на два часа раньше. Ее номер телефона у Смирнова был. Он был записан в памяти его сотового телефона, который по пути к дому куда-то исчез. Может, сам потерял, а может, украли. В летнее время в курортные города Крыма, как мухи на мед, со всех сторон слетались воры и жулики – любители легкой наживы. И в это время не только приезжие, но и местные страдали от их нашествия. Как найти Марину, Смирнов не знал. Даже возникали мысли обратиться за помощью в сыскное бюро, но сделать этот шаг он так и не решился. Не был уверен, что Марина питает к нему такие же чувства, как и он, слишком мало были знакомы. За пять лет, пролетевшие после их встречи, у него были женщины, но ни одна из них не вызывала таких чувств, как Марина. И в те дни, когда Смирнов находился в Москве, – за прошедшие годы он бывал там раз пять, он все время думал о ней, и надеялся на случайную встречу.

– Девки смотрят на молодых, – отшутился Смирнов, – зачем им такой старый, как я. Пенсионеры им не нужны, им бизнесменов подавай. Да таких, чтоб кошелек лопался от давления стодолларовых купюр.

– Да, кум, ты прав! – сказал Можейко. – Но, было бы твое слово, и мы тебе женщину найдем! Правда, мать? – старпом посмотрел на жену.

– Еще какую найдем! – поддержала Наталья мужа. – Ты только скажи, дай свое согласие. Вон рядом с нами невесты какие ходят. В соседнем подъезде Анжела, три года, как овдовела.

– Точно! – вдохновенно воскликнул Можейко. – Молодец, Наталка! Это то, что тебе Валентин Яковлевич, как раз и надо. Кровь с молоком. Аппетитная, хозяйственная! Если бы не моя Наталка, я бы сам за ней приударил, – старпом подмигнул жене.

– Смотри! А то я тебе приударю… скалкой по горбу! – со смехом подхватила Наталья.

– А чего, мать? Это идея. Давай, женим командира! – Вот сейчас выпьем по граммульке для храбрости, и пойдем свататься.

– А без граммульки… чего, страшно?

Уселись за стол. Можейко налил в рюмки водку.

– Выпьем за жену твою. Упокой, Господи, душу усопшей рабы Твоей Марии! Пошли ей царствие небесное! – Можейко встал и, не чокаясь, выпил.

Смирнов и Наталья молча выпили до дна.

Смирнов окинул взглядом ухоженный зал Можейко: тяжелую темно-коричневую мебельную стенку, сделанную из дуба; гармонирующие, подобранные ей в тон гардины и портьеры, висящие на окне слева; ковер на полу, обои на стенах – все сплеталось в одну композицию, которую можно обозначить одним словом – уют. Вспомнил свою холостяцкую, хоть и не безобразную, но и не манящую уютом квартиру в Алупке.

«Может быть они и правы, Наталья и Павел? – подумал Смирнов. – Селина уже выросла, у нее теперь своя жизнь. И если попадется хорошая женщина, то почему бы и не жениться? Все же веселей будет доживать свой век вдвоем. Если пошлет Бог здоровья, то еще лет двадцать жизни впереди, а может, и больше протяну».

– Ну что, свататься идем? – спросил старпом, наполняя в рюмки.

– Сейчас, вот только допьем эту бутылку, – слегка улыбнувшись, поддержал друга Смирнов.

Можейко опустошил свою рюмку, крякнул от удовольствия: – Хороша чертовка! Как там крестница моя поживает? Как ей замужем живется, нравится?

– Пока ничего. Хорошо живут, мирно.

– И, слава Богу! – вмешалась в разговор Наталья. – А то нынче хорошего мужа найти – целая проблема.

– Это ты со своей точки зрения так судишь, с женской, – сказал Можейко, – а мужики думают, где ж ее взять-то – хорошую жену? Все девки, вот Яковлевич правильно говорил, только на кошелек и смотрят. А по любви замуж идут не многие. Всем надо, чтоб любил, на руках носил, и денег куры не клевали. Ан нет, родненькие! Так не бывает! Богатство со счастливой жизнью порознь ходят. Это редко бывает, чтобы и любовь до гроба, и денег немерено. Либо одно – либо другое. Бог редко дает все в одни руки. Сериалы смотришь? Богатые, оказывается, тоже плачут, и не реже, чем бедные. Самое лучшее, жить в этой жизни посерединке. Чтобы и любимые были рядом, и жили счастливо, и деньжата водились в достаточном для счастливой жизни количестве. Не много, но так, чтоб на все хватало. Я прав, командир?

– Вполне, – Смирнов поддержал друга, – там, где много денег, обоюдная любовь бывает редко. Чаще – это любовь, как минимум одного из них, к деньгам.

– Вот! Слышишь, чего умный человек говорит? – сказал Можейко, обращаясь к жене.

– Ну вас! – махнула рукой Наталья. – Опять начинаете разводить высшие материи. Начните мне тут еще о своих инопланетянах рассказывать. – Она поднялась и направилась к кухне.

– А чего, мать! Сейчас и начнем! – сказал Можейко. – Давай, командир! Что там у нас слышно про инопланетян?

Наталья вернулась с тарелкой, от которой исходил аппетитный запах, и поставила ее на стол. От горячего пюре, сверху которого лежали большие куски мяса, поднимался пар.

– Закусывайте! Закусывайте! – хлопотала хозяйка, – а то вы мне сейчас такое наговорите.

– А что ж ты думала? И наговорим! – Чуть-чуть картавя, произнес Можейко. – Мы тебе такое расскажем. – Семеныч потянулся за бутылкой. – Еще по одной, – обратился он к Смирнову, – и пойдем, покурим. Заодно и прогуляемся. Расскажешь мне, что там говорят твои друзья уфологи, что происходит нового вокруг вас. А то здесь, вокруг нас, никто не летает, ничего не происходит. Вот только Наталка летает вокруг меня и ворчит целыми днями. Правда, Наталка? – Можейко подмигнул жене и протянул руку, чтобы обнять ее за талию. Наталья придвинулась к мужу.

– У тебя хорошая жена, – сказал Смирнов, – то она от доброты своей на тебя ворчит. На тебя не ворчи, так что с тобой станется? Надо для профилактики, так положено.

***

Селина поправила прическу, покрутилась кокетливо перед зеркалом, оглядев себя со всех сторон и, довольная своим внешним видом, выбежала за дверь. Артем стоял посреди лестничного пролета, между первым и вторым этажом, поджидал Селину. Послышался торопливый стук каблуков, показались загорелые ножки, потом белая, играющая волнами юбка, и Селина, едва не сбив Артема с ног, повисла на его шее.

– Я люблю тебя, – зашептала она, сжимая шею Артема.

– Какая ты у меня красивая! – не сдержался Артем. Подхватил Селину на руки и понес к стоящей во дворе машине. Старушки, сидящие в тени деревьев на скамейках, завистливо посмотрели им вслед. Селина поцеловала Артема в шею, в его приметную родинку в виде кленового листочка.

– Эх, молодость! – вздохнув, сказала соседка с первого этажа.

– Какая красивая пара, – сказала баба Катя, живущая в квартире над Селиной.

– Как хорошо мне с тобой, – сказала Селина, – как хорошо дома. Жаль только, что лето на исходе, и нам скоро надо будет возвращаться в Москву. Не хочется уезжать, зная, что это надолго, снова на полгода.