Самые свежие угарные анекдоты
Шрифт:
– А шли они сколько?
– Две недели.
– Детям, все детям.
В магазине мужик спрашивает у продавца:
– У вас есть шапочка для плавания?
– Нет.
– А клюшка для хоккея?
– Нет.
– Ну, а лыжи есть?
– Нет! И вообще это вино-водочный магазин…
– Ну, дайте тогда бутылку водки, – и тихо про себя, – видит Бог, что я хотел спортом заняться…
В мaршрутке.
– Извините, вам моя сумка не мешает?
– Да нет, не мешает.
– Но если мешает – скажите! Я уберу.
– Хорошо, но она мне не мешает.
– А мне кажется, что все-таки мешает. Вы из-за нее как-то наклонившись сидите.
– Да, есть немного.
– Ну тогда мне лучше убрать?
– Ну хорошо, уберите.
– Куда?! Ну куда, бл%дь?! Ну посмотри, куда я ее уберу?!
В 1892 году российский император Александр III подписал указ о начале строительства большого морского порта в г. Феодосия Таврической губернии. Царской милостью было выделено около десяти миллионов рублей. Сумма на то время гигантская (корова, к слову, стоила три рубля).
Чиновничьи нравы в царской России были такие же, как и сейчас. Львиная часть выделенного бюджета была «пораспилена» чиновниками и пошла на дачи на Черноморском, а то и на Лазурном берегу, и на другие «ништяки». Прошло лето, наступила холодная осень. Надо слать отчет царю.
Что делать? Сделано не более двадцати процентов запланированных работ. В итоге, пишут следующее, дескать, все деньги потрачены, большая работа была проделана, но начались суровые осенние шторма (а, надо сказать, шторма действительно сильные осенью на черном море) и все было разрушено и унесено в море… Увы и ах, природный форс-мажор…
Депеша ушла в Санкт-Петербург. Все прокатило. На следующий год выделяется новый бюджет. И радостные чиновники проделывают уже привычную процедуру. 20 % на строительство, 80 % на распил и очередная слезная депеша осенью о разбушевавшейся природной стихии… Шторм, будь он неладный, все попортил опять…
На третий год царь привычно выделяет бюджет на строительство Феодосийского морского порта, подписывает указ, но ставит свою резолюцию: «Будет шторм – повешу!»
Надо ли говорить, что строительство было завершено в тот же год досрочно!
В начале двадцатого века две девушки – Кларочка Цеткин и Розочка Люксембург, торговавшие цветами, остались недовольны объемами продаж и решили провести масштабную рекламную кампанию. Так возник «Международный женский день».
В Новосибирском зоопарке ЧП – у гориллы течка, хочет самца…
Решетки гнет, орет, всех посетителей распугала, в общем, жуть. Дирекция собралась, звонят в Москву, мол, самец нуж'oн. Москва говорит, типа, вы че там, с дуба рухнули, у нас один единственный самец, а у вас там минус 30, вы его заморозите к чертям… Звоните вон в Германию, там их целый питомник.
Звонят в Германию, объясняют проблему. Немцы:
– Keine probleme, пришлем к вам гориллу. Стоить вам это будет 20 тыщ баксов.
Дирекция охренела, репу чешут – откуда у зоопарка 20000 баксов. Короче – труба. Тут видят, мимо окна проходит зоопарковский сторож – сибирский мужичок горилообразной наружности, но бомжеватого вида. Зоотехник говорит:
– Во!!! Давай Петровичу штуку рублей дадим, он за штуку – кого угодно…
Зовут Петровича.
– Петрович! Тут у нас к тебе деловое предложение… Ты ж знаешь нашу гориллу? Видишь, че творится? Давай ты ее ну это, в общем, понял? Ну, за деньги, конечно!
Петрович репу почесал и говорит:
– Ну, в принципе, оно, конечно, можно. Только у меня три условия будут.
– Говори условия, на любые согласимся!!!
– Первое – только не целоваться.
– Окей.
– Второе – я чтобы только сзади…
– Петрович, базара нет, говори третье!!!
– А третье… ну, мужики, деньги я только со следующей получки смогу отдать.
В нашей жизни очень не хватает новости вроде: «Неизвестные доброумышленники отремонтировали этой ночью дороги втайне от местной администрации»…
Внук назвал бабушку по маме плохим словом. И тут же получил подзатыльник от отца. Но не больно – как договаривались.
В обезьяньем питомнике ходят посетители.
Сотрудник-грузин выводит обезьяну и садится играть с ней в шахматы.
Толпа посетителей восхищается:
– Какая умная обезьяна!
Грузина это задевает, он отодвигает шахматную доску и раздраженно выговаривает толпе:
– Умная обезьяна, умная обезьяна! А счет, между прочим, три-два в МОЮ пользу!!!
Возила сегодня пса к ветеринару, едем обратно, надо сказать, что это наша поездка в транспорте не первая и ездим мы, как правило, в троллейбусе, т. к. пес большой и народу есть где от нас спрятаться.
Значит, зашли на заднюю площадку, я, как обычно, рассчиталась за себя, а народу много, так что просто передала через людей. Едем мы с псом, проехали уже больше полпути, и тут кондуктор пришла на заднюю площадку, и состоялся у меня с ней такой вот интересный диалог:
– Чья собака?
– Моя.
– А почему за собаку не заплатили?
– А ему меньше семи лет и он не занимает посадочное место.
Злая кондукторша уходит молча на свое место, а вся задняя площадка тихонечко ржет.
Вопрос не в том, почему твои друзья психи. Вопрос в том, почему ты себя чувствуешь комфортно в обществе больных на голову?
Вор залез в квартиру, осмотрелся и только шагнул, как слышит:
– Христос видит тебя и он недоволен!
Ну вор думает, наверное, послышалось. Может, у соседей. Только шагнул, опять слышит:
– Христос видит тебя и он недоволен!
Вор испугался и спрашивает:
– Аааа, а кто это??
– Это я, попугай!
Ну, вор сразу успокоился, выпрямился и уже спокойно спрашивает:
– И как же тебя зовут, попугай??
– Меня зовут Авраахам Винди Бэл!
– Чего?? Это же тупая кличка для попугая!
А попугай так ехидно:
– Ну да. Христос тоже тупая кличка для БУЛЬДОГА!?!