Чтение онлайн

Нелли вела блог о релокации и новой жизни за границей для планирующих переехать. Но это было просто смешно для Рудольфа, и он радовался только тому, что в этот проект требуются минимальные инвестиции. Но Нелли начала продавать местную недвижимость, и дела у ней шли совсем неплохо. Во всяком случае, она за ужином часто рассказывала ему об успешных сделках на сотни тысяч долларов.

Однажды вечером, Нелли с упоением рассказывала об успешной реализации крупного объекта – огромного пентхауса с видом на бескрайний океан.

– Когда-нибудь и у меня будет такой же!
–  пророчествовала Нелли.

Рудольф сделал шаг к ней, нежно обнял её и сказал на ушко:

– Дорогая, мне нужно с тобой кое о чём поговорить, но я даже не знаю, как начать этот разговор.

– Рудольф, говори прямо, - насторожилась Нелли, слегка отстраняясь от него.

– Ты не могла бы одолжить мне пару сотен тысяч для развития нашего проекта, - с трудом выдавил из себя Рудольф.

– Одолжить? Рудольф, ты занят своим проектом. Ты вбухал в него огромные деньги. Ты меня об этом спросил, когда туда инвестировал?

Рудольф явно не ожидал такого ответа, и от удивления у него глаза полезли на лоб.

– Что ты так смотришь на меня. Ты взрослый человек. Мужчина. Ты планировал свою жизнь, мою и нашей дочери. А теперь говоришь мне - займи деньги? Решай свои проблемы сам, но и про свои обязанности не забывай. Я не собираюсь инвестировать в твой стартап!

– До этого мы жили на мои деньги! Не хочешь ли ты рассчитаться со мной за себя и за свою дочь?

– Ты хочешь посчитать? Хорошо, к тебе приедут мои адвокаты. И если ты считаешь, что твои обещания любить меня и мою дочь, содержать нас, заботиться о нас - уже ничего не значат, то нам стоит подумать о разводе. Заодно и посчитаем, кто, сколько и кому должен.

– Нелли, что с тобой! Я совсем не узнаю тебя! Что случилось?
–  искренне воскликнул Рудольф.

– А себя ты узнаёшь? Я выходила замуж за миллионера и хозяина жизни, а не за нищего хлюпика, профукавшего кучу денег на свои бредовые идеи, а теперь просящий денег у жены!

– Но ты же знаешь, что сейчас готовится новый раунд инвестиций, и я выйду в серьёзный кэш! У нас будет куча денег!

– Вот когда будет, тогда и поговорим.

Выхода в кэш - не получилось. Вмешался очередной финансовый кризис. Биржи дружно снижались, а инвесторы не хотели слышать о рискованных проектах. Все инвестиции Рудольфа превратились в пыль.

Разговора с женой больше не получалось. Она только презрительно смотрела на него и уходила к себе. Через две недели она съехала. Рудольф остался один в огромной квартире с шикарным видом, за которую ещё предстояло оплатить счета. Адвокаты, которых Нелли наняла для бракоразводного процесса, преследовали его буквально по пятам. Впереди предстояли жёсткие разговоры с инвесторами о потерянных инвестициях.

Рудольф остался один на один со всеми проблемами одновременно. И как он не строил из себя утонченного современного буржуа - он запил. Сразу и сильно. Когда, через две недели, полицейские вскрыли дверь в его квартиру, то им предстало ужасное зрелище. Нечто, едва похожее на бывшего Рудольфа, было не в силах подняться с загаженного им же пола, нечленораздельно мычало, совершенно не отдавая себе отчёта о происходящем. Полицейские вызвали скорую помощь. Нелли отказалась с ним общаться и навещать его в больнице. Через месяц за ним приехала мама и увезла в Россию.

В России Рудольфа осматривали лучшие врачи. Работали ещё старые связи отца. Мать хлопотала, как только могла, бегала где-то, с кем-то договаривалась. Рудольф восстанавливался очень тяжело. Полное равнодушие к происходящему. Он сильно похудел, почти не ел, ни с кем не хотел говорить, даже с матерью, но когда видел её, то начинал плакать и отворачивался к стене. Она не отчаивалась, но видела, что сыну лучше не становится.

– Да, полная апатия, полностью потерян интерес к жизни. Тут медицина, как говорится, бессильна.

– А что же делать, доктор?
–  со слезами в голосе спрашивала мама.

– Ему нужен человек, с кем бы он начал говорить и через это возродился бы интерес к происходящему. Человек, который мог бы оживить его, возродить, что ли. Я даже не знаю. Вот вы мать, но с вами он не говорит потому, что чувствует огромную вину перед вами.

– Передо мной? Так за что?

– Видимо, есть за что! Подумайте, кому бы Рудольф мог доверить самое сокровенное. Тайны своей души, так сказать!

– Кажется, есть у меня такой человек! Старый друг мужа моего. Он и Рудольфа ещё малышом помнит, а Рудольф его любил. Правда - давно это было.

– Вы подумайте. Поговорите со своим знакомым. Тут дело очень деликатное. Но время терять уже нельзя. На одних лекарствах долго не протянешь! Поторопитесь!

А она, уже давно, самим сердцем понимала, что тут уже не до долгих раздумий!

– Сергей Дивеевич, на вас одна надежда. Вы же помните, как Рудик любил вас? Помогите! Пожалуйста!

Мать уже просто рыдала в трубку, совсем не слушая своего собеседника.

Через месяц Рудольф и Сергей Дивеевич уже гуляли по парку.

– Сергей Дивеевич, вот вы правильно всё говорите, о покаянии и прощении, слова из Писания приводите, а в жизни же всё не так! Не бывает так вот просто!

– В жизни, Рудольф, действительно не бывает всё так просто. Но это в нашей земной жизни. Человек сам придумывает себе условности и всё усложняет, а потом сам в этих условностях и тонет. Но у Бога всё просто. Просто только потому, что он сам всё создал и знает все законы, по которым этот мир живёт.

– Бог-то, конечно, знает, а нам, как в этом всём разобраться?

– Нам слова Господа и его наставления через Писание даны и через пророков сказаны. Помнишь картину «Возвращение блудного сына» Рембрандта, что в Эрмитаже висит?

– Да, конечно, помню!

– А саму притчу Евангельскую, по которой сюжет картины сложился? Помнишь?

– Плохо. Скорее нет. Сюжет о том, что сын вернулся?

– Сюжет о том, что сын, получив наследство от отца, возгордился, бросил отца и братьев, поехал искать лучшей доли. Но всё наследство промотал. А в милость отца не верил, потому что сам был чёрств душой. Даже решил к отцу своему в работники наняться, так он не верил прощение своё!

– Понимаю. Вот и я боюсь, что мама не простит меня! Столько я ей плохого сделал, может, даже больше, чем тот сын из библейской притчи!

– А ты дослушай до конца. Простил его отец и принял! И не как раба, а как сына и снова сделал его наследником своим! И рад был безмерно!

– Понятно, что рад. Сын же вернулся.

– Нет, не вернулся, а родился! Заново родился! Потерял старик сына своего, умер тот для него и братьев своих, а теперь снова родился для всех их! И нет больше радости для родителя, чем рождение ребёночка!