Чтение онлайн

Эта невиданным способом объявленная украинская автокефалия назначена итти вслед за германскими войсками, с помощью которых автокефалисты будут покорять под нозе автокефалии украинский народ, хочет он этого или не хочет.

В былое время собирались соборы для борьбы с самочинием некоторых архиереев, не считавшихся с церковными правилами, вторгшихся в чужие епархии, захватывавших самовольно кафедры. Теперь мы присутствуем при появлении целой группы самочинников (больше политиков, чем церковников), специально организованной для похода на Украину, для овладения ее вековыми святынями, для ее покорения вновь выдуманному церковному управлению.

И все это при помощи заведомых врагов славянства, опустошающих нашу землю, избивающих безоружных стариков, женщин и детей, заживо сжигающих наших красноармейцев— раненых и больных, и проч. и проч.

По 8 правилу святого Григория Неокесарийского, «христиане, пристающие к варварам, вместе с ними нападающие на христиан», не принимаются в число кающихся (слушающих) впредь до особого о них соборного рассуждения.

Но правило говорит о покушающихся на грабительство вместе с варварами; новоявленная же группа автокефалистов хочет при помощи варваров-фашистов насильно отнять у украинцев их вековую преданность Православной Церкви.

Такого злодеяния в церковных людях святые каноны даже не предполагают!

Если преступному поведению мирян, вошедших в названную группу, трудно подыскать название и степень преступности перед Богом, Церковью, единоверцами и соотечественниками, то что сказать об архиерее, вызвавшемся стать во главе такого преступного предприятия?!

Он уже поспешил расшаркаться перед врагами, в надежде, что ему и его приспешникам фашисты предоставят расправляться с православными украинскими приходами; он уже обещает полную лойяльность поработителям.

Отселе в своих проповедях с церковного амвона он будет заверять доверчивую паству, что к ним ворвались не поработители, а «освободители». Каннибальские оргии, учиняемые фашистами при бегстве из наших городов, в проповедях Сикорского превратятся в блестящие «победы» над Красной Армией.

Циничное поругание наших святынь — и церковных и национальных — станет отменным проявлением культуры и цивилизации.

Виновник и главный заправитель происходящего перед ним несмирного кровавого кошмара, неистовый, едва ли даже вполне нормальный психически сатанист Гитлер, открыто глумящийся над заветами христианства, предлагавший библию отменить своей психозной книгой «Моя борьба» и, кажется, совсем уже собравшийся объявить себя выше всякого глаголемого Бога и чтилища (2 Солун., 2, 4), — Гитлер в устах Сикорского, вероятно, предстанет под благочестивой личиной православной веры ревнителя, защитника и покровителя Святой Церкви.

Лакейски увлеченный, Сикорский будет теперь призывать украинцев целовать терзающую их руку в благодарность за столь своеобразное «освобождение», всемилостивейше пожалованное им от Гитлера.

Впрочем, Сикорский едва ли и: сам может теперь сказать, куда заведет его принятая им на себя недостойная роль и до чего он договорится в стремлении угодить своим новым хозяевам и обольстить православный украинский народ.

Польская автокефалия утверждена вопреки воле и благословению законного главы, Святейшего Патриарха Тихона, и его законных преемников.

Архиереи, примкнувшие к автокефалии, подлежат по правилу 15 Двукратного собора «лишению всякого священства».

Митрополит Дионисий и сущие с ним архиереи остаются в священном сане только потому, чтго Патриархия не торопится с мерами взыскания, надеясь, что со временем согрешившие покаятся и возвратятся в общение с матерью-Церковью (что и имело место для многих польских архиереев в 1939–1941 годах в Белоруссии и Украине).

Сикорский, самочинно объявивший себя главой украинской автокефалии, не только повторяет дурной пример митрополита Дионисия, но и усугубляет преступность своего самочиния многими вышеуказанными недостойными подробностями; и потому, наравне с прочими похитителями не принадлежавшего им церковного достоинства и вторгшимися в чужую область, Сикорский подлежит такому же лишению всякого священства: его священнодействия, в частности совершаемые им хиротонии, отселе не действительны и безблагодатны, а всякие распоряжения по православным приходам ни для кого не обязательны (правило Двукратного соб. 15, Св. Ап. 35, Вселен. III, 8, Антиох. 13 и многие другие).

Именем Божиим заклинаю всех православных не поддаваться всем речам соблазнителя и не входить с ним ни в

какое общение; крепче держаться за духовно породившую нас исконную нашу матерь-Церковь Православную и итти только с нею, одобренным и указанным ею путем.

Преосвященных же архипастырей Украины братски умоляю бодренно и молитвенно стоять на страже своей и не давать Боговрученной паствы на расхищение волкам, ее губящим.

Сергий, Митрополит Московский и Коломенский,

Патриарший Местоблюститель

Гор. Ульяновск.

5 февраля 1942 года.

С особым умилением посылаю эту благую весть и общехристианский привет вам, поистине сидящим во тьме фашистского нашествия. Нерадостна теперешняя ваша обстановка, но тем радостнее пасхальная весть. Что мрачнее ада? Но и там воссияла наивысшая радость, когда Воскресший, представ, возгласил: «Изыдите, вернии, в воскресение». Да будет же и для нас с вами настоящая Пасха залогом грядущей победы света над тьмою, залогом скорого нашего освобождения от фашистских мрачных уз к мирной и радостной жизни при «тихом свете» святого православия.

Своим обращением от 5 февраля я предупреждал вас о выступлении епископа Поликарпа Сикорского, сеющего церковную смуту в ваших местах. Теперь я имею сведения, что в ответ на мое обращение епископ Поликарп называет меня самозванцем, будто бы незаконно захватившим должность Патриаршего Местоблюстителя, и продолжает свое недоброе дело. Как бы то ни было, но теперь я знаю, что обращение мое, обнародованное в заграничной печати, дошло до епископа Поликарпа, а следовательно, тем же путем дойдет до него и настоящее мое послание, которое поэтому можно считать объявленным епископу Поликарпу.

Имея это в виду и во исполнение лежащих на мне обязанностей возглавителя Русской Православной Церкви, настоящим объявляю о предании епископа Поликарпа Сикорского каноническому суду собора русских архиереев по обвинению в нижеследующем:

1. С переходом западных областей Украины и Белоруссии в состав России епископ Поликарп остался на службе у нас, то есть фактически отказался от польской автокефалии и признал Московскую Патриархию своим законным священноначалием.

Если все это сделано епископом Поликарпом неискренне, только для вида, с целью укрытия от церковного суда и от наказания за принадлежность к польской автокефалии, вина епископа Поликарпа усугубляется, а равно и следующее ему наказание, «яко солгавшему и обманувшему Церковь Божию» (Ап. 13).