Чтение онлайн

Вроде бы ее звали Катя, что-то такое всплыло в памяти.

Я завернула за поворот и уже было хотела пройти дальше, но, услышав свое имя, остановилась невольно, будто ногами вросла в паркетный пол. Прислушалась.

– А чего это она тут забыла? Вспомнила про университет? Алексей Дмитриевич, как по мне, прекрасно справляется и сам, – сказала одна с довольством в голосе. – Ему идет быть деканом. Он и преподом был классным, а красавчик какой. Жаль, что женат.

– Женат? Ха! – ответила вторая. – Жена у него есть, то есть… Была! Но слишком замкнулась в себе. Мать похоронила, а потом и себя. А Вера… Ой, не хочу сплетничать… Это их дело…

Я знала это имя. Вера. Бывшая студентка, которая после университета и зарубежной стажировки пришла работать на факультет.

Ценный кадр. Умная, хваткая, прогрессивная.

Но Вера замужем!

Ее муж – спонсор нашего университета, бизнесмен.

У Веры даже ребенок есть, мальчик, ему восемь лет.

Так что я никак не могла взять в толк, почему имя Веры прозвучало рядом с именем моего мужа!

Почему? Какая тут связь?

Засосало под ложечкой, я побледнела, сжала руки, слушать дальше было страшно, это напоминало мазохизм, когда ты берешь и по своей воле заталкиваешь под ногти иголки.

Но я должна была знать!

– Да ладно, Насть… Ну все всё понимают… Но правда, давай тут не будем это обсуждать. У стен есть уши! Да и личная жизнь декана точно не наше дело! Главное, что он хороший руководитель, – продолжила Катя, – пока Лидочка у нас в больнице и на кладбище, факультет в надежных руках.

Они хихикнули и куда-то пошли, зацокали каблуки, звуки стихли.

А я просто стояла. Прислонилась ладонью к холодной стене.

Просто сделала вдох. Глубокий и медленный. Чтобы не задохнуться от стыда – не за себя, за них.

Пока Лидочка на кладбище…

Пока Лидочка в больнице…

Как низко они говорили обо мне, как возвышали Алексея.

Обсуждали как красивого мужчину и харизматичного лидера.

Давая понять, что он лучше, чем я, что с ним факультет в надежных руках.

Так вот что думают обо мне, когда я руковожу факультетом вне его стен и мечтаю вернуться!

Пока я сижу в тени, Алексей сияет, я работаю, а он снимает сливки.

Что я натворила? Сама дала ему в руки бразды правления!

Сама всё потеряла…

Карьеру и, может быть, и мужа?

Нет. Не может быть. Я не верю.

Алексей не мог связаться с Верой.

Просто не мог!

Я постояла, дала себе время прийти в себя и пошла дальше. Волочила ноги, не поднимая головы. Страшно было ускориться и увидеть то, ради чего меня позвала Маша. Но рано или поздно я дошла до зала. Остановилась.

Только обратила внимание на информационный баннер около входа:

“Будущее кафедры: новые исследования, новые имена”.

Новые имена.

Эта фраза зацепила.

Новые имена в почете, приоритете, но постойте…

А что же со старыми, опытными, уважаемыми?

Зал гудел, будто там собралось большое количество народа.

Маша не сказала, что будет какое-то официальное мероприятие, поэтому я удивилась. Я всё еще думала, что, может, речь идет о собрании. Или обсуждении. Или о какой-то встрече, где я могу высказаться и мое мнение будет иметь вес.

Но по факту, открыв дверь, я вошла в зал как гостья, как будто меня туда пригласили, и я не имею право быть там.

В конференц-зале были заняты все места, царил полумрак для того, чтобы сосредоточить внимание зрителей на сцене.

А там были слайды. Заголовки. Таблицы. Фамилии.

На сцене держал речь Алексей.

Его высокая фигура сосредоточила на себе всё внимание. В сердце кольнуло…

Он был одет в строгий серый костюм и голубую рубашку. Безукоризненный, как всегда. Я заботилась об его внешнем виде, собственноручно гладя его рубашки, отдавая костюмы в химчистку. Записывая его в барбер-шоп.

Стильная бородка, дорогие очки, эксклюзивная марка часов.

Весь с иголочки. Тот, кем можно гордиться.

Человек, к созданию которого приложила руку я.

Я медленно прошла по боковому ряду и села с края. Никто не обернулся, не обратил на меня внимания. Всё еще не понимая, что происходит, я прислушалась, Алексей говорил уверенно, четко, выверяя паузы паузами, сопровождая речь уместной улыбкой. Студенты смотрели на него снизу вверх, слушали без единого звука. Преподаватели, находящиеся в зале, кивали, кто-то конспектировал.

Муж был хорош. Ровная спина, чуть поднятый подбородок, уверенный взгляд.

Он был весь в своем привычном амплуа – яркий, харизматичный оратор…

Как в тот день, когда я впервые увидела его в этом же зале. Щуплого, высокого студента, который читал доклад, а я сидела в последнем ряду и думала: “Вот бы хоть раз с ним поговорить, вот бы он на меня посмотрел…”

Потом мы пошли вместе гулять на набережной.

Первое свидание, поцелуй, признание в любви.

Он откровенничал, что я казалась ему слишком строгой, но он всегда засматривался на меня.

– Ты – самая умная студентка из всех, кого я встречал!

А теперь он стоял на сцене – и я не считала себя умной.

Я думала, что я дура! Дура, у которой украли работу!

Муж говорил о развитии направления, о цифровой трансформации социальных моделей. Но это…

Это было мое направление. И мои формулы. Даже таблицы и те мои!

– ...мы начали этот проект три года назад. Тогда еще это была всего лишь гипотеза. Но благодаря коллегам, кафедре и, конечно, нашему вдохновению мы сделали почти невозможное. Построили методологию, которую уже цитируют в трех странах.

Мы? Кто это мы?

Я сглотнула и перевела взгляд на его спутницу, которой он мягко улыбнулся.

И вмиг замерзла изнутри. От шеи до кончиков пальцев. До того стало холодно.

Верочка Селиверстова. То есть сейчас, по мужу, Фарафонова.

Та самая Вера, которую я когда-то брала к себе на курсы, поправляла ей статьи, редактировала диссертацию, подсказывала, как лучше формулировать идеи, которую я во многом поддерживала.

Вера нарядилась в светлое строгое платье и стояла на сцене с микрофоном в руках. Она что-то комментировала, включала слайды, кивала Алексею.