Подписка на жизнь
Шрифт:
Ему показалось, будто у нее появились еще глаза на лбу. Целые ряды таких же черных глаз. Бррр! Ну и привидится же такое… Марк на секунду остановился в нерешительности.
Улыбка исчезла с лица красотки. Она с тревогой взглянула на него.
— В чем дело, мой милый?
— Я… мне показалось…
— Что тебе показалось?
— Да так, ерунда. Мне просто померещилось.
Девушка снова заулыбалась. И Марк мгновенно забыл про страшное видение.
Она же так красива! Марк уже совсем забыл и про то, что они находятся в опасной шахте. Во всем мире существовала только она одна.
Еще пара шагов вперед.
Он удочерит ее ребенка, будет целовать следы ее ног. Они поселятся в домике и будут счастливо там жить. Может быть даже заведут козочку.
Еще шаг. Он уже подошел вплотную.
Ее дивное лицо так близко. Боже, как хочется поцеловать эти сочные губы, сжать ее в объятиях, овладеть ею. Прямо сейчас!
Опустился на корточки, потянулся к ней. Даже не замечая, что улыбка девушки стала скорее торжествующим оскалом.
Красавица потянулась к нему навстречу, словно для поцелуя. Пеленка ребенка сместилась в сторону, и Марк случайно взглянул на младенца.
МАТЬЧЕСНАЯ!
Вместо личика ребенка он вдруг увидел целую кучу мерзких пауков, едва помещавшихся в свертке. Это они двигались под пеленкой, создавая якобы движения малыша во сне.
Действие магии мгновенно прекратилось, и Марк так шарахнулся назад, что повалился на пол.
Лже-красотка больше не скрывала свой истинный облик. Ее лицо вытянулось, на лбу реально появились ряды черных глаз, а зубы превратились в жуткую, клацающую челюсть.
Она пошевелилась, и Марк с ужасом обнаружил, что никаких человеческих ног у нее вовсе не было. Вместо них из углубления в стене показалось огромное паучье туловище с кучей мохнатых лап. Вот почему она сидела, прижавшись к стене. Все слилось в полумраке, и Марк не понял, что это было ее темное, страшное тело.
— Что ты за существо? — в ужасе воскликнул Марк, отползая назад.
Паучиха спокойно выбралась полностью на свет. Лепота-то какая… Тьфу, крепота! Это был паук с телом соблазнительной женщины в кимоно. А в ее жуткой морде теперь смешивались черты паука и человека. Не дай бог ночью такое приснится!
— Никогда не слыхал про Йорогумо? — засмеялась паучиха, — Давно ко мне на обед не попадали такие дурачки.
Вы приглашаетесь на обед… в качестве главного блюда!
Марк вскочил на ноги и бросился бежать к выходу. Но единственный выход уже облепили дети паучихи. Большие и маленькие пауки шуршали в полумраке и громко лязгали ужасными челюстями.
— Уже уходишь? — притворно вздохнула Йорогумо, — А как же дама в беде?
Она залилась издевательским смехом. Ей вторил испуганный писк птички, метавшейся в своей клетке — пауки обступили и ее тоже.
Йорогумо подняла передние лапы в воздух и открыла черное пузо. Оттуда вылетела серебристая сеть паутины и понеслась прямо на Марка. Со скоростью пущенного копья.
Но Марк успел среагировать и отскочил в сторону. Оказавшись рядом с клеткой, он раздавил ногой нескольких пауков и стряхнул остальных с прутьев. Пауки в панике отступили.
Где бы взять тапочек размером с Йорогумо?
Бешеная женщина-паук быстро переместилась к нему, топая множеством здоровенных лап. Она снова приняла боевую стойку и пульнулась паутиной. И снова мимо. Часть паутины облепила клетку.
Марк схватил с пола большой камень и швырнул в паучиху. Камень угодил ей в грудь, и Йорогумо злобно заверещала. Следующим камнем Марк попытался сбить одну из ее лап, но мохнатые ноги увернулись. Вам бы эпиляцию сделать, дамочка.
Камень не сильно повредил паучихе. Она снова подступала и постепенно загнала Марка в угол. Здесь она с торжествующим криком снова выстрелила в него паутиной. Мерзкая, липкая субстанция облепила воина с ног до головы. Гадость какая!
Это был только первый слой, так что двигаться еще можно. Фууу, она даже на губах! Какой ужас…
Марк тяжело сделал пару шагов и попытался проскочить мимо Йорогумо. Но та загородила ему проход и снова выпустила паутину. Второй слой. Черт, двигаться совсем сложно.
Пока он тщетно барахтался в паутине, Йорогумо начала быстро плести дальше. Марк почувствовал, как его начинают окутывать со всех сторон, словно заботливо заматывая в одеялко. Только в рот он такие одеяла!
Ноги так сильно склеились, что Марк не удержал равновесие и грохнулся на пол. Йорогумо подхватила его передними лапами и начала быстро вращать, все плотнее заматывая, словно мумию. Лицо совсем замотала. Дышать становилось тяжело. И голова начинала кружиться от вращения.
Проклятье! А дальше она пустит в него яд, и он начнет медленно перевариваться заживо. Господи, только не это! Никогда не был верующим, но сейчас взывал ко всем богам, даже к Зевсу. Кто угодно! Любая небесная инстанция.
Ламия! Буракумин! Ну хоть кто-нибудь!
И снова все молчат… Ну что за тишина в чате. Сволочи!
Наконец Йорогумо с грохотом бросила его обратно на пол.
Марк был плотно связан, и только пальцы одной руки оказались прижаты не так сильно и немного выглядывали из паутины.
— А теперь отдохни, дружочек, — устало сказала паучиха, — Чуть позже у нас будет славный обед. А пока накормлю своих детишек твоей певчей птицей.
Марк услышал, как топают ее лапы. Она направилась к клетке, в которой шумно металась птица.
Марк, лежавший на животе, принялся ощупывать землю пальцами. Он наткнулся на острый камешек и принялся быстро резать им паутину. Слой был такой плотный, что делать это было очень сложно. Но ему удалось освободить руку чуть сильнее. Следом он разрезал часть паутины на своем лице и смог наконец-то нормально вдохнуть.
Что делать дальше?!
Марк с трудом повернул голову и увидел, как Йорогумо собирает своих многочисленных детей вокруг клетки с бедной птичкой.
Ну нет, только не птичка! Ее ты точно не сожрешь, падла мохнатая!
Марк начал лихорадочно осматриваться в поисках спасения. Но вокруг было только голое подземное помещение. А единственный выход закрыли пауки.
Так, стоп!
Марк проморгался, но нет — ему не кажется. Только что была голая, обугленная стена, а теперь на ее месте появились деревянные балки. Все следы пожара внезапно исчезли. А балки подпирали кучу тяжелых валунов, взявшихся из ниоткуда. Будто на этом месте был сильный обвал, который с трудом удерживали эти подпорки.
Марк не стал разбираться, как это работает. Та же фигня, что и с разрушением деревни. Сейчас ему наплевать, почему все меняется.
Парень начал толкаться всем телом, с трудом подбираясь к балкам. Марк изо всех сил налегал на проклятую паутину, и она уже рвалась в разных местах. Острый камень он продолжал крепко держать в руке.
Добравшись до балок, Марк уже наполовину освободился от паутины. Наверно, сейчас он похож на муху, застрявшую в липкой мухоловке. Теперь он гораздо больше им сочувствовал.