Чтение онлайн

– То было несанкционированное нападение на пансион. И мне жаль похищенную гиверну, а здесь… О визите Дэниела знало семейство Кейл и охранная служба, поэтому ситуация не могла зайти дальше положенного. Они поговорили, и брат Милины ушел. Извини, что не рассказала тебе раньше. – Кенна смотрит на мужа и заметно нервничает, хоть и пытается казаться спокойной.

– Допустим, все прошло как нужно. Но что теперь делать с ней? – Аарон взмахом руки указывает на меня, а я едва успеваю закрыть глаза и не выдать себя.

– Я отправлю Милину на Сторону Обратного дождя с Таэмином. Он работает лаверодином на грузовом автолаке. Мы разместим гиверну в спальном отсеке, и та без приключений достигнет места, не совершив глупостей. Тай – единственный, кому я доверяю.

– Уверена, что твой разлюбезный братец не воспользуется ситуацией? Ты же знаешь, что он на грани. – Аарон упрекает жену.

– Мой брат скорее умрет, чем воспользуется беззащитной гиверной. У него был шанс, и не один. Я теряю Тая и буду рада, если он поступится гордостью, но…

– Молчи! Не хочу этого слышать.

– Ты разочарован?

Висит напряженная тишина. Аарон медлит с ответом, и Кенна не решается заговорить. А я судорожно перебираю в голове полученную информацию. Разум все еще затуманен хлоциусом, но мне удается разложить все по полочкам и выделить главное.

Рику исполнилось тридцать два, и он мертв. Дэниел достиг критического возраста и если не найдет пару в ближайшее время, будет мертв. Брат наставницы Таэмин достиг грани и почти мертв. Присутствие смерти и опасная близость неизбежного пугает так, что внутри все дрожит и клокочет. Я должна все исправить, найти лекарство. Я смогу, ведь не зря всю жизнь посвятила биофитологии. А пока…

В голове зреет мысль, которая сеет уверенность в правильности решения. Я не буду участвовать в фарсе с отбором и сделаю выбор сейчас. Спасу Таэмина и к своему облегчению, останусь в Темпорис Филия. Он брат наставницы и лаверодин, работающий на пансион, а значит, северянин.

Пока я рассуждала и принимала важное решение, размолвка между супругами Дакмолт достигает пика.

– Делай как знаешь! – гневно выкрикивает Аарон и ретируется, громко хлопнув дверью, а я вздрагиваю и шумно втягиваю воздух от неожиданного звука, выдавая себя.

– Бездонье меня забери, – шепчет наставница и обращается ко мне. – Милина? Я знаю, что ты меня слышишь. Ты лучшая на курсе биофитологии и… Прости меня за хлоциус. Это было неправильным с моей стороны.

Искренние извинения не оставляют меня равнодушной, и я откликаюсь. Язык еле ворочается, онемев, поэтому выходит сплошное коверканье. Но главное, чтобы Кенна меня поняла.

– Я спасу его, – произношу и открыто смотрю на женщину.

– Что? – В темно-синих глазах читается удивление. Но есть в них еще что-то. Надежда.

– Ваш брат. – Прилагаю усилие, чтобы выговорить короткую фразу.

– Он не примет твою жертву. Тай невероятно упрямый, но… Все равно спасибо за желание помочь. – Благодарит женщина.

– Я попробую, – произношу и пытаюсь встать, но голова кружится и возвращается к плоскости диванного сидения.

– Оставайся здесь. – Кенна заботливо кладет под голову подушку и накрывает меня тонким покрывалом, которое достает из стенного шкафа. – Завтра я провожу тебя к автолаку Таэмина.

– Нет… Пойду со всеми… Хочу попрощаться… – шепчу и чувствую, как тело расслабляется, а глаза закрываются.

– Тогда припишу тебя к транспортному автолаку Тая. Буду рада, если ты станешь моей младшей сестрой. А нет, тогда желаю тебе счастья. – Женщина гладит меня по волосам и тихо выходит из кабинета.

Я вздрагиваю и просыпаюсь. Открываю глаза и ошарашенно осматриваю кабинет наставницы.

– Я проспала? – Выдыхаю и в панике изучаю окна, за которыми все еще темно. Или уже темно?

Смотрю на хрономер, который указывает время суток. Середина ночи. Слава великому Калу, мое забытье было недолгим. Если я доберусь до собственной постели, успею выспаться и прийти в себя.

Откидываю покрывало и пытаюсь подняться. Тело не слушается, точно чужое. В нем отсутствует легкость и уверенность. Кое-как сажусь на край дивана, а затем встаю и чувствую себя тряпичной куклой.

В голове звенит вселенская пустота. Руки висят безжизненными веревками, ноги отказываются откликаться на сигналы мозга – стоять ровно и держать равновесие.

Полная прострация.

– Бездонье меня поглоти! – Выдаю жалобный стон, когда начинаю передвижение по кабинету. Путаюсь в собственных ногах и падаю. Валюсь вперед лицом, как деревянный чурбан. От серьезных увечий меня спасает стоящее неподалеку кресло. Приземление выходит не травмоопасным, но ощутимым.

Начинаю смеяться, представив сию картину со стороны. Выплеснувшиеся эмоции немного оживляют и открывают скрытый резерв сил. Снова встаю на дрожащие ноги и, цепляясь за мебель, добираюсь до дверей уже без приключений.

Перемещение по прямой плоскости теперь кажется легким, но подъем по лестнице оказывается еще тем испытанием. На самом верху я устало опускаюсь на каменные ступени, и какое-то время сижу, приникнув разгоряченным лбом к металлическим перилам.

– Милина, вот ты где! Я проснулась, а тебя нет. Решила сбежать, дуреха?

Слышу голос подруги и ощущаю, как меня трясут за плечо.

– Лика, я… Не хотела бежать. Наставница… Мой брат… Он умер, – бессвязно бормочу, оправляясь от забытья.

– Дэн?

Я поднимаю затуманенный взгляд на подругу, вижу испуг в больших глазах, отрицательно качаю головой и неуверенно встаю на ноги. Тело самопроизвольно ведет в сторону. Лика едва успевает оградить меня от падения.

– Что с тобой? – Лика с готовностью подставляет мне плечо и направляет по коридору к нашей комнате.

– Хлоциус. У тебя осталось стимулирующее средство? Думаю, утром мне без него не обойтись. – Смеюсь и крепче обнимаю подругу за шею.

– Зачем ты выпила эту дрянь? Хотела отравиться, дуреха? – с осуждением спрашивает Лика и открывает передо мной дверь.

– Не-е-ет, это наставница решила меня того. – Глупо хихикаю и сама с трудом верю в сказанное, ведь звучит оно неправдоподобно.

– Глупости. Ты бредишь. Ложись-ка спать, а утром выпьешь стимулятор, примешь душ и будешь в норме. – Лика легонько подталкивает меня к постели, в которую я ныряю без раздумий и моментально забываюсь крепким сном.