Чтение онлайн

Корпус капсулы выдержал, да и у меня, понемногу приходящего в себя, вроде бы все было цело… Разве что я четко ощущал, что пол теперь у меня не под ногами, а под головой… Разомкнув крепление ремней, я повис на них и спрыгнул вниз. Под ногами захрустело битое стекло. Я тихо позвал:

— Дина, Эвелин, вы целы?

Невнятное бормотание, по-моему, принадлежащее Дине, было мне ответом:

— Вроде… да…

— Дина?

— Нет… Эвелин…

— А Дина?

Тишина. Что с ней могло случиться?

Чуть размяв мышцы и вытянув перед собой руки, я медленно начал обходить капсулу, пытаясь на ощупь найти ручной привод люка. Пучки проводов… Тонкие гофрированные трубки… Опять провода… Так, какой-то штурвальчик… Крутанем… Крутится, значит, скорее всего это он… Зашипело. Видно, разница внутреннего и внешнего давлений воздуха дает о себе знать. Неожиданно люк с силой распахнулся и мне в лицо ударило нечто чрезвычайно холодное и плотное, оттолкнувшее меня в сторону. Слабый белый свет, пробившийся вслед за этим, заставил меня сощуриться. Этим «нечто» оказался всего лишь снег… Снег9 Так куда нас занесло?! Я оглядел внутренности капсулы. Эвелин щурилась в своем кресле, правда, тоже вниз головой, а вот Дина, безвольно раскинув руки, обвисла на ремнях… На лбу у нее расплывался здоровенный синяк. Я пошел было к ней, но она уже начала приходить в себя и зашевелилась.

— Эй, Дин, ты жива?

Не отвечая, она нащупала застежку ремней и кубарем скатилась вниз. Здесь она зачерпнула горсть начавшего таять снега и прижала ко лбу,

— Ди-ин, ау! Ты меня слышишь?

Она кивнула:

— Да… Голова просто раскалывается!

Я участливо спросил, присев рядом с ней:

— А чем это тебя так?

Она дернула плечами:

— Не знаю… Это когда мы во что-то врезались, в меня что-то угодило…

Я поднялся на ноги и помог спуститься Эвелин Капсула постепенно выстывала. Я сказал:

— Тут скоро будет ниже нуля, нам надо уходить Если нас к тому же еще будут искать… В чем я лично сомневаюсь… Нам надо уйти как можно дальше… Очухивайтесь и вылезайте за мной.

Я полез в люк. Поработав руками и расширив снежное отверстие, мне удалось выбраться наружу Мы находились в небольшой голой долине, окруженной скалами Под хмурым небом вокруг простирались величественные заснеженные горы, без каких-либо признаков растительности. Мела поземка, и я зябко поежился Одежда защищала от холода, но не от ветра Десантная капсула глубоко вонзилась в склон невысокого круглого холма, расположенного недалеко от какой-то островерхой горы. Примерно от середины ее склона я различил глубокую борозду, оставленную капсулой. Борозда практически сразу обрывалась и начинался след небольшой сошедшей лавины, остановленной другим круглым холмом неподалеку. Чуть сбоку от его верхушки снег был разбросан в стороны, обнажая серую каменную массу. Похоже, от него мы и срикошетировали сюда… А вон и третий такой же холм… Рядом со мной зашуршал, осыпаясь, снег, и на поверхности показалась голова Дины. Выбравшись, она освободила место для Эвелин и огляделась. Увидев холм, она замерла и в восторге присвистнула:

— Вот это да!

Я, поеживаясь, спросил:

— Это ты про наш след? Да, нам чертовски повезло…

Она перебила меня. Ее голос даже дрожал от волнения:

— Нет! Не про след! Я про купол древней исследовательской базы!

Я мигом перестал дрожать. У меня словно открылись глаза: ведь точно такие же купола я видел в музее! Но их строили давно, очень давно… Кажется, еще в эпоху пика колонизационного бума… Такая конструкция первых поселений была дешевой и практичной. Лишь в последнее столетие при освоении новых планет стали сразу возводить подземные бункера с минимумом сооружений на поверхности… Я абсолютно точно знал, что в истории Геи не было случаев переноса поселений на другое место… Значит, это либо что-то оставшееся от кого-то, кто высадился тут раньше начала «официальной» колонизации, либо какая-то секретная исследовательская база, по непонятным причинам покинутая и не ликвидированная. Это место начинало меня тревожить. Уже очень давно здесь не было жизни. Кругом был нетронутый снежный покров, и только наши следы нарушали его. И эта характерная для гор или для Крайнего Севера тишина… Даже ветер был не в силах развеять ее чары. Никаких привычных звуков работающих механизмов… Мне стало очень неуютно. От этого места веяло давней трагедией. Я буквально ощущал, что здесь случилось нечто страшное… И эти купола: теперь они, подобно склепу, скрывают что-то очень мрачное в своих заледенелых чревах… Даже Дина прониклась здешней атмосферой и подрастеряла свой оптимизм:

— Я не знаю… Не похоже это на исследовательскую базу… Что-то мне здесь не нравится. Если это военное, почему тогда никого нет? Если это относится к раннему периоду колонизации… Стоп! Спутники-разведчики! При картографировании этого района они наверняка ничего не нашли, иначе все это выглядело бы не так. Или их бы снесли, или на них зарабатывали деньги… Или выставили бы охрану. Или еще что-нибудь… За весь период существования колонии на планете Гея… Ну, или с того момента, как было произведено картографирование поверхности. Почему-то это место не привлекло внимание… Точно, это либо военное, либо древнее… Но очень давно заброшенное. Ой как мне все это не нравится… Что-то здесь не так…

Я промолчал. Приободрить я ее все равно не мог. А ветер все гнал и гнал поземку, обметая безмолвные купола и занося колею, оставшуюся от нашей капсулы. Начинало смеркаться. В голову лезли только мрачные мысли. Вот скоро и последний след нашего пребывания здесь исчезнет… И мы тоже исчезнем вместе с ним… Стоп! Прекратить это нытье! Надо попробовать переночевать в капсуле, а уж с утра заняться этими куполами. Я произнес:

— Дина, Эвелин, нам надо попробовать оживить хоть часть механизмов капсулы, чтобы переждать ночь. Я не особо рвусь вскрывать эти купола, да и думаю, что вы тоже… Я буду внутри.

Я повернулся и съехал внутрь капсулы. За мной последовали девушки. Здесь уже было так же холодно, как и снаружи. Только вдобавок почти ничего не видно. Найдя крышку верхнего (теперь нижнего) распределительного щита, я попытался его открыть. Это удалось мне лишь с третьей попытки. Пальцы норовили примерзнуть к металлу, и их приходилось периодически отогревать дыханием. Наконец все четыре больших винта были вывинчены и крышка снята. В неверном свете я стал разбираться с панелью предохранителей. Найдя среди них те, что отвечали за двигатели и связь, я с хрустом выдрал их из панели. Могли быть еще какие-то нестандартные схемы защиты, но я вынужден был рискнуть. Подпрыгнув вверх, я одной рукой уцепился за пульт управления, а другой стал нащупывать главный выключатель питания капсулы. Со второй попытки мне это удалось. На ощупь подняв защитную крышечку, я с характерным сдвоенным щелчком перевел его в положение «включено». Ничего не произошло. Я еще раз выключил и включил его. Опять ничего. Я разжал пальцы и мягко приземлился на какие-то мелкие осколки. Положение складывалось очень нехорошее. Если это повреждены изотопные батареи десантной капсулы, а не проводка, нам тут больше нельзя оставаться. Девушки молчали. Обе разбирались в технике в достаточной степени, чтобы понимать, что света и тепла не будет, а капсула мертва. Про изотопные батареи я не стал им ничего говорить… Сначала это надо проверить. Я достал небольшой контейнер, содержащий неприкосновенный запас капсулы, и открыл его. Внутри находилась канистра с водой, питательные таблетки (неаппетитного цвета и запаха, но практически безвкусные), универсальный нож, рыболовные снасти, миниатюрная аптечка и многое другое. Сейчас меня более всего интересовал небольшой приборчик, призванный определять наличие ядовитых примесей в воде и воздухе, а также указывать на опасные факторы окружающей среды. В частности, он анализировал радиационный фон. После его включения засветился маленький сенсорный экранчик. Выбрав «пассивные факторы», я стал ждать. Анализ занял полминуты и, увы, лишь подтвердил мои опасения. Радиационный фон внутри капсулы превышал предельно допустимый в четыре раза… Я выключил приборчик и убрал его. Потом прицепил НЗ к поясу и сказал:

— Нам надо идти. Здесь нам оставаться нельзя, так как повреждены источники энергии капсулы и мы уже схватили небольшую дозу радиации… Выбора у нас нет. Надо вскрывать купол. Идемте.

Слабым голосом заговорила Эвелин:

— Постойте… Мы можем привести в действие аварийный передатчик из НЗ… Я не предательница, и я прекрасно понимаю, что скорее всего нам пришлют на помощь боевую ракету… Но мне очень не хочется лезть в купол… Я… Я не знаю, но я просто боюсь их… Дина упоминала военную версию их происхождения. Это не так. Еще в свою бытность разведчицей я видела закрытые карты Геи. В горных районах планеты нет и не было военных баз. Они здесь просто не нужны… Их с самого начала предпочитали возводить на дне океанов… Я не гарантирую на все сто процентов, но, по-моему, это не военное. Мне очень не хочется выяснять, что же здесь такое на самом деле… Я просто боюсь этих куполов…

И эта девушка несколько часов назад говорила, что ненавидит повстанцев, забросавших бомбами ее родину! Но почему ее так напугали эти купола? Я не слишком уверенно сказал:

— Я тоже не в восторге от перспективы забираться в них, но нам надо где-то провести ночь. Здесь оставаться нельзя. К повстанцам в гости я пока не собираюсь. Остаются купола… Дина, твое мнение?

Она помолчала. Ее силуэт был почти уже невидимым на фоне темно-синего выхода. Тогда я продолжил:

— Будем считать это молчаливым согласием. Тогда большинством голосов мы пойдем к куполу. Причем к тому, от которого мы срикошетировали. Все. Точка. И пойдемте, а то скоро вообще ничего не увидим.

Дина пошевелилась:

— Подожди! Кай, ты слишком прямолинеен. Почему мы должны рисковать и лезть в эти купола? И почему мы не должны связаться с повстанцами? Если мы скажем им, что сдаемся и что кристалл у нас, я уверена, ракету они не пришлют. У повстанцев очень сильный дефицит офицерского состава, Мы можем перейти на их сторону и помочь им строить новый мир. Да, нам поначалу придется сражаться с Федеральными войсками… Но численный перевес на стороне повстанцев! И еще кое-что по поводу Федерации. Я выросла на Утопии. Мы жили счастливой семьей в уютном тихом городке, и я всегда считала, что мир везде такой прекрасный. Школа только укрепила меня в этом мнении. Но однажды отец взял меня с собой в поездку на Осирис-18. Это отдаленная колония, но еще не периферия. В основном там занимались животноводством, а мой отец был биологом и что-то ему там понадобилось по этой части… В общем, я, конечно, не ожидала увидеть вторую Утопию, но то, что там оказалось на самом деле… Ты, возможно, об этом не знаешь, но практически во всех мирах, не относящихся к развитым, есть ограничение на выезд с планеты в цивилизованные миры центра. Только как турист и то лишь на пару недель в год… Там запрещены многие высокотехнологичные устройства. Нельзя строить тяжелую индустрию, только лишь самое необходимое для жизни. Федерация не пускала их в цивилизацию. Им выгодно поддерживать там невысокий уровень развития и полностью контролировать их. Ей не нужен еще один сильный мир со своими амбициями, влиянием, независимостью и армией. Ей нужен всего лишь сырьевой придаток… И еще: у них нет технологий, чтобы даже починить телепортационные спутники. Случись что-нибудь с ними, и им никто не поможет… Мы с отцом ходили по улицам, а люди там глядели на нас, как на господ. Чуть ли не с раболепием… А другие отворачивались и плевали в сторону… Ты можешь закрывать на это глаза, а я не могу. И если хочешь считать Федерацию единственной справедливой формой правления, считай. Но я с тобой не согласна.