Чтение онлайн

— Уйди с дороги, — холодно требуя я, не желая заставлять Нагольского ждать, он решит, что я не профессионал своего дела.

— Я не позволю тебе…

В его тоне явно прослеживается угроза и я вскидываю вопросительно бровь.

— Что, прости?

— Светлана! — у входа в ресторан показывается мой потенциальный муж, и я широко улыбаюсь ему.

Мужчина в три широких шага преодолевает расстояние между нами, и сжимает в своей руке — мою, нежно прикрыв второй.

— Вы невероятно пунктуальны, — тут же отвешивает мне комплимент.

Первое впечатление отличное. Он чист, приятно пахнет, ухоженный и высокий. Взгляд — отрешенно прохладный, чувственный рот сложен в некое подобие улыбки. Обходительный такой.

— Благодарю, я просто немного заблудилась и этот молодой человек…

Только сейчас Нагольский замечает Марка, что с плохо скрытой неприязнью наблюдает за происходящим.

— Я что-то забыл? — обращается босс к водителю.

Солнечный молча протягивает сотовый Дмитрию, и тот одобрительно кивает.

— Это мой шофер, и самый верный работник — Марк, — представляет мужчину мой будущий муж, — Спасибо, — после чего жестом, вполне себе по-хозяйски положив руку на спину, увлекает меня в сторону ресторана.

— Приятно познакомиться, — кидаю я на прощание Солнечному, и позволяю себя увести, ощущая негодование с которым Марк буравит мою спину.

Странным образом, ощущаю сильное напряжение, до тех пор, пока не опускаюсь на стул за столиком. Тогда становится очевидно, что мы уже вне поля зрения водителя, и я могу, наконец, немного расслабиться.

— Итак, — деловито начинаю я, — Алина сказала, что вы боитесь навредить интерьеру своего имения.

— Да, по документам, год его постройки еще восемнадцатого века, и я хотел бы сохранить исконную красоту тех времен.

Я не большая любительница старины, но желание клиента, как говорится, закон.

Мы весь вечер обсуждаем пожелания Дмитрия Васильевича, и я, после трех бокалов вина, скидываю свой пиджак.

Эффекта видимого не замечаю, кроме сумрачного блеска где-то в глубине его глаз. Нагольский достаточно опытен, чтобы сразу явно не выказывать своей заинтересованности. Но ничего.

Совратить мужчину особого ума не надо. Мастерство заключается в том, чтобы заставить его поставить свою подпись под регистрацией отношений. А это дело не быстрое. Даже когда по любви.

Плавно и не заметно беседа переходит от обсуждения интерьера, к обсуждению моего бывшего мужа. Я по большому секрету, рассказываю о том, что Воронин угрожает мне и преследует.

Говорят, мужчины любят женщин в беде.

Но с другой стороны, это обезопасит меня от бывшего мужа. Ведь он может наговорить Нагольскому лишнего. А так, теперь все, что бы он не сказал, станет просто завистливой речью ревнивца.

После Воронина, мы обсуждаем Стругацкую и ее самоубийство и Дмитрий начинает рассказывать о себе и своем одиночестве. Я между делом замечаю, что странно, что у такого человека как он не должно быть отбоя от женщин.

Он тут же зацепился за крючок, и склонившись ко мне, накрыл мою руку своей.

— Вы считаете?

Достоинство, с которым он все это проделывал — поражало. Казалось бы, Нагольский буквально вымаливает у меня комплимент, но я несколько подавлена его тяжелым, вопросительным взглядом. И тем, как он держится.

— Безусловно.

Улыбаюсь мужчине, пускаю в ход свои чары, но было в этом всем что-то, что мне не нравилось. Но только — что?

Дмитрий

Безупречная.

Вот какая мысль занимает меня, когда ловлю ее улыбку. Блеск глаз, волосы яркого оттенка, холодная и вместе с тем манящая красота Самойловой выбивала из меня дух.

Я хотел ее.

Хотел увидеть на своем столе.

Мысленно представлял, как холодное лезвие скользит вдоль бархата ее кожи, срезая тонкие бретели ее роскошного зеленого платья, оголяя полушария грудей, которые венчают соски с нежно розовыми ореолами. Какого будет срезать их под мелодичный звон ее криков?

Нет-нет-нет.

Стряхиваю с себя дурные мысли. Она ведь невинна и чиста. Светлана не успела измарать себя, как Анжела. Это чистое и невинное создание, впрочем, обладающее остротой ума вполне способна родить ему сына или дочь. Стать усладой его дней до самой смерти.

Его. Или ее. Как знать?

Откуда мне было знать, что Анжела не захочет разделить со мной радость исследования ее тела и предпочтет свести счеты с жизнью, нежели поплатиться за то, что она делала с Черкасовым? Грязная шлюха. И получила то, что заслужила.

Многое удалось скрыть под ее одеждой, многое, но не все.

Марк заметил, что у Стругацкой не было руки. И я надеюсь, что у Солнечного хватит чувства благодарности, что бы помалкивать и держать язык за зубами.

Хотя… чего это он общался с безупречной Светланой у лифта?

Снова смотрю на нее, задаваясь вопросом. А способна ли она лгать? Мне хотелось и не хотелось этого. Я затаился и ждал мига, когда эта пташка оступится и развяжет мне, тем самым руки.

Впрочем, первая ложь только что была.

— Вы мне явно льстите, — замечаю, — но спасибо.

Девушка демонстративно розовеет, якобы от удовольствия, и я тоже улыбаюсь ей.

— Окажете мне честь встретиться завтра?

Светлана складывает руки и поднеся их к лицу, улыбается мягко.

— Разве от такого приглашения можно отказаться?

Конечно, я догадывался, что немного устарел. А уж в ухаживаниях и подавно, но мне нравилось думать, что нравлюсь ей. Это так мило.

Она как мотылек, летящий на мой губительный свет.

Марк

Агония.

Вот как можно назвать эмоции, охватившие меня. Я не понимал, как следует поступить, чтобы не выглядеть мудаком. И все это благодаря Светлане.

Эта дрянь все здорово устроила. Если Нагольский спросит у меня, откуда узнал, и как могу доказать, что я отвечу?

По сути, мое слово против ее. Мне, конечно, хотелось верить в то, что годы нашей совместной работы дали ему понимание, что я за человек и что мне можно доверять. Но, лучше все же подготовиться. Потому что, впервые осознал, что недооценил противника. Да и если мыслить логически, она понимает, что я попытаюсь открыть глаза шефа на нее, и Света не позволит этому случится. Найдет способ отвернуть его от меня.