Чтение онлайн

Практически мгновенно, по причине нарушения CP-симметрии, почти все антикварки аннигилировались. Зато из различных комбинаций оставшихся частиц сформировались более тяжёлые — мезоны и барионы. Данный процесс получил название адронизации.

Фактически, линии Фрагментации, прочертившие себе путь по всей Земле, состояли из того же самого первичного супа, существовавшего в начале времён. Первичные частицы были вновь разделены, существуя независимо друг от друга. Глюоны перестали склеивать их, напротив, образуя поле, отталкивающее от себя материю с кинетической энергией. Другими словами, камень, лежавший вдоль линии, мог спокойно пребывать на своём месте, но брошенный в поле, отскакивал обратно, словно мячик. С биологическими объектами ситуация была и того хуже. Ранние эксперименты, проводимые в закрытых городах, показали, что автомобиль, направленный на скорости прямо в поле, постепенно останавливался, теряя импульс, но человек внутри превращался в кровавое месиво.

Так как же они создали прокол? Подобное ещё недавно казалось сказкой даже для ведущих специалистов ВНИИ. Волшебный металл, о котором год назад ему говорил Павлуша, вроде бы стабилизировал цифровой сигнал в проводнике, но как это может помочь с проколом? Видимо, каким-то образом аридиум отменяет распад при помощи обратного поля. Единственные разработки в этом направлении, которые велись в Атомграде-49, были связаны с загадочной Сферой Римана, точнее с её функцией Разрывателя. Скорее всего, за тот год, что Борис отсутствовал, скрываясь по лакунам, произошёл некий скачок научной мысли, который позволил местным добиться такого впечатляющего результата. И в таком случае, становится понятно, зачем сюда прибыли все эти грузовики Центра-0, и почему Барон не отпускает своих рабов из шахт.

— Ладно, хватит об этом, — пробормотал Борис, негодуя на себя. — Ещё будет время поразмышлять.

И в самом деле, ему уже пора было возвращаться. Судя по зареву, прорывающемуся сквозь перламутровую дымку, быстро начинало вечереть. Покинув здание, он всё ещё продолжал размышлять о странных прожекторах, аридиуме и основах хромодинамики, пытаясь из множества разрозненных фактов уложить в голове целостную картину. Именно поэтому он немного расслабился и пропустил мимо ушей подозрительный шум. А через мгновение всё закончилось: удар металлической трубой по голове отправил его в темноту. Пара человек подхватили обмякшее тело Бориса за руки и ноги и потащили его в неизвестном направлении.

***

Он нёс младшего брата на уставших плечах, следуя по бесконечным извилистым коридорам. На стенах, по обе стороны от него, висели десятки фотографий в дешёвых пластиковых рамках. Они изображали предметы и сцены из прошлой жизни, когда никто на Земле ничего не знал о грядущем апокалипсисе. Центральный коллайдер, пульт управления, ведущие специалисты, выезды на пикники и празднование Нового Года в актовом зале ВНИИ. Чёртовы призраки прошлого, подумал Акудник. Где вы все были, когда Красный Протокол дал сбой? Корчились в глюоонной пене? И поделом вам.

Борис почувствовал, как внутри него накапливается и концентрируется злость. Недавний шок, вызванный страхом утратить Шона, теперь, когда тот находился в безопасности, вцепившись в его шею своими ручонками и сонно посапывая на ходу, прошёл, но накопленная фрустрация требовала своего выхода. Гнев идеально подходил для этой цели. Главное, это отыскать подходящий объект, на который можно было бы излить его.

Войдя в лабораторию, Борис запоздало удивился отсутствию других сотрудников. Даже охранник куда-то пропал. Подойдя к своему столу, он увидел чашку недопитого кофе, пробежался мимолётным взглядом по столу Елизаветы, на котором всегда был идеальный порядок.

— Где же все? — пробормотал он, а затем внезапно сообразил.

Ну конечно. Бункер под институтом. Директива безопасности велела сотрудникам сразу же направляться туда в случае неожиданного проникновения врага. Хотя Борис не помнил, чтобы когда-нибудь на его памяти они следовали этой директиве, а проработал он в лаборатории, дай-боже, уже три года, начиная со второго курса местного физмата. Поначалу на полставки, а теперь, будучи на пятом курсе, на полную. Деньги, подумал он, никогда не бывают лишними. Особенно в ситуации, когда отец по рассеянности забывает заранее отложить на продукты и тратит все накопления на резонаторы глюонного поля для их лаборатории.

— Так, погодите, а что же со Сферой? — переполошился Борис, внезапно вспомнив о главном предмете научных изысканий своего отца.

Бросившись по соединительному коридору к зоне А1, он замер, лишь оказавшись у пластиковой перегородки. Ну конечно. Вот и он. Отец, как всегда, занят своими собственными важными делами, пока его сыновья возможно лежат мёртвые где-то неподалёку.

— Лев Вениаминович? — в голосе молодого человека прозвучал гнев. Наконец-то он мог его выплеснуть. — Вот вы где. А я вас ищу.

Невысокий пожилой мужчина с измождённым лицом выпрямился, отрываясь от своего занятия.

— Борис? Это ты? Как там Шон? С ним всё в порядке?

Не сразу, только через секунду, он увидел младшего, вцепившегося в шею старшего.

— Ты нашёл его, — с облегчением выдохнул профессор. — Это хорошо.

— Хорошо? — холодно спросил юноша. — Это всё, что ты можешь сказать мне?

— Ты о чём?

— Забудь, — ответил лаборант и повернулся, чтобы уйти. Он наконец решил для себя, что отныне не сможет больше работать с отцом. Никогда.

— Куда ты собрался? — непонимающе спросил Акудник-старший.

— Отнесу Шона домой, — сухо ответил Борис. — Пусть отдохнет, у него сегодня был тяжёлый день. А потом, когда всё уляжется, отведу его в госпиталь. Пусть педиатр проверит его.

— Но ты не можешь, — крикнул в спину отец. — Да стой же, дурак. Всё изменилось.

Борис остановился.

— Изменилось? Что ты хочешь этим сказать?

— А ты всё ещё не понял? Мутанты пришли за ней и сделают всё возможное, чтобы забрать.

Борис нахмурился.

— Ты о чём? Кого забрать?

— Да Сферу Римана, конечно, — взорвался отец. — Не тупи, Боря.

— Зачем она им? Они и без неё могут проходить сквозь поля.

— Так, хватит задавать глупые вопросы. У нас осталось мало времени. Сейчас просто выслушай меня и сделай всё так, как я скажу.

Борис кивнул, давая отцу последний шанс высказаться, и тот им воспользовался.

— Послушай, всё, что ты и другие сотрудники с начальным уровнем допуска знаете о Сфере, лишь малая часть правды. Для начала её отыскали не мы, я имею в виду, не скауты ССВЛ. Сразу после Второй Волны эти существа обнаружили её внутри Московской Аннулированной Зоны. Мы называем их мутантами Фрагментации, но это не совсем корректно…

— Почему?

— Потому что группа Зиверга отличается от других Искажённых, которые обычно попросту не замечают нас. Они также могут проникать сквозь поля, но проявляют удивительный интерес к нам, людям. В основном, враждебный. Однако они способны взаимодействовать с нами, чего не замечено у остальных видов. Поэтому более правильно называть их душманами, как их окрестили военные Центра-0.

Борис застыл, с некоторым удивлением обдумывая слова отца. Прежде он полагал, что между этими существами нет особой разницы. Похоже, он ошибался.