Чтение онлайн

Глаша молча перебирала четки, ее губы шептали молитву. Она понимала, что сменила одну осаду на другую, возможно, еще более страшную.

Внезапно внедорожник резко свернул с основной дороги на едва заметную грунтовку, ведущую вглубь леса. Наша машина, подчиняясь, последовала за ним. Ветви хлестали по стеклам, скрывая нас от мира. Через несколько минут мы выехали на огороженный колючей проволокой периметр. Вышки, темные силуэты ангаров, и главное здание — низкий, бетонный бункер, вросший в склон горы.

Ворота открылись, пропустили нас, и захлопнулись с глухим, окончательным звуком.

Нас выгрузили перед входом в бункер. Воздух пах металлом, машинным маслом и холодом. Полковник Коган вышел из своего внедорожника и подошел к нам.

— Прошу, — он указал рукой на тяжелую металлическую дверь. — Обсудим все в более комфортной обстановке.

Нас провели по длинным, ярко освещенным коридорам с голыми стенами. Звук наших шагов гулко отдавался от бетона. Это было место, лишенное души, чистилище из стали и цемента.

В конце коридора Коган открыл дверь в кабинет. Внутри — простой стол, пара стульев, на стене карта района с множеством пометок. Ничего лишнего.

— Садитесь, — он указал на стул мне. — Девушку и остальных проводят в соседнюю комнату. С ними все будет в порядке, пока вы сотрудничаете.

Мне не оставалось выбора. Я сел. Дверь закрылась, оставив меня наедине с Коганом.

Он прошелся вокруг стола, сел напротив, сложил руки.

— Итак, начнем с начала.

— Разве отец вас не предупреждал, что не стоит сюда соваться?

Значит, он был в курсе дел гораздо глубже, чем я мог предположить. Это была не просто задержание по подозрению в чем-то. Это была охота. И отец был одной из мишеней.

Я заставил себя расслабиться в кресле, приняв вид уставшего, слегка раздраженного человека, которого отвлекли от важных дел.

— Мой отец, полковник, предупреждал меня о многом, — парировал я, делая ударение на его звании, давая понять, что я не какой-то деревенский простак. — Не жевать с открытым ртом, не доверять столичным красоткам и проверять тормоза перед спуском с горы. Если вы о чем-то конкретном — будьте добры, говорите прямо. Я не люблю загадки.

Коган усмехнулся, но в его глазах не было и тени веселья. Он достал из папки на столе фотографию и бросил ее передо мной. На снимке, сделанном скрытой камерой, я стоял у входа в свой дом, а рядом со мной — Вика. Ее мотоцикл был четко виден.

— «Столичная красотка», как вы изволили выразиться, ваше сиятельство, — произнес Коган ледяным тоном. — Виктория Романова. Визит столь высокопоставленной особы в глухую деревню, да еще и инкогнито, вызывает… вопросы у компетентных органов. Особенно в свете последних событий.

— Каких событий? — спросил я, делая вид, что изучаю фотографию с обычным любопытством.

— Не притворяйтесь глупее, чем вы есть, Прохоров. Это оскорбительно, — он резко сменил тему. — Ваш отец. Генерал-майор Арсений Прохоров. Гений криптографии и системной безопасности. Человек, который десять лет назад предотвратил кибератаку, способную парализовать всю ПВО Западного округа. А затем внезапно уволился со службы по состоянию здоровья и сгинул в аварии. Почему?

— Спросите у него, — я пожал плечами. — Но он мертв. Так что вам не ответит.

— О, мы знаем, что он мертв, — Коган откинулся на спинку стула. — Мы также знаем, что за месяц до своей смерти он активировал несколько засекреченных каналов связи, которые сам же и проектировал. Он вышел на связь с рядом лиц, входящих в ближний круг Великой Княгини Виктории. После чего последовал ее визит к вам. И после этого, — он ударил пальцем по столу, — в нашем районе началась настоящая эпидемия. Сбои связи. Потери данных. Странные происшествия. И вы мне будете рассказывать о совпадениях?

Он встал и начал медленно прохаживаться по кабинету.

— Вот моя версия. Ваш отец что-то нашел. Что-то очень опасное. Он попытался действовать в обход официальных каналов, связался с принцессой-бунтаркой, которая помешана на всех этих технологических заговорах. И кого-то это очень сильно напугало. Настолько, что его устранили. А теперь его сынок, унаследовавший не только усадьбу, но и, я уверен, кое-какие знания, продолжил дело папочки. И вместе с Великой Княгиней вы что-то затеяли. Что-то, что вызвало всплеск активности… ну, назовем их «враждебными элементами». Так что я не буду вас пытать, Михаил Арсеньевич. Я просто спрошу: что вы искали на Перевале? Что такого важного нашел ваш отец, за что поплатился жизнью и ради чего вы готовы рисковать жизнью своей сестры?

Его версия была удивительно близка к истине. Слишком близко. Это означало, что Коган и его люди были не просто «карателями». Они охотились за тем же, чем и мы. Но на чьей они стороне? На стороне Императора, желающего замять скандал? Или на стороне Тёмных, пытающихся замести следы? Или они были третьей силой, пытающейся понять, что происходит?

Правда могла погубить нас. Но ложь раскрылась бы еще быстрее.

— Мы искали правду, — сказал я, глядя ему прямо в глаза. — О том, почему мой отец умер. Он не просто «уволился». Его работу дискредитировали, его имя опорочили. Он говорил об угрозе, которую все игнорировали. И теперь, как вы сами видите, эта угроза становится реальностью. Виктория Романова — единственный человек во дворце, который это понимает. Она приехала ко мне не как Великая Княгиня, а как дочь человека, который может потерять империю из-за слепоты своих генералов. Она попросила моей помощи. И я согласился. Ради памяти отца.

Я сделал паузу, давая ему впитать полуправду.

— А на Перевал мы поехали потому, что отец часто бывал там в последние месяцы. Говорил, что ищет «тишину для расчетов». Мы надеялись найти его черновики. То, что не было в доме. То, что, возможно, прольет свет на то, чего он боялся.

Коган внимательно слушал, его лицо оставалось непроницаемой маской.

— И? Нашли?

— Нет. Вы нас опередили. Как и вас, судя по всему. Кто-то очень не хочет, чтобы эта правда всплыла. Иначе зачем весь этот цирк?

В кабинете повисла тишина. Коган остановился у стены с картой, внимательно изучая метки.

— «Враждебные элементы», которые атаковали вас у отеля, — наконец произнес он. — Вы их опознали?

Вот он, ключевой момент. Стоило ли мне говорить о Тёмных? Или списать все на бандитов или аномалию?

— Они не были людьми, — сказал я, выбирая осторожность. — И это была не просто погодная аномалия. Это было… оружие. То, против чего мой отец пытался нас предупредить. То, что вы называете «странными происшествиями». Оно принимает разные формы. Туман. Тела. Сбои в технике. Это все части одного целого.