Чтение онлайн

Я конечно никогда не верил в чудеса и судьбу, но после пережитого за последние дни, хочешь, не хочешь, но пришлось поверить в то, что нечто свыше бережёт меня или, по крайней мере, у него на меня какие-то особые планы.

– Пока лежите, отдыхайте, Максим, впереди нас ждёт практически невыполнимая миссия, необходимо, что бы вы были готовы, – сказав это, они оба вышли из помещения.

Я попытался уснуть, но боль во всем теле, тошнота и тревожные мысли не давали мне покоя. Я думал о том, что нам предстоит и как можно переубедить человека, который задумал уничтожить себя и все человечество в целом. Как мы сможем попасть на такой хорошо защищённый объект, скольким ещё людям придется умереть. И тут я поймал себя на мысли, от которой аж мурашки забегали по спине, что и для меня эта дорога, скорее всего, окажется билетом в один конец.

Пролежав на неудобном столе несколько часов, я попытался встать и как ни странно это у меня получилось. Я начал понимать, что вещество, которым меня обкололи, это не что иное как армейский сильнодействующий наркотик, вкалываемый для поддержания кратковременной боеспособности бойца после ранений. Боль хоть и чувствовалась при резких движениях, но не сковывала их.

Немного разомкнув затёкшие мышцы рук и ног, я направился к единственной двери, ведущей в другие помещения станции. Мне пришлось пройти сквозь несколько темных и мрачных помещений до того, как я оказался в небольшом зале. Очень яркий свет заставил меня прикрыть глаза ладонью и зажмуриться.

– А вот и он, – услышал я знакомый голос, – проходите.

Как только зрачки привыкли к яркому свету, я увидел стоявшую возле стола Анну. Вид её был не сказать, что боевой, но, несмотря на перевязанную руку и ссадины по всему лицу выглядела она довольно уверенно. Скорее всего, её тоже обкололи тем же самым обезболивающим иначе, после того что с нами случилось, так быстро прийти в себя было бы невозможно.

Над столом висела голографическая проекция термоплазменной станции, вокруг стола, помимо Анны, стояли ещё около десяти крепких мужчин, облачённых в армейские скафандры.

– Итак, продолжим, у нас мало времени – сказала Анна и продолжила разъяснения деталей плана.

– Отвлекающим манёвром будет серия взрывов радиобомб, заранее подготовленных нашими диверсантами на этом участке периметра станции, – Анна, указала на периметр ограждения проходящего вдоль главного терминала и первого энергоблока.

– Один из трёх бронелуноходов должен будет попытаться прорвать периметр на первом участке, затем оттянув часть мобильных охранных дронов и людей из комплекса, попытаться выйти из опасной зоны.

– И как я уже сказала, мы с Максимом и остальными людьми с боем должны будем прорваться через эти ворота, – Анна лазерной указкой указала на один из контрольно-пропускных пунктов станции находившийся непосредственно вблизи с шестым энергоблоком.

– На прорыв у нас будет не более двадцати минут, потому что потом периметр перекроют резервные силы охраны, поднятые по тревоге.

– А как обычный луноход сможет выдержать шквальный огонь защитных систем комплекса? – поинтересовался я.

Ожидая подобного вопроса, Анна гордо вывела голограмму необычной боевой машины, лишь незначительно походившей на обычный лунный транспортник.

– В нашем распоряжении есть три модифицированных, тяжёлых боевых бронелунохода, имеющих мощную броню, которая должна выдерживать попадания от большого количества лёгкого и среднего вооружения имеющегося на станции.

Вооружение этих монстров представляло собой несколько тяжёлых плазменных пулемётных турелей и две пусковые установки малых неуправляемых ракет с термобарическим поражающим эффектом. Двигатель равный трём тысячам лошадиных сил передавал крутящий момент восьми огромным колёсам, расположенным на независимых ведущих осях, толстые наваренные поверх корпуса и колёс листы высокопрочной брони вызывали непроизвольный восторг перед мощью этих старых монстров.

– Что у нас с экипировкой Дьюк? – Анна обратилась с вопросом к одному из бойцов, стоявших впереди всех и имеющим на скафандре нечто похожее на сержантские нашивки.

На вид Дьюку было около сорока лет, лицо покрывало несколько глубоких старых шрамов, явно свидетельствующих о нелёгком жизненном пути этого человека, широкий торс, скрытый броней скафандра, давал понять, что он принадлежал к элите каких-то родов войск.

– Скорее всего, он бывший спецназовец или десантник, – заключил я в уме, почему-то он мне очень сильно напомнил Хоффера.

Боец, достал стоявшие под столом несколько громоздких баулов и начал перечислять, раскладывая на стол, их содержимое.

– В качестве ручного оружия у нас будут плазменные пистолеты, лёгкие десантные штурмовые плазменные винтовки, в машинах есть пара ручных гранатометных систем ограниченного поражения, так же имеются ручные гранаты различного назначения.

– Обмундирование включает в себя армейский космический скафандр типа Б-36 с встроенными листами дополнительной бронезащиты, системами терморегуляции и резервными кислородными контейнерами, – показывая на себя, в свете ярких ламп продолжил боец.

По жёсткости голоса и профессиональным, не резким и не плавным, а именно профессиональным движениям с каким он демонстрировал нам всё снаряжение и обмундирование, я сделал вывод что Дьюк далеко не в первый раз имеет дело с оружием. Кроме того, показывая нам весь собранный арсенал Дьюк не скрывал своей любви к оружию.

– Запаса кислорода должно хватить на полтора часа, так что гулять и наслаждаться прекрасными видами окрестностей нам будет некогда, листы брони могут выдержать прямое попадание из плазменного пистолета с расстояния пятнадцати метров, ближе быть не советую, в лучшем случае удар пули сломает вам ребра, – сказав это он улыбнулся и посмотрел на меня.

Меня слегка передёрнуло от того с какой лёгкостью и долькой сарказма, Дьюк говорил о довольно серьёзных вещах, ждущих нас впереди, но взгляда я не отвёл.

– Переговоры будем осуществлять через специальную радиоаппаратуру, встроенную в шлем скафандра, – продолжил Дьюк.

– Если есть вопросы можете задавать их сейчас, по ходу операции отвечать мне будет некогда, – боец осмотрел твёрдым взглядом присутствующих и, закончив демонстрацию, отошёл от стола.

Такого внушительного запаса вооружения я не видел ещё со времён службы в армии, так что вид разложенных смертоносных и в то же время имеющих какую-то скрытую притягательность предметов, заставили моё дыхание участиться.

Теперь я мог до конца осознать то, что перед нами стоит и вправду практически невыполнимая миссия. И все люди, стоящие в этой комнате, прекрасно понимают, что, скорее всего никому из нас уже не суждено будет вернуться обратно. Но невозмутимость и отсутствие даже тени страха в их лицах предавали мне дополнительную уверенность.

– Скорость и неожиданность атаки должны сыграть решающую роль! – обводя взглядом всех присутствующих, продолжила Анна, – Хоффер скорее всего, думает, что мы погибли на корабле, так как маленькую капсулу их радары могли и не заметить, но в любом случае нельзя недооценивать его профессионализм, он будет готов к попытке прорыва.