Чтение онлайн

Поворачиваюсь к ней лицом.

— И где, по-твоему, они будут искать в первую очередь, Тейт?

Она вздыхает.

— Думаю, да.

— И, кроме того, — добавляю я, — я даже не слышала о Новой Зеландии. Сомневаюсь, что Бишоп слышал. И еще... — Я смотрю на ее неблагодарную задницу, — Либо это, либо какой-нибудь маленький городок в Индонезии или Таиланде.

— В Таиланде можно было бы купить дешевые новые сиськи.

Я закатываю глаза, раздается сигнал и автоматический голос называет наш рейс, и я смотрю на Татум, мое сердце бьется в груди.

— Ты готова?

Она оглядывается на меня и берет за руку.

— Да... да, готова.

Два месяца спустя

— Я не знаю, Та… Аталия.

Татум ухмыляется мне, прогуливаясь по задней части бара в своих облегающих шортах и кружевном пуш-ап бюстгальтере, выпирающем из рваного топа.

— Ну, ты же знаешь, что можешь здесь работать. — Она кивает в сторону шеста для стриптиза. Мы здесь уже пару месяцев и планируем остаться еще на пару, надеюсь, но мне нужно найти работу, чтобы занять свои мысли.

Я оборачиваюсь и ухмыляюсь.

— Знаешь, может мне уже и все равно, но я не буду елозить о шест. — Я делаю глоток своего напитка и откидываюсь на стуле, сканируя лежащую передо мной бумагу и пропуская карандаш сквозь пальцы. Сейчас здесь 12 часов дня, что означает, что дома было около 8 часов вечера предыдущего дня.

С тех пор как мы прилетели сюда, мы с Татум живем в маленькой квартирке прямо у пляжа. Мы приземлились в Окленде через тринадцать часов после посадки в самолет и сразу же купили небольшой буклет о стране. Обе согласились, что хотим быть рядом с пляжем, ухватиться за что-то напоминающее дом, и держать это рядом с собой. Так мы нашли маленький городок в центре северного острова под названием Маунт-Маунгануи. Я не могу произнести это название и заметила, что многие местные жители называют его просто «Гора».

Здесь очень красиво. Песчаные пляжи, большие волны, маленькие магазинчики вдоль главного пляжа, напротив которых стоят дома и прибрежные жилища. Вся полоса береговой линии продолжается около десяти минут на машине и, в конце концов, приводит вас в другой небольшой пригород под названием Папамоа. Новозеландцы дружелюбны — иногда даже слишком дружелюбны, — еда свежая, а воздух такой, как будто вы впервые зашли в сауну. Это прекрасно. Но я не могу найти работу с тех пор, как мы приехали. Квартира, в которой мы живем, — это маленькая однокомнатная квартира, ничего лишнего, но она стоит целое состояние. Оказывается, в этом городе не так уж дешево жить. Конечно, мы с Татум выбрали один из самых дорогих городов во всей Новой Зеландии. Она сразу же нашла работу, работая за наличные в качестве бармена-стриптизерши. Я люблю Татум, но вижу, как она постепенно теряет себя.

Неужели это происходит и со мной?

Всякий раз, когда я пытаюсь покопаться в себе в поисках истинных чувств, я оказываюсь пустой. У меня их нет. Я думала раз или два о том, чтобы принять предложение Татум и присоединиться к ней в качестве стриптизерши, но потом вспоминала, что ни черта не умею танцевать, и моя задница трясется чуть больше, чем надо.

— Хороший рисунок, — прерывает мои мысли парень рядом со мной, указывая на лист бумаги.

— Спасибо, — бормочу, наклоняясь вперед и беря свой напиток.

— Сколько времени тебе понадобилось, чтобы нарисовать это?

— Хммм... — Я проглатываю немного своего напитка и снова смотрю на него. — Около двадцати минут.

Его брови сходятся вместе.

— Можно мне взглянуть?

Я киваю.

— Да, конечно. — Я протягиваю его ему, наблюдая, как меняется его выражение лица. У него растрепанные, но хорошо уложенные светло-каштановые волосы, легкая щетина, прямой острый нос и оливковая кожа. Плечи у него квадратные, как и челюсть, а одет он в темную кожаную куртку с простой белой рубашкой под ней, темные джинсы, кожаные браслеты на запястьях и тяжелые черные байкерские ботинки. О, боже, пожалуйста, не будь байкером.

— Это гребанная мята. — Он ухмыляется, изучая мой последний рисунок. Я не знаю, что означает термин «мята» (прим. на сленге чертовски круто / потрясающе), но я так понимаю, что это что-то вроде новозеландского жаргона. Рисунок представляет собой розовый цветок лотоса, который наполовину распустился. В центре сидит пуля, лепестки защищают ее. Штриховка не совсем закончена, но да, неплохо.

— Спасибо, — робко отвечаю я.

Он поднимает на меня глаза.

— Я слышал, как ты сказала своей... — Он смотрит в сторону Татум на столбе. — подруге, что ты ищешь работу?

— Да. — Я киваю. — Мы из Америки.

— С рюкзаками?

— Что-то вроде этого, — отвечаю я сквозь натянутую улыбку.

— Джесси. — Он протягивает руку, покрытую татуировками.

Я беру ее, удивляясь, что его ладонь немного мягкая, учитывая, как он выглядит.

— Амира.

— Амира? — Он ухмыляется. — Вроде как сексуально.

— Ха! — Я нервно смеюсь. — Хорошо. — Он флиртует? Не могу точно сказать.

Его ухмылка расслабляется до хитрой ухмылки.

— Вот. — Он протягивает свою визитку через барную стойку. — Я владелец Inked, тату-салона через два магазина отсюда. — Он указывает на мой рисунок. — У меня есть для тебя работа, если хочешь.

— Что? — Я задыхаюсь в недоумении. — Я никому и никогда не делала татуировки!

Он качает головой.

— Нет, но я делал и делаю, и ты рисуешь охренительно. Могу научить тебя. Или ты можешь просто рисовать для меня. Я занимаюсь только индивидуальным дизайном. Так что если ты придешь и сядешь, пока я буду работать с каждым клиентом, ты сможешь нарисовать то, что они скажут. Улавливаешь мою мысль?

Я сглатываю.

— Черт.

— Боишься? — Он снова ухмыляется, темная бровь вздернута.

— Вроде того.

— Эй! — Татум вскакивает с купюрами, засунутыми под лифчик. Господи, мать твою, эта девчонка. Она смотрит на Джесси и улыбается, ее глаза загораются, как на Четвертое июля. Она протягивает руку. — Я Аталия!

Джесси смотрит между нами.

— Похожие имена, или...

— Сестры, — щебечет Татум, хватаясь за барную стойку, подпрыгивая и сажая свою задницу. Джесси подходит к ней, подхватывает ее под мышки и качает головой.

— Не садись своей маленькой попкой на столы в этой стране, девочка.

Я смеюсь над надутой губой Тейт.

— Хорошо, — говорю я Джесси, и его глаза возвращаются прямо ко мне. — То есть, — поправляю я, — не знаю, являюсь ли я той, что ты действительно ищешь, но готова попробовать. Поскольку, знаешь... я была довольно близка к тому, чтобы подняться, — указываю на сцену, — туда.

Он ухмыляется.

— Да, давай. — Парень кивает головой в сторону входной двери, и я смотрю между ним и дверью, а затем снова назад.

— Ты ведь не убийца, правда?

— Думаю, ты не узнаешь, пока не последуешь за мной.