Расчёт по-королевски
Шрифт:
Ужасно представлять всё это.
— Мне повезло, что не приходится спать с Лукасом в одной кровати. Кто-то из нас или мы оба, скорее всего, просыпались бы с подбитым глазом или больной спиной после сна на полу.
— Я не ожидала увидеть его сегодня с утра, — признала я. — Кажется, что он более неуловим, чем кажется.
Хитрая ухмылка была брошена в мою сторону.
— Люк пришёл ещё позднее меня и выглядел так, будто был на вечеринке века.
— А! Как интересно! Как думаешь, с кем он резвился в столь поздний час на той вечеринке?
— Думаю, лучше вопрос построить так: с кем он там не резвился?
— Со мной, — я широко улыбнулась. — И с тобой. Мы резвились на весьма эксклюзивной вечеринке только для двоих.
— Это то, что мы делали? Мы резвились?
По-моему, мы влюблялись. И это было замечательно, печально, трагично, прекрасно! Или, по крайней мере, я точно влюблялась.
— Конечно. Мы с тобой в этом специалисты.
Его взгляд сверкнул сладко-горестным огоньком.
— Я думал, что наша фишка – безумствовать.
— И это тоже, — я нежно дотронулась до тыльной стороны его ладони. — Мы безумствуем и резвимся.
Та улыбка смягчилась на его лице.
— Правда, только друг с другом. Мы резвимся лучше, когда это только мы.
— Может, тогда заключим сделку? Поклянёмся друг другу, что когда придёт время резвиться, мы будем делать это только вместе? — мои слова звучали легко, как и тон моего голоса, но часть меня разрывалась на осколки от осознания, что я в шутку просила о том, что уже никогда не случится.
Когда он подсел ближе ко мне, на его лице проступила серьёзность, теперь мы касались друг друга коленями. Он пленил меня своим взглядом, не двигаясь и прижимаясь своей ногой к моей.
— Это то обещание, которое я могу дать с лёгкостью.
Я была так же неподвижна, как золотая принцесса перед нами, когда он медленно и нежно убрал мне за уши пряди непослушных волос, только что сбежавших из моего хвоста. Прикосновение его пальцев – легкое как бриз – привело меня в жар и отчаяние.
— Тогда, пожмём руки? — прошептала я.
Мышцы в моей груди застыли, когда он качнул головой. После чего он посмотрел на меня так, будто разбирал меня на атомы, оставляя меня поверженной и уязвимой.
Но потом он подался вперёд, гладя губами сначала один уголок моего рта, а затем другой.
— Все самые лучшие соглашения, — пробормотал он, и его слова были такими же мягкими, как губы, — скрепляются поцелуем.
Во мне ничего не осталось, кроме оголённых нервных окончаний, когда я повторила его обещание. Мои губы горели, сердце громко стучало, и слёзы скапливались в моих закрытых глазах.
— Вот и моё обещание.
Он поднял свою голову, прикладываясь губами к моему виску, прежде чем прислонить свой лоб к моему.
— Я истребую его с тебя, Эльз.
Глава 33
Кристиан
Я должен сконцентрироваться на том, что обсуждалось, но это было невозможно. Они говорили о... чёрт, наверное, о роли современных монархов в конституционных правительствах, что, в общем-то, мне был крайне интересно. По этому поводу у меня была куча доводов, но моё внимание было рассеяно. Как и всю неделю.
За пятнадцать минут, до того, как я спустился к завтраку, Волчица отвела меня в сторону и сказала:
— Всё решено официально, Кристиан. Ты женишься на ваттенголдской девчонке.
На одну маленькую, идиотскую, но всё же восхитительную секунду, я подумал, что она говорила о той, с кем я проводил здесь все ночи напролёт. Но потом вторглась реальность. Не Эльза. Никогда это не будет Эльза.
Она имела в виду Изабель.
Я был так взбешён, что сказал ей, что ни за что не женюсь на этой женщине. На что Волчица сообщила мне таким ледяным тоном, какого я ещё не слышал, что, на определённых условиях, вне всяких сомнений я женюсь. Те условия включали будущее Паркера, Лукаса, даже моего отца. Как она оставит их без гроша в кармане или изгонит, в случае с моим секретарём.
В конце я не мог пошевелиться, потому что мне совершенно нечего было сказать, чтобы изменить мнение Волчицы. Так что я обложил её матом, отчего она просто рассмеялась мне в лицо.
— Сегодня я встречаюсь с Принцем Густавом, — продолжила она, словно не она только что подвела меня к черте своим шантажом. — Мы уже продумали большую часть деталей, но сейчас ты должен начать публично ухаживать за девчонкой и в течение года довести дело до кульминации в виде помолвки, — победная ухмылка овладела её истощённым лицом. — Иди на уступку, Кристиан. До Рождества тебе придётся отрастить пару яиц и сделать то, в чём нуждается Эйболенд.
Я сказал ей:
— Да пошла ты!
Её глаза расширились.
Поэтому я поправился:
— Да пошли вы, Ваше Высочество!
В ответ на это, она смачно хлестнула меня. Просто отвела назад свою костлявую руку и ударила меня так сильно, что мои зубы задребезжали, и я увидел звезды. А потом она снова замахнулась рукой, но я схватил её раньше, чем она коснулась моего лица.
— Ударишь меня ещё раз, — сказал я ей, — и я, вероятно, забуду, что я твой сын.
И вот, я присутствую на ещё одной встрече и мне интересно, не посинела ли моя щека. Серьёзно, как чертовски унизительно это было бы? Потому что, люди моего возраста и статуса обычно не получают пощёчины от своих матерей. Но, что ещё хуже, мне интересно, как я смогу жениться на сестре единственной женщины, когда-либо завладевавшей моими мыслями, и как я смогу остаться в стороне и смотреть на то, как она выходит замуж за человека, которого я называл другом.
Я знал её все эти четыре дня. Потребовалось всего четыре дня, чтобы втюриться, после многих лет, когда я даже не был близок к этому.
После встречи, Паркер вводил меня в курс моего расписания. Он методично прошёлся по моему маршруту до конца дня и затем следующих двух дней после отъезда из Калифорнии, но моё внимание рассеивалось так же быстро, как с Великой Герцогиней Люксембурга часом ранее.
Он завёл разговор о ремонте больницы, которую я должен посетить в Норслоу, когда я сказал:
— Сегодня Волчица утвердила официальный приказ.
Паркер тут же смолк. Несколько раз открыл и закрыл рот, прежде чем сказать:
— Будет ли новой наследной Великой Герцогиней Эйболенда принцесса Ваттенголдии Изабель?
Я не мог этого признать. И не стал.
Я сообщил ему, что мне нужно прогуляться. Он собрался последовать за мной, но я заверил его, что помощник мне сейчас не нужен.
Мне нужно было ко всем чертям убираться отсюда.
Глава 34