Чтение онлайн

— Уверен, монсеньор. Не следящих за языком в команде нет, об этом позаботились в первую очередь.

— Позаботились… Вы представляете, что будет, если в Мадриде хоть кто-то узнает хоть что-то?

— Вы хотите сказать…

Дю Шилле не дал договорить.

— Я прямо говорю. Сейчас главное — не информация, пусть и самая важная. Ерунда, в той сваре, где император чуть не зубами сцепился с собственным парламентом, и так все очевидно. Спровоцировать конфликт между империей и Кастилией, по любому поводу, в любой части мира — вот главная задача! Сейчас, когда кастильцы спешно зализывают раны и готовятся, да-да, несомненно готовятся к новой войне. Спровоцировать, но не показать своего участия! И любой ценой сохранить полную секретность. Любой. Этого не требовалось, когда мы начинали нашу интригу, но теперь, увы, другого выхода нет. «Мирный» никогда не должен возвратиться в Старый Свет.

— Но люди?! Ваше преосвященство, «Миледи», «Кахраман», команда!

— И «Мудрец», он тоже никогда не должен начать говорить. А мне вновь придется молиться за спасение их душ, не имея надежды на спасение собственной. Тем не менее у нас нет права отступиться — речь о судьбе страны. Впрочем, это действительно только мой крест. А вы отправляйте «Кахрамана» капитанствовать. И обеспечьте полную секретность наших действий. Иначе я расстроюсь, сильно. Поберегите стариковские нервы, — завершил разговор высокий худощавый сорокавосьмилетний мужчина, волосы которого лишь немного тронула седина на висках.

Решение самого премьер-министра — закон. Не подлежащий обсуждению. Все так. Но есть же что-то и еще, черт возьми!

Чтобы взлететь высоко, надо стать легче, это так. Приходится по пути отбрасывать лишний груз. Вначале — гордость. Да, господа, не много чести для истинного дворянина в том, чтобы отворачиваться от знакомых, а то и от родни. Но приходится, если эти люди не нравятся твоему начальству. Вот просто не нравятся, нередко вовсе безо всяких причин.

И это лишь начало. Дальше — больше. Обман как инструмент, доверие как оружие. Пока еще не предательство, нет. Подумаешь, кого-то удалят от двора, кого-то отправят в изгнание. Ну не казнят же! Или казнят, но это если есть за что, и обязательно по закону.

И вот ты взлетел! Наверху просторно и вольно, лишь немногие орлы летают выше, но и для них ты уже не корм. Наоборот, полезный загонщик, обеспечивающий пищей тех самых, кто выше тебя. И получающий остатки от их трапезы. Обильные и вкусные, следует признать. Значит, оно того стоило.

Один вопрос, а ты отныне кто? Что осталось от того юного дворянина, мечтавшего о славе и доблести? Именно так — о славе и доблести. Помнишь? Ведь в тех мечтах не было ни денег, ни страха окружающих. Ну, если только немного, как острого соуса в тарелке с жареной медвежатиной.

Зато сейчас ты придешь в свой кабинет, огромный и роскошный, заставляющий посетителей чувствовать себя мелкими людишками, обязанными беспрекословно выполнять уже твою начальственную волю. Такими же мелкими, каким был ты в кабинете монсеньора дю Шилле. Да.

И отдашь приказ уничтожить и графиню де Бомон, и молодого, безгранично верящего тебе лейтенанта де Савьера, и сотню моряков, или сколько их там умудрится выжить в той драке, в которую ты сам же их втравил.

Однако и графиня, и лейтенант числятся в числе добрых знакомых твоего друга, виконта Транкавеля, личного врача его величества. Единственного оставшегося настоящего друга в этом змеином клубке, торжественно именуемом парижским королевским двором.

Что не менее важно, эта парочка — ближайшие друзья виконта де Камбре. Этот господин, вероятно единственный, кто умудрился взлететь, не сбросив груза предрассудков. И за друзей он будет мстить. Тонко и неторопливо, неотступно и беспощадно.

Нет, все же юный дворянин исчез не до конца. Но чтобы нынешнему вельможе не стало слишком обидно, успокоим его тем, что совсем уж без друзей при дворе не выживают, а такие друзья, как эти двое, способны на многое. Да они уже и выручали не раз.

Только сделать все надо аккуратно. Грамотно, как любит говорить тот же де Камбре. Поэтому уже сегодня надо захворать и пригласить врача. Естественно, лучшего в Галлии. Дальнейшее предсказать нетрудно. Транкавель передаст информацию де Камбре, а тот… что-нибудь придумает. Всегда что-нибудь придумывал и, даст Спаситель, в этот раз себе не изменит.

Яркое солнце нещадно било в лицо спящей женщины. Эх, надо было вчера задернуть шторы, чтобы избежать этой пытки, так нет же. Приехала сильно за полночь, до одури натанцевавшись на балу у маркиза Дорсета, хмельная от вина и мужского внимания. Еще бы, приглашали самые блестящие кавалеры империи.

Такие галантные, остроумные, особенно барон… как его… ох, как же спать хочется. Закрываем глаза… чертово солнце!

Тогда хотелось лишь скорее завалиться в постель и спать, спать, спать, чтобы гром и тысячи орудий не смог разбудить. Если бы. Оказалось, достаточно простого солнечного луча, упавшего на подушку.

Но ничего, сейчас повернемся на другой бок, вот так, и… куда там — все равно не получается. В такой-то погожий день. День?! Протянула руку к прикроватной тумбочке, где обычно лежали часы. Интересно, вчера… в смысле сегодня, их туда положила? Напрочь не помнится. А, нет, вот они. Так, сейчас сколько? Да, шесть часов. И, если солнце лупит в окно, то утра.

Рано, слишком рано.

Нет, надо собраться, чтобы совершить великий подвиг — встать и закрыть шторы. И только потом вновь завалиться спать. Потому что очень хочется.

Что за шум за дверями?

Аккуратный и вежливый стук.

— Войдите! — вежливо, когда так хочется крикнуть «Пошли вон»!

Вошла служанка Жюли, до омерзения свежая, причесанная, в аккуратном платье. Не дорогом, но, словно в насмешку над госпожой, идеально отглаженном, как будто сегодня впервые надетом.

— Ваше сиятельство, «Мирный» прибыл в порт и запросил лоцмана! Через три часа пришвартуется.

Спаситель, что-ж за день-то сегодня такой!

Конечно, можно остаться дома, в конце концов Буагельбер не новичок, сам знает, что и как делать. Да что там, он-то как раз и знает, в отличие от нее. Но нельзя. Традиция, которой островитяне придают такое большое значение. Если у тебя меньше пяти кораблей, то хочешь ты или нет, но изволь каждый из них встречать лично, словно потерянную и вновь обретенную жену. Или в ее случае — мужа.

Смешно. Потерявшая мужа жена идет встречать корабль, как того самого потерянного… тьфу, сама себя запутала. Плевать! Один черт, придется вставать и ехать.

— Жюли, помоги собраться.

Господи, как же тяжела придворная жизнь. Вот хочешь ты или нет, но на людях должна выглядеть безупречно! Прическа, пудра, белила, духи. О платьях, туфлях и карете молчим. Как и о том, сколько это стоит. Слава богу, за полгода удалось встать на ноги крепко. «Мирный» приносит отличный доход, скитаясь по белу свету и отхватывая выгодные контракты.

Ну тут уж спасибо маркизу Галифаксу — отличные дает рекомендации. Впрочем, куда ему деваться, если батюшка составляет протекцию его кораблям в Кале и Булонь-сюр-Мер. Кстати, некая доля от тех доходов в кармане мадам де Ворг графини де Бомон тоже оседает. Образно, конечно, так-то столько золота ни один карман не выдержит.

Дура-дурой, но денежки считать мы умеем. Именно такой графиня представлялась маркизу, да и всему имперскому свету. Получалось неплохо.

Пару интересных коммерций предложил и старый знакомый — сквайр Гиллмор. Пройдоха из пройдох, наверняка связанный с контрразведкой, но куртуазен и в качестве партнера в делах весьма полезен.