Пыль чужих дорог
Шрифт:
– Я собрал здесь всех вас, чтобы сказать....
– Да, ладно Скальд, это понятно, лучше исполни нам песню!
– раздался чей-то выкрик из толпы.
А почему бы и нет. Вообще как оказался на этом материке я редко радовал себя этим.
В общем порыве сердца застучат!
Мы идем на войну, мы идем на закат!
Ночи за днями, только вперед!
Мы выступаем. Битва зовет!
Крепко сжимаем клинки и щиты
Ненависть нашу познают враги.
Солнце кровавым цветком расцвело
Нас вдохновляет войны ремесло
Битва зовет за Скальда вперед!
Нам остается кровью умыться
И позабыть о любви...
В памяти снова светятся лица
Друзей, что угасли в ночи...
Снова придется в танце кружиться,
В танце безумном, вечной войны!
В яростной пляске мечи зазвенят,
Кровью наполним огненный ад.
Местью сверкают наши глаза.
Мы покорим чужие края.
Рог боевой нас вперед позовет,
Недруг в сражении гибель найдет.
Мирная жизнь нам покажется сном...
Идеально владеем войны ремеслом!
Автор напоминает, что у него есть группа в вконтакте https://vk.com/martin_arato самые свежие новости, арты, аудио и иное.
Глава 6
Глава 6.
Возвращение.
Предрассветные лучи солнца высеребрили выступившие капельки росы. Я зябко передернул плечами и поплотнее запахнулся в свой плащ. Утро выдалась довольно прохладным. Лагерь постепенно просыпался, тут и там слышалось позвякивание доспехов, шкворчание ложек по котелкам, вспыхивали костры, жадно поглощая новые порции дров. Дежурные проводили смену караульных. Завтрак и надо выдвигаться. Я потрепал по холке трусившего рядом Локи, скормил ему ломоть мясца, загнанной накануне косули и отправился к окраине лесочка. Немного размявшись и проделав комплекс упражнений вернулся в лагерь. Позавтракал наваристой кашей, перешучиваясь с бойцами. Хорошо что над всеми ними ники висят, из-за этого среди моих людей сразу пошла гулять история что я каждого бойца по имени знаю. А мне, то что, лишний плюс в репутацию.
До обеда мы неспешно двигались по намеченному пути и в скором времени вышли к поселению вончаров. Тому самому, где мне некогда пришлось провести пару деньков в рабском загоне.
Надо сказать, что расслабилось это племя и вело себя довольно беспечно. Мы встретили всего один патруль, да и тот практически на самых подступах к городищу, ну и пару торговых караванов с невольниками перехватить удалось.
– Ну что, заходим, вырезаем всех мужчин, женщин насилуем, стариков и слабых в расход остальных в рабы?
– выступил Рексис, прохаживаясь оселком по лезвию топора.
– Экий ты кровожадный стал, братец, - высказался Ким.
– Да раньше не резали, не стоит и начинать. Я вообще что-то устал от всех этих походов. Войн, грабежей, хочется осесть где-нибудь жениться, на крутобедрой грудастой вдовушке, открыть трактир и детишек нянчить.
Мы все выпучив глаза уставились на сказавшего это Оура. Тот обвел всех нас спокойным не выразительным взглядом и выдал.
– Да пошутил, я. Выдохните уж.
– Ну а если серьезно, как их брать будем, - спросил остававшийся до этого молчаливым Югра.
– Манангу отправив. Вон он как в последнее время тренировался. Один всех одолеет. Правильно я говорю, аника- воин?
– А кто это?
– сразу оживился туземец.
– В другой раз расскажу, потом все.
– отмахнулся я от него, - Значит так. План такой. Спускаемся с горы и всех там внизу...
Со всех сторон раздались смешки.
– Идиоты. Я имел ввиду побеждаем, а не то, что вы там себе навыдумывали.
– Рексис, берешь десяток бойцов и штурмуете центральные ворота. Сильно на рожон не лезьте, больше шумите и пугайте. Югра на тебе восточные, Ким со своими с севера. Оур на тебе западные. По первому сигналу идете в атаку, по второму скрытно отправляете по десятку бойцов Киму, по третьему штурм. Ким на тебе проникнуть внутрь пробиться к воротам и открыть. Сам видишь заборчик тут раз плюнуть, да и вы тогда к моим клетям ходили знаете, что там на северной окраине к чему. Всем все ясно?
– Так точно!
– Слава и честь!
– Нам бы поесть!
– Оур потом поешь, так всем пять минут на инструктаж и выдвигаемся.
– А ты с каким отрядом пойдешь?
– Я буду на вас с горочки смотреть. Хотя наверно наши новые друзья не оценят. Мы с Манангой пойдем, где народу поменьше будет. С северо-запада.
– А с чего там народу поменьше быть?
– С того, что стена там покрепче да повыше будет. По отрядам разойдись!
Я убрал Гейр в наспинный чехол, проверил как выходит из ножен нож, отправил Манангу за парой веревок и кошек для себя и его. Время.
– Давай!
Мананга вынул, подаренный мною ему и сделанный умельцами из клана Индрид турий рог и что есть силы загудел в него. Раздался протяжный гулкий звук и каждый из отрядов ведомый моими ближниками заспешил к намеченным мною целям и с ходу ударили. Взметнулись кошки, цепляя крючьями верхушки частоколов, а кое-где выцепляя и защитников. Лучники первыми вступили в бой, на ходу замирая и выпуская в защитников свои смертоносные снаряды. Другие воины укрывшись за щитами обтянутыми мокрыми шкурами старались крепким бревном вышибить ворота, иные используя бревна с закрепленными поперечными старались вскарабкаться по ним.
Мы не теряя времени бегом побежали к намеченной цели. На удалось добраться практически незамеченными, обороняющимся было не до нас. Наши покусывания не давали им расслабиться и они не знали, чего ожидать. Проживая в мире, жирея на торговли рабами они отвыкли от ужасов войны. Да и оружие у них было не в пример хуже, да и уровни пониже. Куда им там до наших.
– Труби!
И снова протяжный гул, перекрывая шум битвы летит над крепостью, заставляя наши отряды перегруппировываться, а врагов замирать в нерешительности.
Как следует закрутив крюк метнул его на стену, он за что-то зацепился, я потянул его и на всякий случай как следует подергал.
– Ну что там у тебя? Я глянул на переминающегося с ноги на ногу Манангу.
– Не выходит, - жалобно протянул он.
– Эх, ты, а то я, я, лучший в племени, самый первый за петухом залез.
– Так-то по столбу и за петухом.
Я закинул и его веревку и велел ему ждать пока не заберусь сам. Держась за намотанные узлы и помогая себе ногами я быстро взобрался наверх. Выглянул и убедившись, что поблизости никого нет, переметнулся на настил, шедший за стеной с внутренней стороны.
Выглянул наружу, подал сигнал напарнику, что можно подниматься. Мананга умело перебирая руками начал взбираться, но когда начал перебираться через парапет, проигнорировал мою руку, соскользнул и полетел вниз. Раздался глухой звук, словно мешок картошки кинули в погреб. Все это заняло доли секунды, бедный паренек не успел даже крикнуть.
Я стремглав спустился и приблизился к нему. Шея и одна нога неестественно вывернуты, из уголка рта стекает кровавая струйка. Полоска жизни практически незаметна. Я приложил пальцы к вене. Хренасе, пульс есть! Что же делать? Заглянул в инвентарь, вот оно! Зелье Великого исцеления! Ну как попробуем. Я не рискнул двигать шею парня, боясь прервать его жизненный путь, когда надежда столь близка. Влил ему по капле содержимое пузырька. Поначалу ничего не происходило. Затем тело его выгнуло дугой, кости вправились с противными прищелкиваниями, из-за рта его вырвался полный боли и ярости крик и он открыл глаза.