Чтение онлайн

Знакомая дорога, окрашенная желтым светом фар, стелилась перед ними, резво ныряя под колеса, Небо нависало, вязкое и рыхлое, зеленоватый месяц лил на землю жиденький свет. Тимур прикрыл глаза, чувствуя, как все тело наполняется небывалой, сказочной легкостью. Вокруг была бескрайняя пустота, вечный мрак и драгоценная безусловная свобода. Их машина стрелой летела туда, в самое сердце черноты, рассекая расстояние и время. Это было похоже на блестящее, пронзительное счастье. Наверное, что-то подобное чувствует птица, паря в ослепительных просторах.

Он приподнял тяжелые оползающие веки и, щурясь от дыма, глянул на Хачика. Тот, как всегда, невозмутимый и серьезный, держал руль и спокойно глядел на дорогу. Чем этот засранец отличался от остальных - это тем, что мог всосать, вдуть, внюхать и влить в себя что угодно в любых количествах, и выглядеть при этом трезвым, как стекло.

– Слышь, армян…- запинаясь заговорил Тимур, - вас тут что, обоих пробило на тупняки?

– А тебя на что пробило? На педофилию?

Тимур прыснул, и долго, глупо хохотал.

– Ну-ка, дунь,- он протянул ему косяк, давясь огрызками смеха,- а то меня выводит твоя сложная рожа.

– Не хочу. Мне нормально.

Тимур ошеломленно застыл, насупился на несколько секунд, обдумывая его ответ, затем медленно поднял свирепое лицо.

– Что? Я не понял. Ты сказал «не хочу»? Мать вашу, мне говорят это уже второй раз за полчаса! Сегодня что, не мой день, что ли? Это что, благодарность за мои старания? Ах, вашу мать!!!

– О, Господи! Братан, не бредь, прошу тебя.

– Он не хочет! Великий нехочуха, бля!- он повысил голос,- А чего ты хочешь? Иди, трахни эту дуру. Или будешь выделываться, я сейчас тебя тут огуляю. Чисто по- братски.

– Успокойся, Тимур. Приди в себя,- он посмотрел на него все так же спокойно.- У меня свое мнение насчет этой девки. Тебе нравится свинячить - свинячь! Но меня такие развлечения не вставляют.

– Ах ты, чистюля сраная…

– Перестань. Я понимаю, что ты сегодня нанюхался, нашабился и нажрался, как собака. Но, пожалуйста, контролируй себя.

– Я контролирую!!!
– Тимур с остервенением заехал своим натренированным кулаком по магнитоле, которая тут же стихла.- Если бы я не контролировал, то это было бы твое ебало.

Вадик бросил руль и развернулся к нему.

– Слушай, брат, ты знаешь, как я тебя уважаю. Ты отдыхаешь так, как считаешь нужным, и я никогда тебе ничего не говорю. Если я чего-то не поддерживаю, то это не в обиду. Просто оставь вот эти свои дурацкие заебы. Я сам за себя решу, кого мне, как и когда…

Тимур буравил его своим убийственным, разъедающим взглядом. Никто не мог смотреть ему в глаза. А этот тип не велся. Смотрел.

Они уставились друг на друга, как два удава. Завязалась самая настоящая схватка.

Почувствовав, как машину заносит, Тимур, наконец, отвел глаза и увидел надвигающийся столб.

– Бляяя!!! Черт бы тебя драл, идиот!
– завопил он, бросился на руль, судорожно завертел его влево. Он кое- как выровнял машину и тут же со вздохом облегчения сполз вниз.

– Фу! Ну ты и выписал, Хачик! В ад нас всех хочешь отправить, что-ли?

Тимур сунул ему открытую пачку «Ротманз», они прикурили от одной зажигалки и стали молча смотреть на дорогу. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь негромкой возней сзади. Вдруг душераздирающий крик девчонки резанул по ушам. Это, несомненно, был Атар - чемпион по всяческим зверствам.

Вадик угрюмо покачал головой.

– Вот зачем это было нужно, а? На кой хрен тебе сдался этот гадкий утенок? Через полчаса у нас будут первосортные бляди, готовые все, что угодно исполнить по высшему разряду. А этот детеныш…- он вздохнул - С жиру ты бесишься, что ли, Аполлон, не знаю.

Тимур закинул руки за голову и задрал ноги на панель управления.

– Нормальный ты пацан, Вадик… Только совсем не хочешь меня понимать.

– Хочу. Но не понимаю. Ты что, самому себе доказываешь, что нет такого дерьма, в котором у тебя не хватило бы духу поваляться?

Тимур пожал плечами.

– Ты видел когда-нибудь такие картины: смотришь сблизи - какая-то херня, отходишь - и изображение само складывается? Так вот, Хачик, не смотри в упор, смотри на расстоянии. Только тогда можно хоть о чем-то судить. Может, обернувшись на жизнь, все поймут, что дерьмо - это благодать Божья, а все добрые деяния так завоняют, что захочется стругануть. Тема такая- ты не можешь без сомнений подчиниться ни одному закону, кроме закона природы, сечешь? Ну так, следуй за ним и не оглядывайся. Сила- это закон природы. Кому-то придется с ней мириться. Тебе - наслаждаться ей. Так что, как говорится, лови момент!
– он рассмеялся - Все равно мы все одинаково- смердящие катяхи в этом протухшем свинарнике - мире. Мы ведь - Тимур и команда, так?

Вадик не ответил.

4.

Инга и Марина торопливо семенили по тротуару с бутылкой шампанского, тортом и огромным букетом цветов. На этот нехитрый подарок ушла вся их стипендия. Общественный транспорт в это время суток уже не ходил, и им не оставалось ничего другого, как тащиться пешком. Уже через два квартала Марина начала надоедливо хныкать, ныть и упорно занималась этим всю дорогу .

– Ну что, долго еще? Я уже не могу, Инга!

– Давай, давай! Это полезно.

– Полезно!- она сгримасничала, копируя ее голос,- тебе-то что, спортсменка…

– Спортсменка, у которой завтра будут мозоли величиной с твою голову благодаря этим корочкам, садист.

– Кто еще из нас садист? Умоляю, давай словим мотор.

– На какие шиши?

– Мы их очаруем. Околдуем.

– Ну да, конечно. Тебе приключения, что ли нужны? К тому же…-она указала рукой на дорогу - ты видишь хоть одну машину?

Действительно, за все время им встретилось всего несколько легковушек. Город словно вымер.

Марина обреченно вздохнула и опустила свое бесконечно несчастное лицо.

– Ничего,- с оптимизмом сказала Инга,- осталось чуть- чуть. Пусть тебя греет мысль о калориях, которые ты сейчас теряешь.

– Меня греет только мысль о шоколадном торте,- буркнула Марина.

Инга громко и от души расхохоталась. Слишком громко и слишком отвязно для такого позднего времени, для такой темной улицы и для такого неспокойного города, как Владик.