Чтение онлайн

И есть безнадёжное в этой радости!

Прелюдия

Засиделись. Скоро рассвет.

Сквозь Moet в бокале поблёскивает звёзд колье.

Говоришь, что хотел бы любви на десерт –

И, конечно, не прямо; читая Бунина мне.

Улыбаюсь, лукавя: «Кто не хочет любви?

Кто в такую счастливую ночь совладает с собой?»

Разумеется, тоже не прямо, а взглядом и

Цитируя оригинальные строки Рембо.

Холодает, от ветра сирени шуршат,

Возвращаемся в дом. И тогда, задержавшись в дверях,

Я тебе признаюсь, неровно дыша,

Я сдаюсь тебе нежностью в синих глазах.

Простая драма

Ты слишком стар! Не думай о разводе.

Да, я тобой увлечена сейчас,

Но это до того, пока не станет в моде

Разоблачать за увлеченьем нас.

О, свадьба – нет! Друг, ты впадаешь в детство.

Фата, печати – это пошлый цирк.

За ним последует делёж наследства,

Когда ты, извини, отдашь концы.

Такой разврат! Не обижайся, милый,

Мне правда близко то, чем ты живешь.

Мне жаль, что время нас разъединило,

Но время только страстью не возьмёшь.

А на любовь я не потрачу силы,

Они ещё нужны на глупые мечты.

Я тоже перестану быть красивой,

Состарюсь, загуляю – как и ты.

Я смотрю по сторонам – люди-звери

Я смотрю по сторонам – люди-звери.

Им не нужен ни Бодлер, ни на лацкан шёлк.

Как я рада, что в отчаянии ко мне ты пришёл

И все мерки мои перемерял!

Я сказала: «Это жуть!» Ты не верил,

Распалившись, твердил мне, что

Это просто не любил их никто,

А возьмись, полюби – образумятся звери.

Перестанут жить дрянью и вором,

Выть без повода, что бросает в дрожь,

За спиной, ухмыляясь, носить грязный нож,

Чтоб в Палермо достать у собора.

Ты твердил, не бранить, не карать их,

Чтобы каждый шанс наперёд имел,

Чтобы в небе рассветный огонь горел –

С кем бы ни был кто (и за что) в кровати.

Что такие они не с рождения,

Ты меня уверял горячо,

Что с рождения все подставляют плечо,

А безнравственность – вырождение.

Это правильно, друг! Пусть найдутся

В их судьбе любовь и восторг.

Пусть они поскорее возьмутся за ум

И наденут костюм!

Но они не возьмутся – видит сам бог.

Подарок

Присядем у камина. Аполлон

На нас двоих посмотрит гипсово,

Блеснёт на столике коробка с клипсами,

Сапфиры в ней – июньский небосклон.

Ты хочешь заплатить – да, должен ты.

Ты прав, когда решил платить за лучшее!

И всё-таки я возвращаю купчую,

Благоразумная до темноты.

Квартал

С дождливым суетным весенним балом

По случаю я прихожу в один квартал –

Там кофе аромат взовьётся с белым паром,

И за окном туман спадёт на губы скал.

Там весело, и там, дрожа от страсти,

На небе светится далёкая звезда.

Я там сожгу мосты к доверчивому счастью,

Краснея от досады и стыда.

Беспечность

Как проклятая, я люблю беспечных,

Мне не хватает их беспечности.

Смешно, минутно погружаясь в вечность,

Завидовать этой спокойной вечности.

Они не знают вечности, считая,

Что всё подвержено в итоге тленности,

Всё разлагается, сгорает, гибнет, тает,

Нет исключения для радости и верности.

Нет постоянного – хотя бы только в жизни! –

Всё обязательно спадает к тленности.

Беспечные капризны, но, чем капризней,

Тем при раскаянии во взгляде больше нежности.

Молодые

Все любят молодых – особенно когда

Погашена свеча и всюду снежно,

Потеряны за днями берега – все берега! –

Потеряна некупленная нежность.

И так берет досада, что, живя,

Гнал жизнь, твердил: «Скорее!» и «Скорее!»,

Не сохранил, а рассорил себя.

Все любят молодых – особенно старея.

Образованность

«Красивая, умная,

Все говорят: модель или актриса!

Такие не ищут уютный дом», –

Он думал о ней свидании на восьмом

В партере на месте за десять триста.

«Она образована, элегантна.

Захочет – сейчас же сожжёт мосты,

Исчезнет, как сон, на рассвете!»

Он думал, даря ей на праздник цветы

По двести за штуку в роскошном букете.

«Изящная, милая.

В ней подкупают манеры, эстетство, ум!

Но тратиться так, хоть имеются деньги!..» –

Он думал, портному платя за костюм,

Платя ювелиру за кольца и серьги.

«Она бесподобна.

Мадонна. А лучше б такой не была!

И лучше б вообще никогда не бывала бы в свете!»

Она эту разность не меньше его поняла

Свидании где-то на третьем.

Так ведь не расстались,

И кто виноват – кто не смог?

Неясно, бывали в Париже и в лондонском цирке,

В валюте посчитан был летний визит в Нью-Йорк,

Он грустно считал; и её занимали такие же цифры.

Представление о женщинах

Все мужчины по складу немного Данте.

Все решительно строят конструкт,