Чтение онлайн

Мраморный осколок, попавший Светлане в руки, врезался в дверь над кошачьей головой, отлетел в сторону и застыл среди разноцветных осколков стекла на полу (окно, пострадавшее от рева десятилапа).

– Благодарю, - сказал кот, даже не моргнув глазом.
– Это дьявольски приятно, когда о тебе беспокоятся. Тем временем птерод маялся, сидя на своей базе. Ты думал, никто не увидит перемены цвета? Да ты сер, как мышь! А потом еще и зеленел... Кому все это нужно?

База, вахты, а дальше-то что? Ты же ненавидишь службу, у тебя четыре взыскания только за последний сезон! Ты что-то доказывал, но кому? Себе, что ли? Себе ты все объяснил еще в родной пещере, когда тебя признали дефективным за очередной несвойственный нормальным птеродам выбрык.

– Откуда этот гад столько знает?
– спросил Тайфун с искренним изумлением.

– Да я же ультуновый, дорогуша! Я же стопроцентно ультуновый! Я понял, в чем суть проблемы, и еде лал выводы. Это я подсунул зетагам браслет Орви вместе с соответствующей информацией.

– Все-таки я его убью, - тихо сказал Тайфун.

Ха-ха! Я вытер лапой усы и ушел по своим делам.

История вторая. Глава 20

Глава 20

– Я хочу домой, Тай!

Птерод хмуро молчал. Он обследовал холл, крыльцо, дорожку и нигде не нашел следов Перехода. Искаженная реальность не собиралась отпускать пленников.

– Надо помириться с Васькой, он наверняка знает... Птерод издал какой-то странный звук, похожий о одновременно на свист и звон колокольчика.

– Между прочим, во всем доме нет ни крошки еды, - сообщил кот, появляясь в проеме разбитого окна.
– И воды тоже!

Васька исчез прежде, чем облако с Дзяндзо доползло до окна, и опять просунул мордочку в дверь:

– Конечно, птероды могут долго на автономии протянуть, а вот люди слабее...

– Чего ты хочешь?
– напрямик спросил Тайфун, возвращая себе облик неуловимого Юма.

– Дом Орви - это не столько творение Орви, сколько самонастраивающаяся система. Разыскал Могущество - уходи, не нашел - сиди здесь.

Светлана совсем сникла.

– Опять в подземелье лезть?

– Никуда лезть не надо. Код я знаю, вступаете в контакт с Могуществом и убираетесь на все четыре стороны!

– Согласен.

Светлана поняла, что сейчас все закончится, обрадовалась... а потом расстроилась. Когда Тайфун направился к двери, Светлана торопливо сунула в карман осколок цветного стекла и кусочек мрамора, которым она так и не попала в Ваську. Ей хотелось иметь материальное доказательство существования Дома Орви, но взять что-нибудь покрупнее просто не рискнула. Вдруг на границе Перехода есть таможня?

Небо уже серело, но солнце еще не показывалось. Старый парк дышал ночным туманом, а песок дорожки был влажным от росы. Светлана поежилась: после тепла холла снаружи показалось слишком неуютно.

Кот повел носом в сторону поверженной статуи и потребовал, чтобы птерод ее поднял.

Тайфун с трудом перекатил богиню на спину и со Светланиной помощью кое-как прислонил обезглавленную гречанку к стене. Богиня норовила завалиться набок, но птерод это намерение пресек, подперев ее для устойчивости толстой веткой.

Во время операции Васька подавал советы, правда, издали. По окончании он наскоро пробубнил длинную и весьма неразборчивую фразу, велел Светлане снять браслет и надеть его на вытянутую в требовательном жесте руку гречанки.

Светлана взялась за браслет не без сомнения, но он снялся на удивление легко.

Гречанка приняла дар спокойно, как и подобает мраморной богине, разве что чуть-чуть покосилась от Светланиных усилий.

– Чего ты хочешь от Могущества?
– спросил кот у птерода.

Тайфун пожал плечами:

– Как ты мне надоел, Васька! Голову морочишь! Я же тебе не Орви, чтобы думать за всех и решать за всех. Зачем мне Могущество? Сам сказал, что во мне капля ультуны есть, чего еще?! Кончай эту историю.

– Принято, - сказал кот.

Моросил мелкий дождь. Слева смутно маячили корпуса новостройки, справа начинался огромный пустырь, перерезанный железнодорожной насыпью: тянули новую ветку к машиностроительному заводу.

– Мой корабль!
– воскликнул Тайфун радостно.

– Где?
– Светлана в недоумении огляделась по сторонам.

– Вон там!

– Не вижу.

– Естественно, я установил защитное поле. Не хватало еще зевак собрать...

Кот брезгливо отряхнул лапу, обошел лужу и сел, аккуратно разложив на сухом месте хвост:

– История закончена. Мчись на свою базу.

Птерод повернулся и пошел, не оглядываясь.

– Тай!

Тайфун остановился.

– Мотай-мотай, не обращай внимания, - посоветовал кот.

Чтобы не зарыдать в голос, Светлана вцепилась зубами в рукав своего многострадального свитера. Ее била мелкая дрожь.

Тайфун оглянулся через плечо:

– Ты замерзла?

– Конечно, замерзла!
– ворчливо отозвался кот.
– Босиком, в одном свитере и тоненьких брюках. Был бы ты человеком, тоже бы замерз под дождем. Улетай скоренько, а мы домой в тепло отправимся!

Тайфун заколебался.

– Ты не хнычь, - успокаивал кот хозяйку.
– Идти недолго: до первого милицейского поста.

Светлана даже дрожать перестала.

– При чем здесь милиция?

– Так сто пятьдесят девятый час истекает, тебя больше недели дома не было! Вся городская милиция ищет.

– Как, больше недели? Только вторые сутки...

– Это там вторые, а здесь - больше недели!

– Боже, что творится дома!
– Светлана повернулась и побежала в сторону города.

Но не успела пробежать и нескольких шагов, как налетела на Тайфуна. Птерод стоял, низко нагнув голову, и смотрел под ноги:

– Я хотел это... проститься...

– Выгонят тебя из Патруля, - мрачно процедил кот и почесал за ухом.

Совершенно потерять голову Светке я не дал. Устроил небольшой разряд с искрами, так что союзничков разметало в стороны. Тайфун даже не сопротивлялся, когда я водворял его в корабль, понял, что против ультуны не пойдешь. Стартовал, как миленький.

Дома хозяйке моей влетело изрядно, но и поделом: надо записки писать, когда на дело уходишь. Если бы не моя предусмотрительность, родители вообще бы с ума сошли! Хорошо, я матери в деревню телеграмму отправил: «Я его люблю, не ищите меня. Света». По моргам, во всяком случае, они ее не разыскивали. Насчет милиции я просто припугнул, чтобы домой скорее бежала: насчет межзвездного террориста участковый Степановне не поверил Дело вытянуло на обычный семейный скандал. Степановна совместно с домовой общественностью громогласно заклеймила современную молодежь и подвергла сомнению моральный облик Светланы Дударь.