Чтение онлайн

– Нивелир сможете достать?
– обратился Шибалин к Сане с Дмитрием.
– Или мне под это дело свой бинокль пожертвовать?

– Нивелир? Да не вопрос. Через часик будет. В крайнем случае - завтра утром.

– С нивелирной треногой и двумя рейками.
– добавил Кузнецов.
– И рулетку еще, метров на 25, а лучше - 50.

– Понял, сделаем.

– Товарищ Кузнецов, отбери себе помощников, сколько нужно для съемки, и приступайте. Товарищ Семецкий, распорядись выделить товарищу Кузнецову людей.
– Шибалин начал отдавать конкретные распоряжения.
– Гельмут...

Немец вскочил.

– Да, сиди, сиди. Подумай, кого из новеньких можно будет включить в бригаду железнодорожников - землю копать. Механиков, само собой, не трогай, пусть танками занимаются. Слышал, еще два грузовика починили?

– Я-я, то ест, так точно.

– И подумай, какие из грузовиков можно будет приспособить вместо самосвалов.

– Слушаюс!
– Гельмут сел.

– Теперь вы, товарищи ротные. У кого в составе мехводы имеются, пусть садятся на трофейные мотоциклы и вездеходы, остальные - пешком. Отберите самых грамотных. Пусть, заодно кроки составят - где что интересное находится - холм, овраг, ручей. От каждой роты по взводу, разобьются на пары и веером расходятся - будем обследовать окрестности. Как сами слышали, нужны камни и песок. Да, чуть не забыл - Москве нужны пробы грунтов, причем без разбора - глина или песок. Через каждые пару километров насыпаете специально выделенные мешочки грамм по двести-триста той земли, на которой стоять будете. Туда же записку - в каком направлении от лагеря проба взята, на каком расстоянии и кем. Понятно? Но основная забота - песок и камень. Те, что на колесах, начинают с 20-ти километров, те что пехом - от лагеря и не далее 20 км. А остальным - обычная текучка, достраивать дома. У меня все. Вопросы есть?

– Лес сегодня будем валить?
– спросил Максим.
– На той делянке хороший лес кончился, нужно новую искать.

– Думаю, пока не нужно. Строители заготовленное не освоили. Вон, пирамида какая. Еще раскатится - прибьет кого-нибудь. Пусть пока лесорубы строителям помогают. Еще вопросы есть? Нет? Приступайте. Максим, задержись. И вы неразлучная троица: Серега, Дмитрий и Саша.

Когда все вышли, Шибалин продолжил.

– Саша, тебя сейчас Фролов задействует, у него рандеву с боевыми товарищами в 93, а тормознул, чтоб ты в курсе был. Серега и Максим, есть предложение, от которого сложно отказаться. С одной стороны, в 41 году боевые действия пока вести не рекомендуется, с другой, у нас есть целый мир, про него мы почти ничего не знаем.

– В разведку?
– встрепенулся Серега.
– С удовольствием.

– Я тоже согласен.
– ответил Максим.

– Отлично. Предлагаю сходить в Торжок, посмотреть на месте - что там и как. Что-нибудь продадите, чего-нибудь купите. По мелочи. Дмитрий, ты обеспечиваешь выход, безопасность и срочную эвакуацию, в случае чего.

– Понятно...

– Чего так кисло? Сам хотел идти? Так кто ж виноват, что кроме вас двоих никто не может управлять этими окнами? Так что, терпи. Максим, если хочешь, можешь своего напарника Евдокимова захватить. Втроем веселее. У меня все. Вечером жду с докладом.

Уже выйдя из штаба, Саня поинтересовался:

– Все крещеные?

– Я атеист!
– возмутился Максим.

– Крещен.
– ответил Серега.

– Макс, я не спрашиваю о твоем вероисповедании, будь ты хоть дзен-буддист, я спрашиваю - крещен или нет?

– Ну, крещен, а что?

– Крестики православные оденьте. Не знаю, как тут, в дотатарской Руси, а в допетровской иноверцам в большинство городов вход был запрещен. Вплоть до смертной казни. Только базар и специально отведенное для иноверцев поселение. Имейте это ввиду. Даже не на всех дорогах можно было появляться. А уж рядом с православными храмами - тем более.

Серега улыбнулся и показал крестик, висевший на шее под одеждой. Максим взглянул, сильно удивился - командир носит крест! Минуту подумал, вздохнул и достал свой крестик из кармана.

– Второй момент. Захватите мелочь, какая есть. Вдруг прокатит? Но особо на нее не надейтесь. Возьмите с собой самый дорогой для тех времен товар иголки, цветные нитки, карманные зеркальца. Это стоит очень дорого. Зеркала - вообще, их стоимость определяется количеством золотых монет, впритык выложенных на самом зеркале. Ясно? Ну, удачи, пошел к Фролову.

Трое разведчиков, высаженные в лесу вблизи Торжка, не спеша топали по наезженной дороге в город. Их экипировка состояла из охотничьих камуфляжных костюмов 21 века, подпоясанных армейскими ремнями с портупеями. На ремнях кобура и нож в ножнах, за спиной небольшие рюкзаки и укороченные автоматы Калашникова. На ногах берцы.

Перед выходом долго спорили - как нарядиться? Ибо еще раньше, посмотрев картинки на мониторе, обратили внимание, что все вольные жители носили мечи или длинные тесаки. Исключением служили лишь монахи да явные рабы. Саня подтвердил, что в до татарской Руси, как и по всей Европе, лишь рабам было запрещено прикасаться к оружию, остальные таскали его просто для того, чтоб подтвердить свой вольный статус. Это монголы, захватив власть, запретили русским носить оружие. Но даже они позднее сделали послабление - запрещено носить оружие в городах (естественно, на самих татар правило не распространялось). Так и повелось за 300 лет. Однако, если сам меч еще можно было раздобыть и нацепить, то владеть им никто не умел. Одеваться же рабом не очень хотелось.

Шибалин, узнав о проблеме только рассмеялся.

– Будете выглядеть, как Никулин, Вицин, Моргунов из "Кавказской пленницы" - у одного черкеска, у второго кинжал, у третьего папаха. Вы онучи умеете перевязывать? А в кафтане будете карман нащупывать по привычке? Не умеете носить, незачем и одевать!

– Что ж, так идти?
– спросил Максим.

– А как? Представь к Африканскому берегу с дружеским визитом подваливает небольшой такой эсминец. Не линкор, но все же, некоторая сила у него имеется. Капитан дает добро паре-тройке матросов сходить на берег, разузнать - что там и как: чья власть и нельзя ли прикупить свежих бананов. При этом вести себя скромно, местных не обижать. Будут ли эти морячки неграми наряжаться? Или наплюют и пойдут в своих одеждах? Да и зачем? Вашу инородность при любом маскараде язык выдаст! Но если еще и ряженый - совсем смешно получится. Потому предлагаю, идти как есть, в привычной одежде. Можно прикинуться иностранцами, но выгоднее говорить почти чистую правду - вы русские-православные, но с малолетства росли вне пределов Руси, потому нынешних реалий не знаете, ну и язык испортили чужеземными словами.

– Войдем в город, - преподавал по ходу Серега азы внедренца-разведчика.
– Смотрите и запоминайте, как аборигены ходят, кушают, чихают, здороваются, прощаются. А потом сами поступайте так же. Это не мелочи, а этика поведения. Нарушишь по незнанию какое-нибудь местное табу, скажем, зайдешь в церковь, не сняв шляпу - и сразу испортишь себе отношения с местными на всю оставшуюся жизнь. Вот, к примеру, Максим, что ты будешь делать, если к храму подойдем?

– Что, хочешь заставить перекреститься? Но я же атеист!

– Блин! Да мне лично пофиг - атеист ты или еще кто. Хоть атеист, хоть сатанист. Не перекрестишься, спалишь нас всех. Убить - не убьют, надеюсь, Димон успеет вытащить, но задание точно провалим!

– Не, ну тут понятно, перекрещусь, если надо.
– замялся Максим.

– Во! А как?

– Ну как обычно.
– ответил Максим и перекрестился.

– И не правильно!
– воскликнул Серега.

– Почему неправильно? Справа налево - по православному канону. Это католики слева направо крестятся.
– Максим показал католическое крестное знамение.

– Хм... Не знал, теперь буду знать. Но я о другом. Ты перекрестился кукишем, а нужно двумя пальцами.

– По старообрядчески, что ли?

– Да! Троеперстие при Петре Первом было введено, но сейчас все по старинке крестятся. Не, вру, при Иване Грозном. Картина ж еще была у Сурикова: "Боярыня Морозова едет голосовать". С двумя перстами.

– А зачем Иван Грозный троеперстие ввел?
– спросил Евдокимов.

– Леша, ты у меня спрашиваешь?
– ответил Серега.
– Это у попов спрашивай. Вроде как троеперстие означает троицу, а два пальца - ни то, ни се. Но опять-таки, не ко мне вопрос. Да и не о том сейчас речь. Главное, чтоб внешне все было похоже на аборигенов. Понятно?