Чтение онлайн

— Насколько короткий?.. Когда суд?..

— Сегодня. И вы либо явитесь и представите аргументы в свою пользу, либо суд пройдет без вас… и вот тогда все будет плохо.

Лахджа шумно втянула воздух. Еще час назад она делала рыбный пирог, была весела и беззаботна… а теперь у нее вдруг могут забрать дочь. И не как те фархерримы, с которыми бы рано или поздно дело решилось. Хальтрекарок может Астрид просто сожрать — только чтобы насолить Лахдже.

И ничего ему не сделаешь.

Лахджа заметалась, собираясь в… суть Древнейшего, в Паргорон. Лахджа знала, как там судят высокопоставленных демонов, и даже проходила свидетельницей, когда судили Фурундарока. Но обвиняемой пока не доводилось… хотя разве она обвиняемая?.. нет, это просто гражданский иск. Дело об опеке.

Майно застегнул плащ. Повесил на пояс меч. Уступающий его старому оружию-фамиллиару, но вполне пристойный боевой артефакт. Фехтовать Майно Дегатти прекрасно умел и без волшебства.

Астрид тоже собиралась. Поняв, что она будет главной героиней, что за нее будут спорить и даже, возможно, сражаться великие демоны, она преисполнилась чувством собственной важности. Безропотно позволила завязать бантики в волосах и на хвосте, и горько вздохнула, что не может прихватить верную Пырялку.

Ту, к сожалению, так и не удалось починить, а новую Совнар не подарил, хотя Астрид в свой пятый день рождения очень ждала.

Майно распахнул кошель, собирая фамиллиаров. Снежок, Матти, Тифон, Токсин… на Сервелате они поедут верхом, это самый простой способ. Рыбка останется в пруду, а Ихалайнен — приглядывать за домом и Вероникой… нет, подождите.

Майно и Лахджа переглянулись. После той истории с фархерримами они остерегались оставлять детей одних. Печати печатями, но высшие демоны есть высшие демоны.

— Они поклялись, — неуверенно сказала Лахджа.

— Поклялись их вожаки, — заметил Майно. — Апостолы.

— Они же сказали от лица всех фархерримов.

— Ну и?.. Я тоже могу поклясться от лица всех волшебников, только им на это будет плевать.

— У демонов это не так работает.

— Я знаю, как это работает у демонов. Только эти апостолы — не владыки над остальными, а просто… ну так…

— Ну и что нам ее — на Инкадатти оставлять?

— Да ладно, возьмите ее с собой! — подал голос Совнар, раздраженно колотя хвостом. — Принеси ребенка и дави там на жалость!

Дегатти усомнился, что в демоническом суде такая стратегия сработает, но время уже поджимало. К тому же в случае чего Веронику можно отправить в кошель, на попечение Снежка. Малышка его обожает.

Сомкнулись вокруг туманы Лимбо. Сгустилось межмировое пространство, что есть предбанник между Хаосом и Упорядоченным. Беззвучно бежал сквозь Кромку тонконогий конь, и дым струился из-под его копыт.

Совнар указывал дорогу. Словно крохотный огонек, рыжее пятнышко в серой мгле, он неспешно семенил впереди, и через несколько минут вылетел в гомон Мпораполиса, под тусклые лучи Нижнего Света и моросящий холодный дождик.

Астрид озиралась с распахнутым ртом. Она и не представляла, что демонов в Паргороне настолько много. Думала, что весь он целиком — это сплошной лес и пара сотен живущих в цветах фархерримов.

А оказалось, что их главный город даже больше Валестры… намного, намного больше. Рядом с Мпораполисом Валестра казалась захолустной деревенькой, тут кишмя кишели чудища и повсюду вздымались угрюмые темные здания.

А Лахджа бы даже порадовалась возвращению на родину… вторую родину, но обстоятельства не способствовали. Она прижимала к груди одну дочь и придерживала вторую — Астрид так и норовила выпрыгнуть из седла, ей все было любопытно.

— Сиди! — уже раздраженно прикрикнула мама. — Это Паргорон! Здесь маленького ребенка без раздумий съедят!

И хорошо, если только это, подумала Лахджа, но вслух говорить не стала.

— Ты мне ничего не разрешаешь, — обиделась Астрид. — Наверняка настоящий папа все будет разрешать. Я буду расти демонической принцессой.

Майно затрясся от сдавленного смеха. Лахджа набрала воздуха в грудь, размышляя, как доходчивее объяснить этой маленькой говнюшке… но тут они как раз подъехали к воротам. Огромным мрачным воротам из черного камня, чьи столбы украшали рогатые черепа гохерримов, а небо над центральным шпилем закручивалось воронкой.

Главное управление Палаты, паргоронского юстиционного корпуса. Здесь всем заправляет одна из страшнейших ларитр — Дама Уннар Лим. Здесь проходят разбирательства над высшими демонами, а иногда даже демолордами.

Совнара и его подопечных госпожа Палаты встретила лично. Высокая и величественная пожилая леди с пучком седых волос была облачена в строгий деловой костюм, а по бокам от нее высились приставы, ларитры в мужском обличье.

— Явились, — бесстрастно произнесла Уннар Лим. — Пройдемте в зал.

Шаги отдавались эхом. Коридор уходил в бесконечность, простирался в черноту космоса. Приставы шагали чуть позади подсудимых… обвиняемых… да нет, их ни в чем не обвиняют! Это просто дело об опеке, мировой суд! Но все равно от ларитр исходило жуткое напряжение, они подавляли одним присутствием.

— Значит так, я с вами в зал не пойду, — краем рта сказал Совнар. — Я не должен свидетельствовать или работать против своего господина. Я не могу. А я знаю о вас слишком много, так что если я буду там — меня обязательно спросят, и я не смогу соврать. Мои отношения с Хальтрекароком это сильно осложнит.

Лахджа с опаской покосилась на Уннар Лим, но слова Совнара были направлены в конкретные уши, и никто другой их не услышал.

Вот и он — главный зал суда, в котором иногда даже демолордам приходится стоять под суровыми взглядами. Вдоль стен — массивные каменные скамьи для ожидающих, а двери словно надгробные плиты, и за ними клубится мрак.

— Ребенка оставьте здесь, — велела Уннар Лим. — Младенцу не место на разбирательстве.

Лахджа немного запаниковала. Что ей — оставить ребенка перед входом?.. Конечно, есть мужнин кошель, но… черт, да выйдут ли они из этих дверей обратно?!

— Давай сюда, я присмотрю, — проворчал Совнар, принимая настоящий облик и усаживаясь на скамью. — И про меня там ни слова.

Лахджа заколебалась. Может, лучше все-таки в кошель?..

— У меня большой опыт сидения с детьми, — раздраженно напомнил Совнар, поняв ее колебания. — Знаешь, сколько у меня детей?

— Сколько?

— Четырнадцать штук. И это только живых. И я их всех люблю.

— Я не оставлю ребенка с демоном, — запротестовал Майно.

— Муж мой, я тоже демон, если ты забыл, — напомнила Лахджа.