Чтение онлайн

Апелий не упустил удачный момент — стремительно бросился вперед, поднырнул под лапу медведя и полоснул мечом по кисти. Рискованный и не слишком умный маневр — теневая техника Лиссы рассеялась от пламени огневика, а ярость медведя никуда не делась.

Медведь, получив удар по лапе, молниеносно среагировал. Он не стал разворачиваться, а просто отмахнулся от досаждавшего ему человека — точно так же, как человек отмахивается от мухи. Апелий попытался отскочить, но слишком медленно: коготь, больше похожий на кривой кинжал, чиркнул по защищенному наручем запястью.

Раздался скрежет металла. Апелий с проклятьем отпрыгнул, уронив меч — наруч был распорот, а из глубокой раны на запястье хлестала алая струя. Парень судорожно сжал рану второй рукой, пытаясь остановить кровь. Ему бы сейчас выпить зелье, но Апелий, похоже, поймал шок.

А я в это время уже действовал. Стоя в укрытии, я сосредоточился, вливая потоки Ци внутрь брошенного доспеха. На это уходило колоссальное количество энергии, вдобавок управление доспехом стало невыносимо тяжелым, марионетка едва шевелилась. Зато лед внутри нее нарастал, уплотнялся, превращаясь в монолит.

Медведь снова развернулся к доспеху и со злобным ревом рубанул лапой по уже поврежденной груди.

На этот раз когти вошли в лед, пробили его на добрых двадцать сантиметров, но там и увязли. Медведь дернул лапу, пытаясь высвободиться, но лед лишь глубже засасывал его конечность.

Ледяной доспех снова ожил. Руки марионетки, потяжелевшие, неуклюжие, медленно обхватили медвежью лапу. Лед пополз вверх по конечности, превращаясь в гигантский ком. А затем из этого кома, прямо в тело медведя, с треском вросли десятки острых ледяных шипов.

Из глотки духовного зверя вырвался дикий вопль — у меня аж в ушах зазвенело! Медведь рванулся прочь, волоча за собой ледяную гирю в несколько сотен килограммов. Его движения стали неуклюжими, отчаянными — медведь не мог опираться на лапу, чтобы не причинить себе еще больше боли, но нормально двигаться на трех лапах он тоже не мог.

Уйти ему не дали. Лисса, бледная, но собранная, носилась возле медведя — то пропадала, то появлялась, чтобы метнуть в морду и глаза зверя метательные ножи. Главное было выиграть время для Сеоны — девушка наконец активировала технику, которую готовила все это время: рой черных мошек окутал морду медведя, втянулся в нос, рот и уши. А потом мишка захрипел и повалился на землю, кашляя кровью.

Если бы медведю дали пару минут, он смог регенерировать. Но тут подоспел Апелий, подобравший меч, и Лисса с Сеоной не стали мешкать: троица обрушила на зверя град ударов и техник, пока мишка не затих окончательно.

Густой запах крови смешался с вонью паленой шерсти.

— Сколько еще таких тварей? — выдохнул Апелий, зажимая рваную рану у запястья. Кровь бежала к пальцам, срывалась частыми каплями. Парень почему-то не торопился доставать лечебное зелье.

Протягиваю ему пузырек с вынутой пробкой.

— Пей.

Апелий кривится, но запрокидывает стеклянный бутылек.

— Это последний, — подрагивающим голосом говорит Лисса. — Мы все сделали, теперь в радиусе пяти километрах от особняка пусто.

Она права — пока пусто. Пока мы искали логова, раз восемь натыкались на брошенные норы, гнезда. Запах Раккара разогнал мелочь, успевшую тут расплодиться с момента, как погибла драконица. С одной стороны — жалко, могли бы поднять с них прилично золота. С другой стороны, вместо того, чтобы неделю выгонять из зоны мелочь, мы перебили троих самых опасных духовных зверей, кто мог бы поспорить с молодым драконом. Ну, и екаев уничтожили с десяток: их дракон не пугал.

Я дошел до рюкзака, оставленного с прочими вещами в паре сотен метров от места схватки. В этот раз я взял достаточно тары.

— Помогите разделать, — говорю, уже измеряя ладонью ход первого разреза.

— Командуй, — криво ухмыляется Апелий. И я командую — кому приподнять лапу, кому где придержать. Приятели помогают уже без неохоты, которую демонстрировали в первый раз — тогда все началось с «А почему мы должны тебя слушаться?». Со мной перестали спорить после длинной лекции, ответившей на их вопрос и тяжелого мешочка золотых за правильно извлеченные и обработанные ингредиенты.

Открыт навык «Траппер».

Добавить навык в используемые?

Надо же, прогресс! Траппер! В прошлый раз предлагали навык «мясник», а теперь опыт подрос, и навык вроде как вырос в рангах.

Отказываюсь. Я и так неплохо навострился работать с ножом, лучше оставить последний слот навыков для чего-то более полезного.

Разделывать громадного медведя трудновато, тем более — артефактным ножом, купленным у Додонева как раз для этой цели. Клинок не брал живые ткани, но резал и кости, и мясо убитого животного. Все замечательно, если бы он был длиннее мизинца. Сегодня узнаю, сколько нужно часов, чтобы малюсеньким ножом разделать четырехметрового медведя.

Провожу лезвием от грудины к паху.

Снова. Повторяю не меньше десятка раз.

Запах горячей крови бьет в нос. Нащупываю под диафрагмой упругий мешок — у достаточно развитых духовных зверей там находится «духовный узел», обросший жировой подушкой. Пока не знаю, в каких рецептах можно его использовать, слишком уж редкий ингредиент, но эссенции скорости и выносливости в нем плещутся в колоссальных объемах.

Беру щипцы, двумя движениями обрезаю сосуды и освобождаю узел. Ингредиент отправляется в банку.

Сердце забираю целиком, с частью перикарда. Помучался, чтобы случайно не повредить, но вроде сумел все сделать правильно.

Печень.

Желчный пузырь.

Еще будут глаза, зубы, когти, жилы, мясо, кости. Дел еще на несколько часов, но оно того стоит.

Лисса тем временем уже сняла участок шкуры. У меня уже кончилась тара — легкие огромные, тут нужны бочонки. Придется телепортироваться в лабораторию и обратно. Впрочем, телепортироваться в любом случае придется, и не раз. Не нести же на себе целого медведя.

Апелий пилит фаланги с когтями. Это и ценный ингредиент, и трофей, который даже на аукцион выставить не стыдно.

Возимся с медведем шесть часов и к особняку возвращаемся под вечер, привычно испачканные и уставшие.

Еще на подходе я слышу гул, как от гигантского улья. Удары молотков, визг пил, крики бригадиров, ругань вперемешку со смехом.

Лес вокруг особняка за день поредел. Вчера тут было темно даже днем, сегодня видно вечернее небо. Блестят влажные спилы пней, тут и там выглядывают из-под земли белесые корни. Всюду валяются кучи веток. Мимо нас проходит тянущий волокушу вол, подвязанный толстыми ремнями.