Чтение онлайн

– На тринадцатиметровую высоту закинули? – усомнилась Флоренс.

Батлер остановился и повернулся к ней.

– Так на то они и коммандос, Фло! Профессионалы! Составили пирамиду из десятка человек – и вот тебе уже не тринадцать метров, а гораздо меньше. Так вот, забрались они на крышу и уж не знаю с помощью каких приспособлений, но сдвинули плиту. А может, и руками сдвинули, мы же их силы не знаем. Кстати, с другой стороны, по диагонали, тоже должен быть проем.

– Не годится, Алекс, – возразила Флоренс. – Представь картину: тихая ночь, на небе светит яркая голубая звезда – это Земля, собаки не лают, петухи не кричат. И в этой благословенной тишине вдруг раздается громкий шорох. Это отчаянные головорезы начинают возиться с плитой. Да сюда вся охрана сбежалась бы! И конец твоим коммандос – прирезали бы их на алтаре в одном из залов Сфинкса в жертву Змеедракону-сиррушу.

Батлер, продолжая стоять на месте, вновь направил свой фонарь на Флоренс.

– С чего ты взяла, что ночь была тихой? Кто же занимается такими делами в тихую ночь? Бушевала гроза, грохотал гром, выл ветер…

– Пожалуй, ты прав, – согласилась Флоренс. – А дальше?

– А что дальше? – пожал плечами ареолог. – Они сдвинули плиту, на тех же веревках спустились в переход и направились к дверям, ведущим в Сфинкс. И тут всего лишь три варианта…

– Ну, это понятно. Первый – успех, второй – неудача, то есть гибель или пленение…

– И третий – отступление, – заключил ареолог. – Видишь, как прекрасно мы с тобой во всем разобрались. Не хуже специалистов-историков… Слушай! – встрепенулся он. – А теперь ведь, кроме всяких там египтологов, ориенталистов и прочих, появятся и ареоисторики! Это же чертовски интересно! Во всяком случае, я был бы не прочь этим заняться.

– Кто ж тебе мешает, Алекс? – улыбнулась нанотехнолог. – Одну гипотезу ты уже выдвинул – о драконопоклонниках и их недругах. Хоть она и умозрительна пока что, но, кажется, непротиворечива. Теперь попробуй объяснить другое: кто и зачем заложил эту дырку камнями? Рейнджеры? С какой целью? Если они добились успеха и ушли тем же путем, что и пришли – почему не вернули плиту на место?

– Именно потому, что задачу свою они полностью выполнили. Зачем им опять возиться с плитой?

– А для чего тогда закладывать щель камнями? Если за ними гнались, они не стали бы возиться с этим. Если же драконопоклонники их схватили – почему не восстановили целостность перехода? Откуда там камни? Не ветром же их туда нанесло!

– Пылевая буря? – предположил ареолог. – Скорость ветра здесь бывает свыше ста метров в секунду. Хотя сомнительно, конечно… Вулканические бомбы? Отпадает – вулканов поблизости нет… – Он уставился в пол, задумчиво покачиваясь с пятки на носок, а потом кивнул с удовлетворенным видом и показал рукой в сторону оставшейся позади горки затвердевшего грунта. – А пойдем-ка, посмотрим получше на эти камешки. Кажется, я знаю, что они такое и откуда здесь взялись.

Они вернулись к горке. Батлер осветил фонарем несколько каменных обломков, потом нагнулся и подобрал один из них.

– Смотри, какой угловатый, – сказал он, сняв перчатку и трогая пальцем неровную грань камня.

– Понимаю, – кивнула Флоренс. – Полагаешь, что это метеорит?

– Именно. Это осколки метеорита.

– И какой же это такой суперснайпер Господа Бога палил из космоса, чтобы угодить точнехонько в щель между плитами?

– Да нет, Фло! Речь идет не об одном-единственном метеорите, а о метеоритной бомбардировке, целом метеоритном дожде! Когда льет дождь, сухого места на земле не остается. Так и здесь – осколками покрыта вся равнина, только их занесло грунтом в периоды тех же пылевых бурь. Это ведь не вчера было. Плита сдвинута, лежит наклонно. Осколки катились по наклону, проваливались в проем, а более крупные застревали. Вот и весь механизм.

– Что ж, довольно убедительно…

Батлер положил осколок метеорита в нагрудный карман, и они вновь принялись бродить возле горки в ожидании Торнссона. Наконец он вышел на связь:

– Эй, я уже здесь!

Батлер и Флоренс одновременно посмотрели вверх – пилот, наклонившись, заглядывал в проем.

– Как вы там, в порядке?

Ареолог приветственно поднял руку и направился к нему.

– Все нормально, Свен. Ходим, смотрим, строим гипотезы.

– Я тоже так хочу. По-моему, это гораздо интереснее, чем пасти контейнеры.

– Свое время и место каждой вещи под солнцем, – ответствовал Батлер на манер библейского царя Соломона. – В следующий раз походишь, после погрузки. Спускай трос и возвращайся на пастбище, к Лео. А мы попробуем прямо отсюда дойти до Сфинкса. Если там, дальше, завалы, выберемся наверх и поедем по прежнему маршруту. Вездеход не забирай.

– Вот так всегда: одним грузить, а другим ходить, – проворчал Свен с интонациями Леопольда Каталински. – Дискриминация – кажется, именно так это называется.

– Когда вернешься, можешь пожаловаться в ООН, – с улыбкой посоветовал Батлер. – А пока спускай трос.

– И камеру к нему привяжи, – добавила Флоренс.

– В ООН не могу – подписку давал. И ты, Алекс, это знаешь и пользуешься.

Торнссон исчез из проема, и через некоторое время сверху змеей скользнул трос. На его конце покачивалась видеокамера. Трос наводил на мысли об узелковом письме майя: пилот не поскупился на узлы, и теперь выбраться наружу не составило бы особого труда.

– Спасибо, Свен, – сказал ареолог, взобравшись на горку и отвязав видеокамеру.

– Вернемся домой – с вас обоих пиво, – вновь в стиле Леопольда Каталински сварливо произнес Торнссон. – И одной банкой не отделаетесь.

– Окей. – Батлер подергал трос, дабы убедиться, что тот надежно закреплен на верхушке колонны. – Выставлю хоть дюжину, если ты прямо сейчас хорошо поработаешь буром. Бури тут, поблизости. Идет?

– Две дюжины – и считай, что дырка уже есть!

– Договорились. Ладно, мы пошли. Минут через сорок выйдем на связь.

Батлер спустился с горки и вместе с Флоренс направился по переходу в сторону Марсианского Сфинкса.

Внизу стелился однообразный каменный пол, покрытый слоем многовековой пыли. С обеих сторон тянулись однообразные каменные стены. Вверху простирался не менее однообразный потолок – он был цел и невредим и ничуть не пострадал от груза навалившихся на него тысячелетий. Флоренс вскоре перестала включать видеокамеру и отдала ее Батлеру – каждый последующий кубометр перехода был абсолютно похож на предыдущий. До Сфинкса было километра три с небольшим, и ничего особенного впереди, кажется, не наблюдалось. Астронавты уже далеко ушли от проема, и их окружала темнота, которую рассекали лучи двух фонарей.

– Я не специалист по марсианским постройкам, – вдруг сказала Флоренс, – но, по-моему, тут должны быть и боковые выходы. Эвакуационные. Согласен?

– Не знаю, – на ходу пожал плечами Алекс. – Я ведь тоже не специалист.

Довольно скоро предположение Флоренс подтвердилось. Фонари осветили высокие – чуть ли не в половину высоты стен – двустворчатые ворота, сделанные из какого-то похожего на бронзу сплава. Обе створки ворот были снабжены массивными дугообразными ручками.

– Ты права, Фло, – констатировал Батлер.