Чтение онлайн

– Братья мои, я так понимаю, что мы имеем честь лицезреть самого брата Пьера Периньона. Человека, которому мы обязаны принести слова благодарности за возможность наслаждаться прекрасным вкусом искрящихся шампанских вин! Если вы, уважаемый брат Периньон, хоть сколько-нибудь понимаете мой немецкий, то примите от меня слова искренней благодарности! Я думаю, что мои братья с неменьшей искренностью присоединятся к моим словам.

Хоть старый монах и не так хорошо понимал по-немецки, но главное он всё-таки сумел разобрать: незнакомец, прибывший из дальнего странствия, высказал своё восхищение его винами! Монах округлил от удивления глаза. У него даже выступили слёзы умиления. В этот момент казалось, что он совершенно забыл о своей совсем недавней ране и о той боли, что она ему ещё доставляла. Его впервые в жизни благодарили иностранцы – за дело, которому он посвятил свою душу и сердце.

– Благодарю вас, дорогой брат…

– Алекс, зовите меня просто брат Алекс, дорогой брат Периньон! – представился Алексей Никифорович. – А заодно разрешите вам представить моих братьев: Николя и Андре.

– Очень приятно слышать такие лестные слова в мой адрес, братья мои! Но я очень удивлён, что в дальних землях знают о моих винах и так высоко ценят их. К сожалению, в наших землях отношение многих людей к моим винам гораздо прохладнее, чем вы думаете, хотя в меру своих сил я стараюсь работать над улучшением их свойств, чтобы мои сорта вин действительно стали гордостью нашего монастыря. У меня есть мечта создать игристый пенный напиток. Я много работаю над этим. Но игристые вина весьма трудно хранить. Они отчего-то очень часто взрываются, а это вызывает сильное недовольство покупателей вин и нашего настоятеля. Мало кто хочет брать бочку вина, которая, словно подлый враг, в любой момент может взорваться и принести достаточно весомый материальный урон.

– А вы не пробовали, брат Пьер, хранить ваши игристые вина при низких температурах, в тёмных стеклянных бутылках и затыкать их дубовыми корковыми пробками? Не побрезгуйте подсказкой человека, который много моложе вас, и вы будете удивлены, что хранить ваше вино окажется гораздо легче! И конечно, очень важен терруар [6] . Именно от него зависит, какой будет букет вкусовых ощущений у будущего вина. Так сказать, характер созданного вами напитка, – посоветовал Николай, припоминая свою экскурсии по закромам знаменитой крымской Массандры.

– А откуда вы, молодой человек, знаете, как хранить мои игристые вина, если я и сам толком не пойму, как это должным образом делать? – подозрительно прищурившись, поинтересовался монах.

– Химия, уважаемый брат Пьер, это всего лишь мои скромные познания в науке о природе жидких и твёрдых веществ, а также их взаимодействии, – отговорился Николай. – Вот вы, например, как храните своё вино и чем затыкаете горлышко сосудов?

– Ну я предпочитаю хранить своё вино в основном в дубовых бочках, а затыкаем их деревянной пробкой, обёрнутой тряпкой.

– Вот в этом-то и всё дело, дорогой брат мой. Я думаю, что нам с вами необходимо вместе поработать над проблемой хранения ваших вин! – Николай быстро обернулся и посмотрел на хитро улыбающихся друзей. Они хотя и не очень-то понимали по-французски, но прекрасно чувствовали, о чём сейчас договаривается их товарищ. Тёплый приём в монастыре с дегустацией монастырских вин им будет обеспечен. А между тем Николай продолжал развивать приятную тему: – Здесь весьма важен такой фактор, как температурный режим хранения ваших вин, а также надо тщательно подумать над пропорциями купажирования [7] вин! Кроме того, необходим верно изготовленный ликёр, без которого правильное игристое вино просто не сможет долго храниться. Верные пропорции ликёра являются квинтэссенцией производства шампанского. Ну и, конечно, как же без строгого соблюдения самого процесса производства вина!

Седой монах со смешанными чувствами радости и умиления смотрел на посланного ему каким-то чудом молодого человека. Он радовался тому, что у него наконец-то появился увлечённый виноделием соратник, который будет ему помогать не по принуждению, как Винцент, а по искреннему зову сердца.

– Видимо, мне сам Бог послал вас – с такими чудесными идеями и познаниями в виноделии! Вы случайно родом не из Венеции? Что-то ваше произношение французского напоминает мне о моих знакомых братьях из тех мест!

– Наш путь лежит обратно в Рим, а Венеция не так и далека от божественного города, куда мы должны привезти свои познания о тех местах, в которых нам с братьями удалось побывать, – уклончиво ответил Николай.

– Понимаю-понимаю вас, брат мой! Ваша миссия полна секретов, которых простому монаху вроде меня лучше и не касаться. Но я полагаю, что мои братья в монастыре с радостью приютят вас. Предоставят вам кров и еду. А наш уважаемый архиепископ Реймский Шарль Морис Ле Телье будет безмерно рад вас всех видеть в Реймсе и поговорить с такими умными людьми. Не всякий монах имеет возможность побывать в дальних странствиях, да ещё и в загадочных северных землях. Тем более что вы имеете достойные познания в виноделии и в науках! – радостно воскликнул Пьер, увидев в лице Николая не только своего спасителя, но нового соратника в постижения чуда процесса рождения вкусного и красивого игристого напитка. Ведь сколько много бракованных бутылок вина остаётся в подземельях монастыря. Ведь, как великий энтузиаст виноделия, уважаемый Пьер Периньон не пытался понять секрет игристого вина, но по-настоящему вкусный напиток у него получался лишь в очень редких случаях и то совершенно случайно.

– Как вы себя чувствуете, брат Пьер? Мы бы вас ещё бы некоторое время не потревожили. Для скорейшего заживления раны было бы даже лучше, если бы вы более длительное время находились в малоподвижном положении, но уже смеркается, скоро наступит ночь, а кругом лишь дикий лес. Так что нам бы поскорее отправиться в путь. Холод и сырость вам сейчас крайне нежелательны, но мы с братьями беспокоимся: сможете ли вы перенести дорогу до монастыря? – поинтересовался у монаха Николай.

Старый служитель ордена бенедиктинцев поблагодарил Николая за проявленную о нём заботу и на некоторое время затих. Он прислушивался к своим внутренним ощущениям. Потом светло улыбнулся и произнёс:

– Вашими молитвами и усердием, добрые братья мои, я сейчас живу, радуюсь и надеюсь, что буду жить и дальше! И, знаете, боль в грудине стала терпима. Надеюсь, что с божьей помощью я вынесу обратную дорогу до монастыря.

– Вот и хорошо! – удовлетворённо произнёс Николай и попросил друзей помочь ему осторожно перенести монаха на телегу, а сам пристроился на повозке за кучера.

Алексей Никифорович привязал лошадь зятя к своему седлу, и так они все вместе тронулись в путь к монастырю братьев-бенедиктинцев. До аббатства Сен-Пьер д’Овиллер оставалось всего одно льё [8] .

Где-то через час телега брата Пьера под управлением Николая, то есть брата Николя, в сопровождении конного эскорта «братьев-иезуитов» Алекса и Андре подъезжала к воротам монастыря братьев-бенедиктинцев. Было уже темно. Громким стуком припозднившиеся путники оповестили обитателей монастыря о своём запоздалом прибытии. Ждать пришлось недолго. Вскоре открылось слуховое окошко на воротах, и в нём показалось худощавое лицо монаха. Он уже было открыл рот, чтобы узнать имена и обстоятельства, которые привели ночных путников к монастырю, но сумел узнать силуэт телеги с бочкой, на которой уехал брат Пьер. Молодой монашек обрадовался, засуетился и, обернувшись, крикнул кому-то:

– Там, за воротами, телега нашего брата Пьера!

И прежде чем Николай успел что-то объяснить, в слуховом окошке показался другой монах. В противоположность первому монаху у этого лицо выглядело огромным, решительным и властным.

– Кто вы такие и откуда у вас наша телега? – раздался рокочущий бас.

– Мы братья ордена иезуитов и находимся в странствии, выполняя волю нашего владыки и священный долг обращения к нашей вере язычников в дальних землях. На вашей телеге мы привезли раненого вашего собрата.