Чтение онлайн

Воскресенье, 24 декабря 1961

– «Трава дьявола» никогда никого не защищала. Ее назначение - давать силу, и не более того. Мескалито, напротив, великодушен как дитя.

– Но ты же говорил, что он бывает устрашающ.

– Конечно, устрашающ; но с тем, кто ему вверяется, он благороден и добр.

– Из чего это видно, что он добр?

– Он - защитник и учитель.

– Каким же образом он защищает?

– Его можно держать при себе, а он будет следить, чтобы с тобой ничего не случилось плохого.

– Как это - держать при себе?

– В мешочке под рукой или на шее.

– Ты носишь его с собой?

– Нет, потому что у меня есть союзник. Но другие обычно носят.

– Чему же он учит?

– Правильно жить.

– А как он учит?

– Он показывает разные вещи и говорит что есть что (enzena las cosas у te dice lo que son).

– Как?

– Сам увидишь.

Вторник, 30 января 1962

– Что ты видишь, когда Мескалито берет тебя с собой, дон Хуан?

– Такие вещи так просто не рассказывают. Этого я не могу тебе рассказать.

– Если ты расскажешь, с тобой что-нибудь приключится?

– Мескалито - защитник: добрый, благородный защитник; но это не значит, что с ним можно шутить. Именно потому, что он добрый защитник, он может быть воплощением ужаса для тех, кто ему не нравится.

– Я и не думаю шутить. Я просто хотел бы знать, что он показывает другим и что с ними делает. Я ведь описал тебе все, что со мной было.

– С тобой другое дело, возможно потому, что тебе не известны его пути. Приходится учить тебя этому совершенно так же, как учат ходить ребенка.

– Сколько еще мне предстоит учиться?

– Пока он сам по себе не начнет приобретать для тебя смысл.

– А потом?

– Потом сам все поймешь. Тебе больше не понадобится ничего мне рассказывать.

– Можешь ли ты мне внятно растолковать, куда тебя берет Мескалито?

– Тебе я этого не могу сказать.

– Я хочу только знать, существует ли какой-то другой мир, куда он берет людей.

– Существует.

– Это рай? («Рай» по-испански cielo, но это также «небо».)

– Он берет тебя сквозь небо (cielo).

– То есть, я хочу сказать, это то небо (cielo), где Бог?

– Ты говоришь чушь. Я не знаю, где Бог.

– Мескалито - это Бог, единый Бог? Или один из богов?

– Он просто защитник и учитель. Он - сила.

– Он что, сила внутри нас?

– Нет, Мескалито не имеет с нами ничего общего. Он вне нас.

– Но тогда каждый, кто принимает Мескалито, должен видеть его так же, как остальные.

– Ничего подобного. Для каждого он другой.

Четверг, 12 апреля 1962

– Почему ты не расскажешь мне побольше о Мескалито, дон Хуан?

– Нечего рассказывать.

– Но существует же, наверное, тысяча вещей, которые не мешало бы узнать прежде, чем я снова с ним встречусь.

– Нет. Я думаю, что в твоем случае нет ничего такого, что тебе следовало бы знать. Я говорил уже - он с каждым другой.

– Я понял. Но все же хотелось бы знать, что обычно при встрече с ним испытывают.

– Суждения тех, кто о нем болтает, не многого стоят. Сам увидишь. Может статься, какое-то время и ты будешь молоть о нем языком, но вскоре тебе это опротивеет.

– А ты не мог бы все-таки рассказать мне о своем первом опыте?

– Зачем?

– Тогда я знал бы, как себя вести с Мескалито.

– Ты уже знаешь больше меня. Ты в самом деле играл с ним, как ни трудно в это поверить. Когда-нибудь ты убедишься, сколь добр был к тебе защитник. В тот первый раз, не сомневаюсь, он сказал тебе великое множество вещей, но ты был глух и слеп.

Суббота, 14 апреля 1962

– Когда Мескалито показывает себя, он может принимать любую форму?

– Да, любую.

– В таком случае, какие, по-твоему, наиболее обычны?

– Обычных нет.

– Ты хочешь сказать, что он является в любой форме даже тем, кто хорошо с ним знаком?

– Нет. В любой форме он является тем, которые с ним знакомы лишь недавно, но для тех, кто давно его знает, он всегда постоянен.

– Каким образом постоянен?

– Он является им иногда как человек, вроде нас с тобой, иногда как свет.

– Мескалито когда-нибудь изменяет свою постоянную форму с теми, кто хорошо его знает?

– Это не по моей части.

Пятница, 6 июля 1962

К вечеру 23 июня мы отправились в поход - как сказал дон Хуан, поискать «грибочки» (honguitos) в штате Чиуауа. Он предупредил, что поход будет длительным и нелегким; так оно и вышло.

В десять вечера мы прибыли в небольшой шахтерский городок на севере штата. От улицы, где я поставил машину, мы прошли на окраину, к дому его друзей, индейца племени тараумара и его жены, и там заночевали.

Часов в пять утра нас разбудил хозяин, который принес кашу и бобы. Пока мы ели, он говорил с доном Хуаном, но о нашем путешествии не сказал ни слова.

После завтрака хозяин наполнил водой мою флягу и положил мне в рюкзак пару булок. Дон Хуан флягу сунул мне, рюкзак приладил поудобней у себя на спине, поблагодарил хозяина и, повернувшись ко мне, сказал:

– Ну, пошли.

Около мили мы шли по грунтовой дороге, потом свернули в поле и через два часа были у подножья гор к югу от города. Мы начали подниматься по пологому склону, двигаясь на запад; когда склоны стали круче, дон Хуан сменил направление, и мы пошли по плато на восток. Несмотря на преклонный возраст, дон Хуан шагал с такой скоростью, что к полудню я полностью выдохся. Мы сделали привал, и он достал провизию.

– Если хочешь, можешь все съесть, - сказал он.

– А ты?

– Я не голоден, а позже эта еда не понадобится.

Я очень устал и проголодался, поэтому не спорил. Я решил, что сейчас самое время узнать наконец о цели путешествия, и как бы невзначай спросил:

– Мы как, по твоим расчетам здесь надолго?

– Мы пришли сюда, чтобы собрать немного Мескалито, и будем здесь до завтра.

– Где это Мескалито?

– Да кругом.

Вокруг было полно кактусов разных видов, но пейота я среди них не заметил.