Чтение онлайн

Чуть позже оглянулась на Лили, она показалась мне бледноватой и я слегка притормозила, чтобы она со мной поравнялась.

— Ты как, малышка? — спросила, заметив, что кроме бледности она еще и интенсивно потеет, хотя в лесу температура комфортная.

— Я в порядке — она судорожно сглотнула.

— Лили, я вижу, что с тобой что-то не то, не бойся, скажи мне. Мы можем привал сделать, отдохнешь.

— Роза, я как-то странно себя чувствую.

Этих ее слов мне хватает, чтобы моментально закричать идущей впереди Vetkе:

— Vetka! Лили плохо, давай остановимся.

Напарница оглядывается на мой крик и идет к нам, я снова поворачиваюсь к Лили и не верю своим глазам.

Она стоит недвижимо, замерев со слегка открытым ртом, видимо, что-то хотела сказать. Я бросаюсь к ней, начинаю ее тормошить, звать по имени, гладить по холодной щеке, но никакой реакции с ее стороны не наступает. Тело под моими руками ледяное и твердое, как пластиковое, как будто я не живого человека касаюсь, а манекена в магазине. Наверное, я начинаю истерить, потому что подбегает Vetka и так же сумбурно начинает тормошить Лили. Но та по-прежнему стоит, даже не моргает. И что самое страшное — у нее совершенно пустые глаза.

Не знаю, чем бы наши метания закончились, но тут подошел Ник, бросил один беглый взгляд на замершую Лили и абсолютно спокойно сказал:

— Оставьте ее. Она умерла. Ее тело отключили от системы жизнеобеспечения, а душа ушла, тут только игровой муляж остался.

Я резко повернулась к нему. Чувствуя, как во мне закипает немыслимый коктейль из горя и злости, говорю:

— Откуда ты знаешь?

— Я такое уже видел. В свои первые дни. С ней покончено, это просто пустая оболочка. Нам стоит ее тут оставить и идти дальше. Рано или поздно, у нас у всех есть шансы стать такими, как Лили, если наши родные устанут видеть нас в коме, или деньги у них закончатся.

И он равнодушно передернул плечами.

Наверное, именно это его равнодушное поведение стало тем спусковым механизмом, когда я полностью утратила контроль и повела себя, как психопатка.

Я бросилась на него с криками и кулаками.

— Ты бездушная скотина! — кричала я, захлебываясь слезами и яростью — Мелкий, эгоистичный гаденыш! Скользкий и дурно пахнущий, как слизняк! Нет, хуже! Ты — прилипшая к носовому платку сопля! Способная только портить настроение и здоровье!

Во время того, как я произносила последнюю фразу, почувствовала какой-то странный холодок в руках, а кончики пальцев закололо тысячами иголочек. И вот, только что передо мной стоял Ник, высокомерно ухмыляясь на мои крики, а в следующую секунду раздался какой-то хлюпающий звук и его не стало. А вот под ногами у меня образовалась большая склизкая желеподобная масса.

— Ник??

Я обернулась посмотреть на Vetkу. Она с удивлением смотрела то на меня, то на жижу возле моих ног.

— Ох, и страшна ты в гневе, Цветочек — прокомментировала ситуацию напарница.

— Это не я — растеряно отвечаю ей.

— А кто? Кроме нас с тобой больше никого нет.

— А вот и неправда — доносится откуда-то справа.

Мы обе поворачиваемся в ту сторону и видим сидящего возле моей сумки человечка. Маленький, взъерошенный, в светлой рубашке, штанах и лаптях.

— Ты кто? — спрашивает Vetka.

— Как кто? Домовой. Окакий звать.

— Как ты его так? — теперь уже я спрашиваю.

— Легко. Даже понравилось — и он широко улыбнулся, продемонстрировав мелкие острые зубы.

— Боровичок сказал, что у тебя магии почти не осталось!

— Так и было, пока ты меня не подкормила своими эмоциями — и снова эта зубастая улыбка.

— Верни Нику нормальный вид!

— Увы, я не заколдовал его, а просто растворил. Такое повернуть вспять никак нельзя.

— Но как же… как теперь? — я растеряно переводила взгляд с застывшей Лили на желе из Ника.

— Поверь, я оказал вам обеим огромную услугу. Если бы ты знала, что парень хотел сделать с вами, сама бы его растворила.

Дальнейшее я уже не слушала. Просто спрятала лицо в ладони и заплакала. Горько и навзрыд.

Чьи-то сильные руки обняли меня и прижали к себе, давай возможность вылить слезами события сегодняшнего дня. И внезапную смерть Лили, и глупое убийство Ника.

Мы здесь теряем человеческий облик. Кем мы станем, когда игра подойдет к концу? Останется ли в нас к тому времени, хоть что-то человеческое?

Когда я наревелась, Vetka протянула мне флягу с водой и тряпочку, чтобы вытереть нос. Все это время именно на ее плече я выливала свое горе о наших нелепых судьбах и страх не вернуться домой к родителям.

— Успокоилась?

Я молча кивнула.

— Пора выдвигаться. Скоро вечер, надо искать место для ночевки и неплохо бы раздобыть еды.

И снова в дорогу, будь она неладна.

Домовой залез назад в свой узелок и вел себя очень тихо, никак больше не проявляясь.

Когда солнце покатилось на закат, а небо стало стремительно темнеть, мы вышли к воротам города.

«Ведьма чутьем их узнала, зубами заскрипела. Вот она позвала деточек, накормила-напоила и спать уложила, а там велела разложить огня, навесить котлы, наточить ножи».

«Белая уточка» — русская народная сказка.

На воротах нас встретили двое стражников, безо всяких вопросов пропустили в город. Мы прошлись по главной улице, осмотрелись. Лавки уже все закрылись, зато в домах горел свет, по улицам ходили редкие прохожие.

— По классике жанра, нам нужна таверна, — сказала Vetka — там сможем расспросить владельца, получить стол и кров. Разговаривать будешь ты, харизматичная наша. А я обеспечу тылы, если что.

Сказано — сделано. Обошли три главных улицы, на каждой было по таверне. Vetka повернулась ко мне и спросила:

— Ну, что, мисс кроличья лапка, где обоснуемся?

— Это ты сейчас намекаешь на мое везение? — прикидываюсь дурочкой.

— Че это намекаю? — кривится напарница, словно лимон съела. — Прямо говорю. Пораскинь своей везучестью и определи, куда нам наши утомленные тушки направлять. Есть хочу — умираю.

Вообще, я и без ее просьбы чувствовала, что нам надо во вторую таверну, на улице Каштановой. Просто зудело где-то в солнечном сплетении, подсказывая.

Я озвучила ей свою догадку, Vetka кивнула и двинула в ту сторону, а я за ней.

Таверна «Голодный суслик» встретила нас запахами мяса со специями и пива. Рот мгновенно наполнился слюной. Мы подошли к хозяину. Сразу стало понятно, почему таверна названа в честь суслика. Мужчина за барной стойкой был худым и длинным, со всегда удивленным выражением в круглых глазах. Когда мы зашли, он застыл, вытянув шею и глядя на нас. Я едва не засмеялась, но сдержалась усилием воли и подошла к хозяину.