Рыжая бестия нарасхват
Шрифт:
— Нуну, это не твое дело! — отрезала я, раздражаясь его вмешательству.
— Знаю. Но я не могу молча смотреть на то, как ты совершаешь глупость.
Просто кивнув на прощание, он отправился на выход, оставляя нас с Яном наедине.
— Что это было? — прошептал Ян, откидывая мои волосы на одну сторону, готовый опять прильнуть губами к моей шее. — Я ничего не понял. Не хочешь перевести?
— Ничего особенного.
— Вы вместе? — задал Ян следующий вопрос, немного напрягаясь, но уже целуя мою шею.
— Нет. И никогда не были.
И как бы ни было приятно нежное прикосновение его губ, а все тело ни просило продолжения, я поняла, что Нуну действительно был прав. Вывернувшись от Яна, я направилась за сумкой, выпавшей у меня из рук там, где парень обнял меня, стараясь успокоить. Когда я вновь увидела рисунки, я осознала, что отныне «мордашковая площадка» у меня всегда будет ассоциироваться с нашим первым поцелуем, уничтожившим здравомыслие.
— Поехали в магазин? Здесь, кажется, все нормально.
— Диана, — Ян схватил меня за руку, останавливая и заглядывая в глаза, — прости, я никогда не хотел тебя обижать. Мне сказали, что ты…
— Неважно, — перебила я его, не желая слушать, чего там такого обо мне наговорило его честное семейство. — Давай не будем все усложнять и просто останемся друзьями?
А что еще я могла сказать? Да, я хочу переспать с тобой, но не знаю, что будет со мной потом? Особенно когда ты вернешься в Москву.
Ян понял все без лишних слов и молча пошел со мной к машине, сделав вид, что забыл о произошедшем между нами в центре. Словно он и не думал о том, чем бы все закончилось, если бы не пришел Нуну и не помешал нам.
Оставшийся день прошел странно. Мы уже не ругались и дружелюбно болтали о всяких мелочах. Ян рассказал о своей работе и о том, как удаленно контролирует рабочий процесс в клинике. Рассказал о своих друзьях и любимых крестниках; было приятно смотреть, как светятся его глаза, когда он говорит о детях. И вспоминали Виктора. Говорили обо всем, лишь бы не затрагивать самую важную тему, интересующую меня — надеюсь, не только меня — больше всего.
Ян знал, что, кроме секса, ничего больше не может мне предложить. А я осознавала, что этого мне будет мало. Но произносить такого вслух не хотелось. Да и зачем?
Ближе к вечеру дождь прекратился, и я улеглась на маленьком диванчике на улице. Завернувшись в плед, попыталась почитать книгу, но когда поняла, что пролистала пару страниц, а смысла таки не уловила, я раздраженно откинула книгу и задумалась, как же быть дальше.
Обед прошел хорошо. Ян похвалил мои кулинарные способности и отшутился, что теперь верит: я не преувеличивала, говоря о своих талантах. Все взгляды и легкие нечаянные прикосновения разливались по телу мелкими разрядами тока. Все нутро требовало продолжения того, что началось в садовом центре, превращаясь в очень соблазнительную навязчивую идею. От этого я и сбежала на улицу — подальше от «запретного» соседа.
Неожиданно зазвонил мой телефон. Увидев номер Катарины, я вздохнула с облегчением. Обрадовалась мысли, что хоть немного отвлекусь.
— Привет. Ты уже собираешься? — спросила подруга-ураган.
— Привет. А куда, если не секрет?
— Диана, я, конечно, прощаю тебя за то, что ты не поздравила меня с самого утра! Но я не думала, что ты напрочь забудешь о моем дне рождения.
— Ой, прости, пожалуйста! — Мне стало стыдно, что я замоталась и умудрилась так поступить с подругой.
— Ладно, прощаю! Я так понимаю, ты отходишь после шокирующей вчерашней новости? — засмеялась она на той стороне.
— От какой?
— Ой, Диана, ты как не с этой планеты в последнее время! Что твой сосед предпочитает бананы, а не спелое манго.
Я от души рассмеялась с этой пошлой шути, особенно вспоминая, насколько сильно Ян предпочитает манго, что чуть не попробовал его на пыльном стеллаже. И я прекрасно помню выпуклость его банана сквозь шорты, зажатого между моих ног.
— А ты откуда знаешь?
— Вчера одна барменша заболела, пришлось мужу помогать. Девчонки завалились в бар и всю ночь на него жаловались. Чуть ли не в подробностях обсуждали, на что они рассчитывали и какой облом получили.
Мы обе засмеялись в один голос.
— Жаль, а я все же надеялась, что вы поженитесь, — продолжила Катарина. — Вы такие искры метали на первом совещании. Между вами вспыхнула страсть. Я думала, вы прям там накинетесь друг на друга, вот только не совсем понимала, с кулаками или поцелуями.
Слова Катарины напомнили мне тот день, и я улыбнулась, думая, что, кажется, я действительно понравилась ничего не подозревающему Яну. И наша встреча была случайной, а не его хитрым планом-разведкой.
Подруга уловила мое настроение:
— Чего это ты так мечтательно замолчала?
— Думаю, что надеть на твой праздник.
— Ага, конечно, ври больше! Но времени спорить с тобой нет. Собирайся, через два часа мы заедем за тобой. Я наняла маленький микроавтобус, поедем все вместе. По программе у нас ужин, а потом дискотека!
— Дискотека?
— Не смей мне портить планы! — шуточно перебила меня она, услышав мой удивленный тон. — Я у мужа неделю отпрашивалась, а у дочери и того больше! Так что да! Я хочу в клуб, тряхнуть стариной и потанцевать!
— Тебе тридцать пять! Какой стариной?
— Диана, муж держит бар, который я знаю как свои пять пальцев. Он считает, что больше никакие развлечения нам не нужны. Дочь меня из виду не выпускает. Дай мне насладиться одним днем свободы! Когда будешь в моей возрастной категории, поймешь, что такое один вечер с подругами, без мужа и маленького ребенка на хвосте.
— «Разочарованные» тоже будут присутствовать?
— Да. Так что оденься покруче, чтобы их лица не были такими самодовольными. Мне нравятся эти девчонки, но иногда мне хочется напоить их лимонадом и стереть эти напыщенные улыбочки с лица. Вечно они думают, что на них свет сошелся клином, — справедливо заметила девушка. — Гляди, и твой сосед увидит тебя не только в рабочей одежде и поменяет свое мнение.
— Катарина, он…
— Диана? — раздался голос Яна неподалеку.
— Ладно, потом поговорим. Я пошла собираться, — произнесла я, отключилась и крикнула Яну в ответ: — Я здесь!