Чтение онлайн

Кристо слушал, понимал мало чего, все больше соображал попутно. Так вот, в мирах, значит, пораскидано артефактов — прямо под ногами валяются. Ну, может, не на каждом шагу, а много. Кто их туда накидал — нечт его знает, случается, маги древности, они всякое умели, а бывает, в мирах появляется сильный артемаг — и как начнет творить, даже сам того не замечая! Иные артефакты полезные, приносят людям добро, здоровье, богатство там. Иные — злобные, а больше — коварные, которые под добро подделываются, а сами так и норовят убить или душу прихватить. И выходит, что такие артефакты убивают в мирах столько людей, что никакому злыдню не приснится, а еще больше — с ума сводят, к войнам толкают… если за ними не присматривать — некоторые и…

— …Озз говорил, туда выслали три звена, а то эти штуки мир разнести могут!

— Ой, прямо-таки и мир разнести? — вмешался он на этом моменте. Мелита непринужденно улыбнулась ему:

— И очень просто, — потом присмотрелась. — А это не ты влепился спиной в Солнечного Витязя? Говорили, было так смешно, жаль, я не видела.

Кристо пожалел, что высунулся. Хорошее знакомство получилось.

Их провели в их новую комнату — на вкус Кристо, слишком просторную, к тому же, одна из стен была целиком исписана невиданными зверями и птицами, а на двух других виднелись мелким почерком сделанные надписи, выжженные прямо в стене. Нольдиусу и Кристо спокойненько пояснили, что раньше тут проживали две сестры разного возраста и крайне разного характера, ненавидевшие друг друга жутко (четвертая стена была порядком покрошена магическими ударами). Правда, никто из них пока не умер, они на данный момент просто «выросли над собой», то есть, получили реальную квалификацию артефакторов и переехали жить во второе жилое крыло — левое, где располагались все взрослые участники боевых звеньев. Кристо и Нольдиусу тоже предстояло поселиться именно там — если, конечно, они вовремя познакомятся с окрестностями и выдержат квалификационный минимум.

— Жить в комнате после девчонок? — попытался кочевряжиться Кристо. Ему не давали покоя покрывала кроватей: черное, на котором в паре разных мест лежали дохлые жуки, и светлое, воздушное, перетянутое бантиком.

— Еще следующая пустует, — хладнокровно отвечала на это Мелита, — только там пару месяцев назад поставили Прокрустово ложе. Чары слабые, месяца через два выветрятся, пока оно просто засасывает наутро или руки, или голову.

Хмуро засопев, Кристо плюхнулся на темное покрывало. Нольдиус недоуменно потянул за бантик на своей кровати, но ничего не сказал.

— Интересно, а они что-нибудь на прощание зачаровали? — покрутил головой Хет, и Кристо торопливо поднялся.

Мелита с Хетом продолжали болтать, пока они осматривали комнату, а Кристо, неудобно переминаясь с ноги на ногу, попытался все же додумать мысль до конца.

Если артефакта коснется маг, даже пусть боевой — то от мага может не остаться тапочек. Не всегда, но бывало. А артемагам, хоть и тоже не всем, такая работа по плечу, вот они и учатся на артефакторов — значит, на тех, кто мотается по мирам и обезвреживает опасные вещички. Или сразу уничтожает. Или…

— …притаскиваем сюда, тут Гробовщик уже справляется, он в этом деле мастер, — болтала Мелита. — Он у нас как раз по поиску: заглянет в свой Перечень, а в ней у него появляются названия тех, которые проявили себя. И вспыхивают разными цветами.

Никто не спросил, какими цветами. В Целестии все были сдвинуты на радуге, потому что и страна была Радужной с момента создания. И в небесах сияла вечная радуга. И Магистры тоже считались по цветам радуги. Так что почему артефакты должны обозначаться по-другому?

— Жуткий дед, — распространялась Мелита дальше, — его все стороной обходят, сами увидите. А если вы попробуете без спросу влезть в Большую Комнату — он прямо горло может перегрызть своими желтыми клычками…

— Большая Комната?

— А-а, это там, — Хет кивнул туда, где был артефакторий. — Рядом с Малой и Особой.

Большая, Малая, Особая — плохо у них тут с названиями. И с объяснениями тут тоже плохо.

Подружка Мелиты подала голос:

— Там хранятся артефакты…

— Да, которые никому не удалось уничтожить, даже Гробовщику! — подхватила Мелита. — Таких не очень-то много, но есть. Сильные — ух, опасные — жуть! Некоторые и хитрые, помнишь, одно ожерелье там в кролика превращалось, когда на него смотрели… Кролик был милым, — она вздохнула, — а вот старый Гробовщик был совсем не милым, когда нас застукал в Комнате. Первым делом Бестию вызвал, а она такое устроила — лучше б мы то ожерелье надели. Нас потом еще директор спасал, помнишь?

— Помню, — тихонько ответила ее подружка. Странно, а Кристо показалось: она такую мину только что скорчила, когда помянули Бестию! Чуть саму завуча не переплюнула по этой части.

— Так что и вы туда без приглашений не лезьте, а то в лучшем случае будете на наказалках до первого вашего вызова.

— До первого нашего… — тут у Кристо как-то качнулся под ногами пол, и он опять уселся на черное покрывало. — Погодите, это мы чего… тоже вот так вместе с артемагами будем по мирам мотаться?

Ну, уж теперь на него посмотрели, как на деревенского дурачка.

— Нет, конечно. Кто ж вас пустит в миры? Вы же про них ничего не знаете…

Не успел отойти от разочарования, как Хет добавил:

— Вы через Кордон будете ходить, во внешний мир, как контрабандисты… что это с тобой?

А это у Кристо от радости магия ударила в лопатки. Чуть крылья не выросли. Уже начал отрываться от кровати, но тут Нольдиус его похлопал по плечу тяжелой рукой. Кристо зыркнул злобно, буркнул «Отвянь!» — и отодвинулся. Само собой сообразилось, что как раз ему через неделю во внешний мир не светит — не те способности. А этому красавчику — очень может быть…

— Книжки утром возьмете, — продолжал Хет как ни в чем не бывало, — это Скриптор может показать, он с рассвета там ошивается. Пошли, Мелита, пусть располагаются.

Черноволосая хохотушка распрощалась с ними, ее подружка выдала незаметный кивок и вышла следом, рисуя что-то пальцем в воздухе. Нольдиус, глядя на нее, затряс головой с таким осуждением, что со щек посыпалась пудра. Кристо, хоть и был согласен, что с девчонкой не очень, только поглядел исподлобья.

— По ночам выходить можно, только тут иногда Бестия бродит, — извиняющимся тоном добавил Хет на прощание, — у нее бессонница, так что осторожнее. Ладно, ухожу, а уж вы тут отдохните, потому что завтра — ваши первые уроища.

— Простите? — вмешался Нольдиус. И тут ему надо себя показать. — Может, уроки?

На это Хет только хмыкнул, поглядел на них с жалостью и захлопнул дверь.

* **

Вообще-то Кристо обычно просыпался от криков. Например, ему мог орать в ухо контрабандный будильник. Что-то такое ностальгически-отцовское, вроде: «Вставай, недоносок!» А иногда Кристо не слышал будильника, тогда его будил Вейтус: с помощью телесной магии скидывал на пол, или к кровати примораживал, или подпаливал простыню. И Кристо просыпался от собственного вопля — конечно, долгого и нецензурного.

Но сердился он на соседа по комнате минут десять — пока не истощались в непроснувшихся мозгах запасы ругани. Потом еще «спасибо» говорил, потому как иначе Кристо добудиться было нельзя, и он спал бы по восемь суток на неделю.

Но в это утро он проснулся сам и осторожненько уполз с черной кровати, а потом из комнаты. Нольдиус не проснулся. Этот молодчик залился таким храпом, что его и хор Магистров не поднял бы!

А у Кристо были свои дела.

Сперва он наведался перекусить — милое дело. Хорошая вещица этот Рог Изобилия, хоть ты упри его и в комнату повесь. Потом минут на десять застрял возле трапезной у зеркала, рассматривал прическу и физиономию: нет ли прыщей, не выцвели ли пряди? Какая-то мелкота хихикнула за спиной — погнал таким рычаньем, что самому приятно стало.