Чтение онлайн

— Да, Ваше величество.

Логрис повернулся к недавно назначенному Министру эфиристики.

— Теперь о вашем министерстве.

Тот сглотнул.

— Ваше величество, но…

— Молчите, пока я не решил, что ваш голос тоже является традицией, которую следует уничтожить. Министерство эфиристики годами жило государством внутри государства. Собственные школы, архивы, допуски, нормативные документы, собственные договорённости с частными лабораториями, и отдельно весьма раздражающая привычка объяснять короне, что светская власть не понимает тонкостей науки. В результате Орден получил власть, которую не сумел обратить в дело и наглость бандита. Это закончилось сегодня.

Управляющий оказался достаточно умён, чтобы снова не заговорить.

— Министерство реорганизуется. Все архивы переходят под контроль королевской безопасности, прокуратуры и новой государственной комиссии по эфирным исследованиям. Частные лаборатории проходят перерегистрацию. Все допуски аннулируются и выдаются заново. Руководители отделов, имевших отношение к архивам ранних призывных технологий, отстраняются до проверки. Финансирование — только через казначейство и с внешним аудитом. Международная переписка — через Министерство иностранных дел и безопасность. Самостоятельные соглашения с академиями, храмовыми домами, частными фондами и зарубежными исследовательскими обществами запрещены.

— Ваша Милость, это фактически ликвидирует прежнюю самостоятельность министерства.

— Наконец вы сказали что-то правильное. Именно это я и делаю.

Талис положил на стол отдельную папку.

— Предлагаю временно ввести должность королевского комиссара по эфиристике с правом прямого доступа к архивам, персоналу и финансам. Не вместо научного руководства, а над ним. Иначе старые отделы просто переименуют шкафы и будут ждать, пока буря пройдёт.

— Кандидат?

— Есть двое. Один умён и ненавидим академиками. Второй очень умён и ненавидит академиков сам. Я бы начал с первого.

Логрис посмотрел на него.

— Вы сегодня шутите весьма остро, Ингро.

— После ночи с взорванным домом, живой принцессой и герцогом, отделавшимся растяжением, у меня поднялось настроение.

— Берите первого. Второго оставьте на случай, если первый окажется мягче, чем выглядит.

Министр юстиции передал черновик указа. Логрис прочитал его быстро, внёс правку в пункт о пособниках, добавил строку о защите свидетелей, чтобы люди с отсроченными приговорами не решили, будто теперь их всё равно повесят вместе с убеждёнными членами Ордена, и отдельно продиктовал распоряжение о немедленной проверке загородных клубов, дач, частных лабораторий и старых домов, где могли храниться магические закладки.

— Публичная часть? — спросил канцлер, вошедший уже с готовым листом для газет.

— Коротко. Покушение на герцога Таргор-Увира и принцессу Эльгу. Жертв нет. Есть пострадавшие служащие клуба. Следствие располагает доказательствами участия остатков Ордена Песочных часов. Король признал Орден террористической организацией и мятежниками. Дальше пусть газеты читают указ, а не придумывают собственную войну с привидениями.

— Про Министерство эфиристики?

— Отдельно после обеда. Формулировка: реорганизация в целях защиты государства, науки и граждан от незаконного использования эфирных технологий. Не пишите «чистка», пусть у публики будет меньше поводов пугаться.

Канцлер кивнул, а Логрис взял перо. В комнате стало слышно, как за окнами шумит дворцовый двор: колёса служебной машины, шаги караула, голос секретаря в приёмной, короткий звонок внутренней связи. Король поставил подпись под указом без паузы. Потом вторую — под распоряжением о реорганизации Министерства эфиристики. Чернила на документах высохли почти мгновенно.

— Рассылку по широкому кругу немедленно, — сказал он. — первые задержания как можно быстрее.

— Уже идут, Ваша Милость.

Логрис передал подписанные листы секретарю.

— Тогда пусть догоняют указом тех, кого уже взяли.

Секретарь вышел почти бегом, но у двери всё-таки удержал достоинство. Через минуту в приёмной начали снимать копии, ставить печати и вызывать курьеров. Талис открыл свою папку, отметил первые адреса и передал Олдару короткую записку с фамилиями людей, которых следовало брать до рассвета.

Указ начал работать раньше, чем его успели напечатать для газет.

В старом здании Сыска на Круглой улице работа не заканчивалась никогда, потому что преступники не делали перерывов на ночь. Но в этот вечер всё бурлило сильнее обычного во много раз. Внизу, у чёрного хода, постоянно менялись машины, по коридорам сновали работники с папками, связисты держали выделенные линии на пограничные управления, портовые службы, банки, университетские архивы и частные лаборатории, а в комнате срочных распоряжений писцы снимали копии указа, ставили печати, проверяли списки адресатов и по два раза сверяли имена, чтобы утром не выяснилось, что вместо бывшего казначея Песочных часов взяли его однофамильца, торговавшего зерном и всю жизнь ненавидевшего магов за цены на отопительные кристаллы.

Ингро Талис сидел за длинным столом, на котором уже не хватало места для чашки с остывшим солго. Перед ним лежали три пачки документов. Первая — люди, уже находившиеся под наблюдением и теперь подлежавшие немедленному задержанию, вторая — помещения, где могли храниться архивы, магические материалы или оборудование Ордена, и третья — лица, которых брать нельзя было без отдельного разрешения, хотя половина молодых сотрудников Сыска охотно сделала бы это сразу, ради порядка, статистики и удовольствия.

Именно третий список Талис читал дольше всего.

— Лунгар, — сказал он, не поднимая головы, Нахрена вы втащили этого старого пенька профессора Маллена, пока не получили против него твёрдых улик?

Лунгар стоял у бокового стола и разбирал связку донесений из университетского квартала.

— Он дважды читал лекции в кружке Песочных часов, подписывал открытое письмо против ограничения эфирных исследований и хранил у себя переписку с Таленом.

— А также ему восемьдесят два года, он почти слепой, ненавидит всех людей скопом, кроме себя самого, и на лекциях ругает всех одинаково: короля, министров, Церковь, студентов, погоду и качество мела. Его взять легко, но после придётся доказывать, что мы арестовали не старого болтуна, а террориста.

— Его дом могут использовать как перевалочную точку для грузов и почты.

— Обыск провести, домашний арест на сутки, переписку изъять, самого не вести в подвалы, пока не найдёте что-то большее, чем академическое тщеславие.

Лунгар отметил красным карандашом.

— Тогда Тавирская лаборатория?

— Брать немедленно. Там фиксировали поставки изменённого серебра, мощные накопители и были двое учеников, исчезнувших после Гиллара. Двери вскрывать при прокуроре, если начнут жечь архив, не ждать. Отдельно проследить, чтобы никто из наших не сунул руки в неизвестные устройства. Мне нужны живые сотрудники, а не героические останки в запаянном гробу.