Чтение онлайн

Несмотря на сравнительно небольшой размер, в Фуне была довольно высокая плотность башен, расстояние между которыми было не больше пятнадцати метров. Выступая за линию стен, на пять и более метров, башни обеспечивали эффективный фланговый обстрел, прикрывая подход к куртинам(11). На площадках этих укреплений стояли лучники и рядом с ними находились камнеметные баллисты. Немного западнее донжона находилась недавно построенная церковь Феодора Стратилата.

– Весь гарнизон очень признателен Вам, княжич, за постройку этой церкви, – сказал Костас, указывая на храм, – здесь каждое воскресенье мы проводим молебны о здравии и панихиды за упокой.

– Да, это хорошо, что теперь у нас есть гарнизонная церковь, – ответил княжич.

– И не просто церковь, а целый бастион, – говорил Костас, когда все заходили внутрь здания.

И турмарх не врал. Над стенами Фуны почти на девять метров возвышалась эта великолепная церковь. Она имела цилиндрический свод и арки, обладавшие стрельчатыми и килевидными формами, напоминающие перевернутое днище судна в разрезе. Наличники окон с внешней стороны украшал резной орнамент. Первый этаж использовался как каземат, а для церковных служб предназначался второй. Здесь по бокам вдоль стен располагались небольшие колонны, увенчанные каменными растениями с красиво изогнутыми зубчатыми листьями.

Храм имел два входа. Один из них вел на первый этаж, откуда по внутренней лестнице можно было подняться наверх, а второй вход со ступенями из двора вел в саму церковь.

Выйдя из церкви через первый этаж, Александр и его спутники попали на малый крепостной двор, который по форме напоминал трапецию. Здесь было отхожее место служащих гарнизона, и тут проходила основная канализационная труба. Именно по этой причине запах там всегда оставлял желать лучшего и осмотрщики не стали долго задерживаться там.

– Осмотр укреплений навел меня на мысль о том, что стоит построить еще один этаж донжона. Тогда он будет еще больше возвышаться над стеной, а площадка на крыше будет настолько велика, что позволит разместить на ней две большие станковые камнеметные машины. Их совсем недавно установили в Мангупе, и они в несколько раз больше тех, которые сейчас стоят на остальных башнях Фуны, – заметил Александр.

– Это отличная идея, – согласился турмарх.

– И я хочу, чтобы посередине третьего этажа красовалась мраморная пластина с моим гербом. Пусть все видят, что я приехал сюда не как изгнанник, а как архонт, желающий по своему усмотрению управлять своей турмой, – гордо добавил княжич.

– Так поступают все генуэзские консулы Солдайи. Многие из них стараются во время своего правления построить оборонительную башню и назвать ее своим именем, укрепив там свой герб. Так почему бы и Вам также не увековечивать себя?! – согласился Михаил.

– Значит решено. А теперь, Костас, расскажите о наших дорогих соседях феодалах ди Гуаско, они по-прежнему нападают на наши поселения?

– К несчастью, да, мой княжич, эти ненасытные генуэзские разбойники Андреоло, Деметрио, Теодоро и их отец Антонио, как Вам известно, правят землями на западе от Солдайи. Их замок находится возле поселка гончаров Тассили. И, хотя торговля у них продвигается хорошо, они все равно периодически совершают набеги на наши усадьбы и села.

– Как же так, но ведь между Феодоро и Капитанством Готия – мир, почему они позволяют себе безнаказанно нападать на нашу землю? – возмутился Дмитрий.

– Они зашли настолько далеко, что даже перестали подчиняться указаниям своего консула Солдайи. У них большие связи в Кафе и поэтому, подеста (12), закрывает глаза на их действия. В своем феоде, который фактически подчиняется солдайской общине, эти весельчаки, установили виселицы, позорные столбы и начали самостоятельно, без разрешения консула, вершить там суд. А чтобы еще больше «подбодрить» местное население, ввели четыре дополнительных налога, – ответил Костас.

– Какие мерзавцы! – сказал Дмитрий.

– Да уж. Даже сам консул Солдайи ничего не может поделать. Но Ваша Светлость, у меня есть план борьбы с ди Гуаско. Правда, для его осуществления нам необходимы значительные средства, – слегка потупив взгляд, произнес Михаил.

– Это не проблема, меня хоть и выслали из столицы и лишили права посещать совет архонтов, но казну архонта не отняли. Так что средства найдем.

– Отлично. Тогда необходимо построить дополнительный форпост у южного склона горы Дымящейся, недалеко от Лусты. Это должна быть укрепленная каменная башня с сигнальными огнями на ее крыше. А в Фуне нам необходимо держать постоянно готовый конный отряд человек в десять-пятнадцать, который немедленно помчится навстречу нежданным гостям.

– А почему до сих пор вы сами этого не сделали?

– Потому что, во-первых, на границе необходим каменный, крепкий бастион, который сможет выстоять, хотя бы два часа до подхода подкрепления. А во-вторых, у нас просто нет лошадей. В гарнизоне их только две, да и те предназначаются для гонцов, а пешим ходом опередить конного неприятеля практически не возможно.

– Вы считаете, эти меры остановят ди Гуаско?

– Я в этом убежден княжич.

– Ну, так нужно было закупить лошадей и начать стройку пограничной башни. Зачем же вы так долго ждали меня?

– Дело в том, что финансами у нас в турме руководит казначей Алексей Паисий (при произношении этого имени комендант скорчил недовольную гримасу), а он убедил топарха Гавриила, что нет необходимости в таких огромных тратах.

– Как это странно. Ну, ничего, отец перед моим отъездом довольно точно наставлял меня на то, что по приезду нужно сразу показать всем, кто истинный хозяин в Фуне. Сегодня вечером состоится совет и мы посмотрим, кто есть кто в моей турме, – уверенно сказал Александр, глядя на Дмитрия.

– Конечно, посмотрим, а если надо и пощупаем, – уверенно ответил его верный друг.

После этого все трое направились в свои покои для того, чтобы переодеться к вечернему совету.

Ближе к вечеру они оседлали своих лошадей и по извилистой дороге направились в город.

Буквально через несколько минут их кавалькада въехала на длинную центральную улицу Фуны. В разные стороны от нее уходили кривые тупики и переулки. На близком расстоянии один от другого в этих переулках стояли небольшие одноэтажные дома. В маленьких двориках теснились хозяйственные постройки. В домах, где не было возможности построить подвалы, вино, вода и сыпучие продукты хранились в глиняных пифосах. Эти вместительные сосуды веретенообразной формы, достигавших порой двухметровой высоты то тут, то там возвышались над землей. С севера показалась небольшая кладбищенская часовня. Она располагалась посередине Фунского некрополя и представляла собой небольшую базилику(13). За некрополем располагался район, в котором жили более обеспеченные жители города. Там все дома были двухэтажными, и каждый был обнесен высокой стеной. Такие дома, являли собой маленькие укрепления, которые в минуты опасности запирались, и окна вторых этажей использовались как бойницы.

Видя эту троицу, все люди почтительно расступались, давая им возможность беспрепятственно двигаться к центральной площади города, и учтиво кланялись в знак уважения молодому архонту. В ответ Александр приветливо махал рукой, а его спутники кивали головами. Через некоторое время они оказались на центральной площади города, возле которой располагалось главное административное здание феода – казначейство.

Вся общественно-политическая жизнь Фуны была так или иначе сосредоточена вокруг этого здания. Да и, наверное, жизнь любого другого города происходит вокруг места сосредоточения денег.