Чтение онлайн

— Логично, — согласилась я. — Но ты ведь не против, чтобы я туда сходила?

— Если был бы против, не велел бы отправить подтверждение, — усмехнулся муж.

— А что от меня Эддарду понадобилось ты знаешь?

— Предполагаю, что хочет лично поблагодарить за участие в судьбе его семьи и всей страны. Возможно, попросит рассказать какие-нибудь подробности, — пожал плечами эльф и оказался абсолютно прав.

Когда принц вошел в отведенную для аудиенции с ним малую гостиную, я его едва узнала. Последний раз, когда видела Эддарда пару лет назад, он выглядел еще мальчишкой, пусть и значительно подросшим со времени нашего первого знакомства. Сейчас же передо мной стоял все еще по-юношески изящный, но стремительно повзрослевший после пережитого парень с решительным взглядом и величественной осанкой. Не просто принц — будущий король. А ведь Доремар примерно в его годы и принял на свои ни разу не хрупкие плечи ответственность за судьбу целой страны. И пришел Эддард, как оказалось, не только поблагодарить, но и попросить совета.

— Понимаете, я ведь только там, в замке Лощинных действительно понял, как важно иметь людей, верных именно тебе. Отец много раз говорил об этом, но мне казалось вполне достаточным, если они будут верны Остии. Ведь ни он, ни я никогда не будем действовать во вред своей стране. Я мог бы попытаться бежать, добраться до гарнизона, поднять верных присяге военных, но тогда заговорщики просто убили бы моих отца и мать. Я понимал, что скорее всего их тоже шантажируют моей жизнью и рядом не оказалось никого, кому я мог бы довериться и передать, что готов рискнуть, что моя жизнь не стоит судьбы целой страны.

— Ты молод и отважен, — улыбнулась я принцу. — Но, к сожалению, простые решения кажутся правильными только на первый взгляд. Даже если бы дело было только в тебе и твоих родителях, почему ты думаешь, что, если сам не готов пожертвовать ими, они согласись бы пожертвовать тобой?

— Отец — король, он важнее для страны!

— А ты наследник, причем единственный, и значит будущее этой самой страны. Но дело не только в этом. Если следовать твоей логике, иди речь только о жизни матери, ей ты бы пожертвовал особо не задумываясь.

В глазах Эддарда полыхнула ярость, на скулах вздулись желваки, а лицо пошло красными пятнами. Он вскочил с места, не находя цензурных слов для ответа на подобное предположение, а использовать нецензурные на аудиенции все же не решился.

— Успокойся. Я не думаю, что ты мог бы так поступить, во всяком случае без крайне веской причины.

— Нет такой причины, ради которой можно было бы пожертвовать собственной матерью!

— А отцом или сыном получается можно?

— Королева не наследует власть, она не опасна для заговорщиков.

— Ты это серьезно? — развеселилась я. — Эддард, твоя мать может быть действительно ни для кого не опасна, но посмотри на меня. Как ты думаешь, я бы успокоилась до того, как уничтожила всех и каждого, кто был бы причастен к смерти моего мужа? И, поверь, в истории моего мира не мало примеров, когда женщины правили стальной рукой и даже всходили на трон силой оружия.

— Они тоже были сильными магами, как вы?

— Они были сильны духом и знали, как добиться поставленной цели. Каждый имеет столько власти, сколько сам способен взять, — припомнила я популярное в высших эльфийских кругах утверждение. — И удержать. Отец говорил с тобой о том дне, когда орки взяли дворец? Говорил, каким был альтернативный вариант?

— Еще нет. Он сейчас все время занят.

— Значит еще поговорит и лучше будет, если об этом ты узнаешь от него. Давай вернемся к теме верных лично тебе людей. Что ты хочешь услышать от меня?

— Я хочу понять, почему вы, даже став Владычицей эльфов, все равно остались верны своему бывшему королю.

— Хм… интересная постановка вопроса, — задумалась я. — Начнем с того, что я никогда не считала Остию своей родиной, а ее короля кем-то особенным. Доремар был для меня просто достаточно хорошим человеком, имеющим право решать определенные вопросы. Ну разве что при первом знакомстве он казался мне великим и могущественным. Но как раз тогда я его совершенно не знала и жизнью рисковать ради него не стала бы. Хотя магическую поддержку оказать все равно попыталась бы при необходимости. Почему? Потому что наш. Пожалуй, вот это внутреннее понимание «наших» и «не наших» для меня и есть определяющее. У меня на родине говорили: «Кто не с нами, тот против нас». Но для меня все скорее наоборот. Кто не против нас, тот уже достоин помощи и защиты. А иногда даже те, кто против, достоин. Все это очень непросто.

— Но при этом вы приняли самое активное участие в борьбе с заговорщиками. Почему?

— Потому что так было нужно.

— Кому нужно? Вам? Но зачем?

— Я не знаю, что тебе ответить, Эддард. Просто так было правильно, и я не могла поступить иначе. Я Доремара и тех, кому помогала, хотя бы не один год знаю. А ради чего рисковал всем архимаг Пазерис? Ради должности? Так его на ней и заговорщики могли оставить. И шансов на это было однозначно больше, чем на то, что король сможет удержать власть. Пожалуй, для него, как для выходца со старого континента, просто важно было, что Доремар уважительно относится к магам и готов предоставлять им различные преференции. Наверное, я бы посоветовала тебе в первую очередь искать единомышленников, а верными лично тебе будут только друзья. Впрочем, я могу и ошибаться.

— Плохо, что у правителей почти никогда не бывает настоящих друзей, — вздохнул принц.

— Думаю это зависит от самого правителя. У меня вот они есть, а у них есть я. Именно поэтому мы друзья. А верность в твоем понимании это такая односторонняя дружба, когда другие готовы ради тебя на все, а ты ради них нет? Подумай об этом.

— Хорошо. И еще раз спасибо за вашу помощь.

Эддард встал и, поклонившись, вышел, а я так и не произнесла привычное «Не за что», потому что в этот раз точно было за что.

Потом меня попросили познакомить какого-то важного эльфа из Института власти с шаманом орков. Джахрука не оказалось на месте, и мы облетели добрую половину графства, пока не выяснили, что он на острове Кронга устраивает то ли капище, то ли еще какое святилище, я так и не поняла. Пришлось дожидаться, когда шаман выйдет из транса и нас выслушает, после чего перебрасывать обоих мужчин обратно в замок. В результате в актовый зал академии, до отказа заполненный магами, я влетела чуть ли не последней и, как когда-то на первом курсе, пристроилась на подоконнике.

Почти сразу после этого появились и расселись на места за установленным на сцене массивным столом трое знакомых мне архимагов: Кайден, Пазерис и Элтар. Четвертый же стул остался пустым, видимо предназначаясь тому самому новому ректору, которого должны всем представить. Элтара я тоже увидеть тут, честно говоря, не ожидала, но если Пазерис теперь останется в должности королевского архимага, то вполне возможно, что мой друг просто согласился вести алхимию в академии. Правда непонятно как же в таком случае его стремление восстановить отношения с Милиеной. В то, что она оставила престижную должность и перебралась с мужем на этот континент, мне как-то не верилось.

Тем временем Кайден уже говорил о том, через какие непростые испытания всем им пришлось пройти, и что те непременно оставят свой след в памяти участников. Под конец архимаг сообщил, что не только оставляет пост ректора, который занимал последние несколько месяцев, но и вынужден покинуть академию, поскольку его разум не справился с навалившейся нагрузкой, перестав отличать вымысел от реальности. И если на заявление об уходе с должности ректора многие отреагировали радостными возгласами, то заканчивал Кайден свою речь уже в ошарашенной тишине.