Чтение онлайн

Его пристальный взгляд встретился с моим. Убийственные зеленые глаза уставились на меня.

— Зачем ты пришел? — Он выплевывал слова.

— Простите?

— Я заставил Елену пообещать не освобождать Итан. Почему, почему она должна была ослушаться меня? — закричал он, и слезы наполнили его глаза.

Он злился на меня.

Я усмехнулся.

— Ты, должно быть, издеваешься надо мной, да?

— Блейк, твой язык.

— Нет, отец. Он должен это услышать. Почему? Хочешь знать, почему? Потому что это было не только обещание Елены, мой король. Это также было моими обещанием, и вы оба отняли это у меня. Я сделал выбор освободить Итана, поскольку это моя судьба.

— Ты самонадеянный маленький…

— Прекрати. Я — гребаный Рубикон! Ты, возможно, забыл, каким был предыдущий, но я — нет. Не в моих силах сделать шаг назад, не твоим драконам позволять тебе гнить в этой адской дыре, и не людям, твоему народу, позволять тебе умереть здесь.

— Я стал гребаным Саадедином, Блейк. Из-за меня убили Елену, — прорычал он.

— Она не мертва! — От его упрямства у меня на шее запульсировала вена.

— Она не просыпается, — проревел он.

— Ты не знаешь ее так, как я. Она пережила гораздо худшее. Может быть, мой отец тебе этого не говорил, но она пустилась в бега с той самой минуты, как ты доверил ее Тане. Ей следовало расти в Пейе, а не с драконом королевы. Ты поставил ее в крайне невыгодное положение, думая, что Таня будет растить ее.

— Блейк! — приказала моя тетя.

— Нет, ему нужно…

— Она рассказала мне об этом, когда взошла, — сказал король Альберт. — Она обещала не освобождать меня, Блейк, а теперь… — Слезы потекли по его щекам.

— Это несправедливо, мой король. Ты прожил в Итане всю ее жизнь. Вы с королевой должны были растить ее. Несправедливо по отношению к ней знать своих родителей по книгам и тому, что ей рассказывают другие люди. Она заслуживает встречи с тобой. Вот почему мы оба нарушили обещание и просто пришли, и спасли тебя, чтобы у нее был шанс узнать мужчину, который стал ее отцом.

Молчание затянулось, и мои глаза тоже наполнились слезами.

— Я не сдаюсь. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы заставить Елену проснуться. Это мое обещание.

— Ты клянешься…

— Я только что дал обещание. Я не могу жить без твоей дочери. Так что можешь не сомневаться, я сделаю все, что в моих силах, чтобы заставить ее проснуться.

Он громко вздохнул.

— Как получилось, что ты все еще жив? Кто-нибудь знает, какого ингредиента не хватало?

— Мы обнаружили следы крови Елены, смешанной с твоей, на ее топорах, — ответила тетя.

— Наша кровь?

Она кивнула.

— Если вдуматься, это было так очевидно. — Мама пересказала мое предсказание о недостающем ингредиенте.

Король Альберт выслушал и слегка нахмурился, услышав слова, слетевшие с губ моей матери.

— Это были вы оба, Блейк. Физически.

Я кивнул. Это были мы, все, чем мы были. Айзек не ошибся. Это была связь, и единственным ингредиентом, который был веществом, была наша кровь. Это было очевидно, как и говорила мама. И все же никто из нас не нашел его. Ну, Елена нашла, прямо перед тем, как копья Горана поразили ее. Бекки была права.

— Я бы действительно хотел увидеть Елену, — потребовал я.

Пристальный взгляд короля Альберта снова встретился с моим. Я бы не стал с ним ссориться. Ему нужно было смириться с этим, как и любому другому человеку в Пейе.

Мой отец подошел ближе ко мне.

— Роберт, — взмолились мои тетя и мать.

— Он — Рубикон, Исси. Елена — его всадница. Пришло время нам всем взяться за дело с этим дентом.

Мои губы дернулись. Я знал, что могу положиться на отца.

Он помог мне подняться с кровати, я сделал это с огромным трудом и оттолкнулся от нее, возвышаясь на несколько голов над отцом.

Король Альберт уставился на меня. Да, уже не такой маленький.

Папа почти исчез подо мной, поддерживая мой вес, и мы вышли из комнаты по коридору.

— Он занимается ремонтом?

Мой отец усмехнулся.

— Это Альберт для тебя. Он хочет вышвырнуть Горана из своего дома.

— Почему мы здесь, отец?

— Елена слишком слаба, чтобы перевозить ее, Блейк. Твоя мать не лгала, когда говорила, что она не в лучшем состоянии, и я боюсь того, что ты пообещал ее отцу. Он собирается убедить тебя в этом.

— Ей нужно проснуться. В противном случае, ты тоже можешь поцеловать меня на прощание. Я отказываюсь жить в мире без нее.

— Блейк!

— Ты сам заговорил об этом. Ты не хочешь слышать правду, тогда не упоминай об этом.

Он вздохнул, когда мы с трудом пробирались к комнате Елены.

— Как ты себя чувствуешь?

— Со мной все будет в порядке. Наркоманы так просто не умирают, — пошутил я.

— Ты не наркоман, Блейк.

— Он серьезно разозлил меня там.

— Осторожнее, твой старик отдал ему свою сущность. Улучшенный слух.

Я усмехнулся.

— Мне все равно. Я также скажу это в лицо королю. Он уже не тот человек, которым был когда-то.

— Это не так, но он все еще там, глубоко внутри. Что-то подсказывает мне, что мы снова увидим его, когда Елена проснется.

Я улыбнулся. С моим отцом было так легко справиться в подобных ситуациях.

Наконец мы добрались до двери, и отец открыл ее.

Они задернули шторы в комнате, и маляры занялись покраской крыши.

Какого черта?

Мой взгляд оторвался от штукатура на балке и наткнулся на тело Елены на кровати.

Они подключили ее к аппаратам, и у меня внутри все сжалось.

— Я же говорил тебе…

— Тсс. Елена сейчас проснется.

Я подошел к кровати и забрался на нее.

Я ненавидел трубку у нее во рту и ненавидел, что она не может дышать сама.

Но мне нравился звук ее сердцебиения.

Пока оно билось, и с моей помощью, она исцелялась.

Вошли моя тетя, мать и кузина. Констанс попросила штукатура уделить нам несколько минут.

Мама села на кровать Елены, поближе ко мне, в то время как отец обнял Энни одной рукой. Констанс плюхнулась на стул рядом с кроватью.

Я просто уставился на Елену.

Я нежно губами коснулся ее макушки, и от ее кожи у меня по коже побежали мурашки. Это отличалось от моей способности к исцелению.

Молчание затянулось, когда я просто положил свою голову на голову Елены.

«Тебе нужно проснуться». Я мысленно пожелал этого. Мне хотелось услышать ее мысли, знать, где она, что видит. Но я догадался, что это мое дело — думать за нас обоих.

— Спасибо, — тихо произнесла тетя, и я поднял голову, оторвав взгляд от Елены, посмотрев на нее.