Самые красивые пары советского кино
Шрифт:
Раз уж речь зашла о детях…
В феврале 1975 года 16 лет исполнилось старшему сыну Басова Владимиру. Как мы помним, в последний раз они виделись в конце 60-х, когда жили в одном дворе, но тогда Басов-младший, наученный мамой, боялся подходить к отцу и шарахался от него как черт от ладана. А тот не стремился к сближению. Но в день 16-летия своего сына отец все-таки решился ему позвонить. Рассказывает Басов-младший:
«Когда мне исполнилось шестнадцать, отец вдруг прорезался, стал звонить. А я чувствовал себя неловко, не знал, как к нему обращаться. Называть на «ты» язык не поворачивался, на «вы» – как-то глупо. Мямлил что-то односложное.
– Как у тебя дела, Володя?
– Да нормально.
– А как в школе?
– Да хорошо.
Вот и весь разговор…»
Свою лучшую киноработу (на мой личный взгляд) Владимир Басов снял именно тогда – на 23-м году своей службы в большом кинематографе. Речь идет о телефильме «Дни Турбиных», снятом в 1975 году по пьесе М. Булгакова «Белая гвардия». В свое время, в 30-е годы, МХАТ инсценировал эту пьесу, и она имела бешеный успех, выдержав при жизни автора почти тысячу представлений. Это был любимый спектакль Сталина, который видел его не один десяток раз. Басову удалось вдохнуть в пьесу новую жизнь, сделать ее актуальной уже для нового времени – СССР эпохи Брежнева (премьера фильма состоялась 1 ноября 1976 года). Впрочем, этот фильм пережил время, став классикой отечественного кинематографа.
Басов и Титова снова снимались вместе, хотя и играли не соединенных узами брака: он исполнил роль обаятельного штабс-капитана Виктора Викторовича Мышлаевского, она – роль Елены Васильевны Тальберг, в доме которой и собирается вся компания главных героев этого блистательного произведения. Место действия Киев, время действия – 1918–1919 годы. По словам В. Титовой:
«Считаю, что как актриса я так и не раскрылась. Не было подходящего материала. Разве что «Дни Турбиных»… Там действительно прекрасная роль, но, чтобы по-настоящему раскрыться, таких ролей нужно штук пять. А слухи о том, что Басов начал снимать эту картину ради меня, – полная ерунда. Он сделал это только для себя – давно хотел сыграть Мышлаевского. Кстати, после показа фильма по телевизору он получил телеграмму с поздравлениями от Константина Симонова и был безмерно счастлив…
Владимиру Павловичу нравился сам процесс работы. Он просто не мог не снимать…
У нас ведь как тогда было? У режиссера только на подготовку к съемкам новой картины иной раз годы уходили – из-за бесконечных согласований, разрешений… А в итоге, когда все инстанции оказывались пройденными, режиссеру уже не хотелось снимать этот фильм – он от него успевал устать, еще не начав.
Басов же в этом смысле был феноменом. «Опасный поворот» он снял за два месяца!.. Басов не относился к типу людей, которые любят предаваться безумным страданиям. Что-то сегодня застопорилось, – ладно, значит, завтра снимем по-другому. Закапризничал актер – ничего, найдем другого. Басов всегда контролировал ситуацию. Не Госкино, не кто-то там наверху, а он сам – режиссер Владимир Басов – решал все проблемы на съемочной площадке. Многие его за это презирали: мол, что же это за художник, который не отстаивает свои позиции? А ему было скучно отстаивать – он хотел работать… Тем более что это приносило еще и деньги. Он работал и зарабатывал на жизнь, потому что в доме было двое маленьких «гавриков» – а это очень дорогое удовольствие…»
Между тем где-то с середины 70-х творческая активность режиссера Басова заметно упала. Сняв в 1975 году «Дни Турбиных», он затем в течение пяти лет ничего не снимает. Почему? Подвело здоровье – случился инфаркт. Кроме этого, вскоре после премьеры «Дней Турбиных» распался его брак с Титовой, которая во время работы над фильмом Игоря Таланкина «Отец Сергий» влюбилась в оператора Георгия Рерберга. Влюбилась, поскольку устала от пьяных загулов Басова и хотела новых впечатлений. Ведь в 77-м ей было всего 35 лет.
Первая встреча актрисы и оператора на съемочной площадке произошла в среду, 28 сентября 1977 года (кстати, муж актрисы Басов в тот день тоже снимался в фильме «По семейным обстоятельствам»: он играл сцену уличной встречи с Галиной Аркадьевной в исполнении Г. Польских). Группа «Сергия» работала в Псково-Печорской лавре. Рерберг первым подошел к актрисе, чтобы познакомиться, на что та ответила: «А мы с вами уже давно знакомы». «Разве мы встречались?» – удивился Рерберг. «Нет, но вы как-то звонили Басову, а его не было дома. Я хорошо помню тот наш разговор». Оператор внезапно обиделся. «Я что-то не помню этого», – пробурчал он и удалился. «Ну почему мужики все время лгут?» – подумала про себя Титова.
Вечером настоятель лавры пригласил режиссера, оператора и нескольких актеров к себе на ужин. При этом каждому из гостей были вручены презенты: Таланкину, Титовой и Николаю Гринько перепали простые наручные часы, а вот Рербергу достались золотые – ему в тот день стукнул «сороковник». Странно, но когда Титова встретила Басова, тому тоже было 40 лет. Судьба, однако…
Вспоминает Валентина Титова: «Рерберг мне поначалу не очень понравился. Гога выглядел очень жестким и говорил жестко, его все боялись. Я к тому времени уже много слышала о нем, смотрела его фильмы – «Первый учитель», «Дворянское гнездо», «Зеркало». В нашем доме часто произносили его имя, я знала, что он – «самый-самый». Правда, слава его была со скандальным оттенком: талантливый оператор и жгучий сердцеед.
За ужином я вдруг поняла: да он же ничей… В его глазах застыла боль одинокого человека. Поздно вечером он зашел ко мне в номер якобы за спичками. Мы разговорились. А когда на следующий день я вернулась в Москву, вместе со мной прилетели сплетни. Гога ведь всегда покорял женщин, поэтому все были убеждены, что и я не устояла. Конечно, эти разговоры дошли до Басова, он все время пытал меня: правда это или нет? Наконец я ему сказала: «Ты веришь? Ты считаешь, что мне не дорога моя семья, мой дом, мой муж? Если спросишь еще раз, выйду замуж за Рерберга». Тогда он отстал…
Но остановить поток слухов было невозможно. Единственным человеком, который точно знал, что я не спала с Рербергом, был сам Рерберг. Он переживал за меня, звонил, спрашивал: «Как дела?» Однажды предложил: «Прокатимся?» Я отказалась. «Откуда, – говорю, – у меня время на прогулки? На мне хозяйство, стирка, обеды, муж, сын, дочь…» Впоследствии выяснилось, что Рерберг тогда уже принял решение, своим друзьям он сказал: «Иду на двоих детей». Но я узнала об этом только после развода с Басовым…»
Несмотря на развод, супруги какое-то время продолжали жить вместе в пятикомнатной квартире на улице Горького, поскольку Басов сделал все возможное, чтобы Моссовет отказал им в размене квартиры. Он написал письмо, в котором объявил, что они с женой помирились и размен уже не нужен. Наивный, он полагал, что таким образом жену можно удержать возле себя. Но скандалы между ними не затухали. Их свидетелями были дети – 12-летний Саша и 7-летняя Лиза. Первый вспоминает:
«Я хорошо помню день, когда все началось. Отец всегда ходил по дому раздетым. Очень трогательно выглядел в маечке и трусах… Он всегда этим меня смешил. «Пап, а что ты так ходишь?» – «Я в этом себя свободно чувствую!» И вот, помню, в этом «смешном прикиде» он однажды вошел на кухню. Я у него что-то спросил, в ответ он сердито на меня гаркнул. Что случалось крайне редко. Через какое-то время он вошел в комнату матери, и оттуда раздались крики. Это был скандал. По отрывочным фразам я понял, что отец ругается с матерью по поводу того, что у нее есть кто-то, кого она, возможно, любит. Отец, скандалящий в трусиках и маечке, был, конечно, смешон. Скандалят в смокингах, но никак не в исподнем! И от этого мне стало особенно тревожно…
Отец страшно переживал, очень сильно негодовал на мать. Скандалы все чаще происходили при нас, детях. Они обменивались обидными репликами.
Отец, как правило, занимал позицию тренера в боксе – он защищался и отбивал удары нападающего. Он всегда старался смягчить ситуацию, успокоить маму. Но бывало, и он свирепел, когда мать сильно задевала его оскорблениями.
Отец стал позволять себе алкогольное расслабление, которое принимало у него формы загула. Это было нарушение семейной жизни, каких-то обязательств, он забывал сделать вещи, которые нужно было непременно сделать, тратились деньги… Мать это абсолютно не устраивало. Она была человеком педантичным. Отец был еще более педантичным, просто в загуле он про это забывал. И вот однажды мама объявила папе: «Развод! Я люблю другого, я устала жить с тобой, алкоголиком», на что отец ей ответил: «А-а! Ты хочешь от меня уйти к другому алкоголику?!» По сравнению с Георгием Ивановичем отец действительно был трезвенник!